Библиотекарь - Гектор Шульц

— Мы в сказочной стране, Тимофей. Здесь возможно все, а я, в первую очередь, ученый. Мне удалось понять принцип магии. Уловить саму суть волшебства, которое строится на логических законах и том, что придумали люди из нашего мира. У магии очень тонкий принцип, главенствующей вещью которого является обычная воля. Стоит захотеть и получится то, что я называю, примитивным волшебством. Но за более сложными вещами, типа того же портала в другие миры или каких-то эпических заклинаний, стоит более сложная модель, состоящая из нескольких сложных уровней и условий.

— Приведешь пример? – спросил я, запутавшись в куче непонятных терминов.

— Конечно. Возьмем за образчик заклинание, вызывающее разрушительное землетрясение, — начал колдун. – В этом мире, чтобы сотворить подобное, маг должен основательно подготовиться. Если следовать логике этой магии, то для землетрясения необходим дракон, ибо эти существа всегда вызывали трепет у простого люда. Они ведают стихией и катаклизмами во многих верованиях. Стало быть, для первой ступени необходима частица дракона. Чешуя, крыло, клык, глаз, мясо, кость – что угодно. Лишь бы это было частицей дракона, понимаешь?

— Ага. В таком случае сгодится и обычное слабительное, которое заставляет нутро человека бурлить и негодовать. Человек представляет собой землю, а сила, бурлящая в нем, аналог возмущений земной коры.

— Вот! – воскликнул Мортимер и опасливо покосился на мирно спящую Изабеллу. – Общий принцип ты уже уловил. Логика! По похожему принципу собираются и остальные ингредиенты. Для небольшого землетрясения достаточно частицы дракона, а для более сильного еще кое-что. Я называю эти ингредиенты структуральными составляющими. Они работают в паре с вербальной составляющей.

— Под вербальной составляющей вы имеете ввиду текст заклинания?

— Да. Он дополняет материальную модель, делая ее живой. Иными словами, совокупность логической структуральной составляющей и вербальной есть магия этого мира, Тимофей.

— Вроде понятно. Хоть я и не люблю психологию, но ты доходчиво объяснил.

— Благодарю за похвалу, — расплылся в улыбке Мортимер. – Так вот. Когда ты применяешь вербальную составляющую, то способен уловить магию в другом создании. Она может неспешно течь, подобно ручейку, а может реветь словно водопад. В Марии магия буквально бурлила. Мне достаточно было лишь увидеть ее, чтобы понять это. Маланья подтвердила мои догадки. Она рассказала, что дочь запросто находит даже такие травы, которые обычные маги и колдуны ищут десятилетиями и так и не находят. По взмаху ее руки листва облетала с деревьев, а звери ластились к ней, стоило лишь позвать.

— Дай угадаю. Ты уговорил Марию пойти с тобой?

— Да. Маланья была только рада. Еще бы. Сам кандидат на пост Великого Колдуна заметил ее дочь, но мне было плевать на магию. Девушка меня просто покорила. Она была доброй, усердной и невероятно умной. Схватывала на лету то, чему другие маги учатся годами. В каких-то областях она превосходила даже меня. С ее помощью мне удалось продвинуться в поисках рецепта для моего возвращения. Правда, возникла проблема. Я нашел темное зеркало для построения портала, и оно показало мне существо, которое необходимо принести в жертву, дабы открыть проход.

— Жертвой оказалась Мария, — кивнул я, поняв, к чему клонит колдун.

— Да. Портал между двумя мирами всегда требует жертву. Таков негласный принцип магии сказочной страны. Я не знаю, чем руководствовалось зеркало, но оно показало именно Марию.

— Ожидаемо, — буркнул я. – Театральный принцип, призванный разжечь в читателях жалость к жертве и тому, кто собирается ее принести. Жертвоприношение Исаака в Библии тому подтверждение.

— Верно, Тимофей. Этот мир берет идеи из всего, что когда-либо было написано. И неважно, правда это или вымысел.

— И ты отказался от возвращения домой.

— Отказался. Веришь ли, но я безумно любил Марию и даже в самых крамольных мыслях не смел ей пожертвовать. Зачем мне мой мир, если та, кого я люблю, перестанет существовать?

— Так ты же сказал, что сказочные существа перерождаются и вновь обретают жизнь, как и выбор? – спросил я, нахмурившись.

— Те, кого придумали, могут. А те, кто появился в результате эволюции, нет. Дети сказочных существ смертны, хоть их жизнь и длиннее, чем в нашем мире. Таков порядок, Тимофей.

— Суровый порядок, что еще сказать, — хмыкнул я. – А что случилось после того, как ты отказался от идей вернуться домой? Вы с Марией сыграли свадьбу и стали жить долго и счастливо?

— Почти, — улыбнулся колдун, возвращая себе облик старца. – Мы были примерной семьей. Я усовершенствовал эту башню, днями и ночами изучал устройство магии и был счастлив. Мария поддерживала меня и однажды подарила мне самое прекрасное существо во Вселенной. Изабеллу. Лишь только я взял ее в руки, как понял, что у ребенка тоже есть сила, как и у ее матери. Чистая и незамутненная. Тогда мы приняли решение отправить Изабеллу к Маланье, подальше от искушений столицы. Да что говорить. Я постоянно был занят, Марии тоже дел хватало, и бабка стала идеальным вариантом. Конечно, я планировал отойти от дел и посвятить все свое время семье, но в сказочной стране, как это часто бывает, разразился кризис.

— Кризис? – переспросил я и поежился от слабого сквозняка, вызвавшего мурашки.

— Кризис. Темные из Земли Мертвых перешли границу. Тогда защитный барьер был хлипким и слабым, и им не составило большого труда его преодолеть. С каждым днем сказочная страна погружалась во тьму. Злобные и жестокие создания сжигали деревни и разрушали целые города на своем пути. Они не брали пленных, не обращали детей в рабов. Просто шли вперед, уничтожая все живое, — тихо сказал Мортимер, попыхивая трубкой. – Тогда-то Император зашевелился. Был созван Великий Совет магов и Светлая Триада.

— Какая Триада? – растеряно спросил я.

— Светлая. Три великих светлых правителя, которые ненавидели зло и Темных. Канули в лету времена, когда Темные служили Мрачному Лорду и жили в согласии со Светлыми. Теперь ими правил другой. Мы не называем его имени, ибо такова воля Императора, павшего в Последней битве.

— Звучит пафосно, но на душе все равно кошки скребутся, — честно признался я, тоже закуривая сигарету.

— Согласен, — кивнул Мортимер. – В Последней Битве на Широком плато нам удалось победить ценой невероятных усилий. Мария пожертвовала собой, и предсказание волшебного зеркала сбылось. Она погибла ради сказочного мира, прочтя заклинание «Черного забвения». Лишь два заклинания требуют человеческую жертву. Портал в другой мир и «Черное забвение».