Перезагрузка - Niramit

организм, проецирующий мысли экипажа в определённый момент времени, например. Непонятно, почему они живы и что выдали за погибшую «Колумбию». Вероятность подмены чудовищна. Ты ведь понимаешь, чем это обернётся для NASA?

— Вполне, — ответил Анри. — Келлер подтвердил наличие обломков шаттла в музее Космического центра Кеннеди, а я не сомневаюсь в компетентности группы расследования. Я тщательно изучил переговоры «Колумбии» с Центром управления полётом и записи с бортового устройства регистрации. Они не постановочные, Миналь. И если никто никуда не летал, почему Хасбанд и его ребята не постарели? Вивиан связалась с дочерью Рика. Она поговорила с ней лично! От имени NASA вскрыла старую рану. Экипаж погиб в феврале 2003 года вместе с шаттлом.

— Они сгорели, — напомнил Эон. — Нет никаких фрагментов тел, из которых можно было бы выделить ДНК. Ни одна спецслужба не в состоянии инсценировать смерть настолько идеально, чтобы затереть все улики. Обязательно что-то выбивается из логической цепочки.

— Ты прав, но эксперимент с пространством-временем кажется мне нереальным. Я настаиваю на версии гибели «Колумбии». Можешь возразить.

— У меня нет для этого фактов, но её возвращение… почти невозможно.

— Ты сказал почти, — заметил Анри. — Есть соображения?

— Шаттл гипотетически провалился в «кротовую нору» в 2003 году, каким-то чудом образовавшуюся на орбите Земли, а то, что развалилось в атмосфере… его точная копия. Оригинал сейчас стоит на авиабазе «Киртланд». И если это так, то откуда «Колумбия» летела 1 февраля 2033 года? Правда может оказаться страшной. Пространство ничего не возвращает, Анри. Никогда. «Колумбию» выбросило. Зачем? С какой целью? — Миналь сделал передышку, чтобы глотнуть воздуха. — Эвергрин обнаружил интерфейс входа над островом Девон. Точно над лабораторным блоком Delta. И через секунду шаттл переместился в положенное ему место над Тихим океаном. Уверен, будут другие сюрпризы.

— Ко времени его появления блок был уже разрушен, — подсказал Ландау.

— Взрывом. Ты знаешь, чем там занимались?

— Нет. Скудной информации, полученной от Макмиллана, недостаточно для анализа.

— Ты приложил фотографии помещений лаборатории к отчёту.

— Только неутверждённые проекты. Остальное засекречено и моего уровня допуска критично мало для извлечения архивных данных.

— И что он сказал?

— Накатил коньяка и ударился в воспоминания.

— Понятно. Свяжись с центром ядерных испытаний в ЦЕРНе, — посоветовал Миналь. — Покажи им чертежи. Обещаю, ответ лишит тебя речи и ты поймёшь, насколько ценен этот дар.

— Подозреваешь…

— Предполагаю. Дальше, явление, вернувшее шаттл. На орбите Земли? Невозможно! Эвергрин заметил огни Святого Эльма. «Колумбия» была облеплена ими в ангаре в Санпорту. Допускаю возможность, но не подтверждаю. Необходимы определённые условия.

— В общем, — потребовал Ландау, прекрасно понимая, куда клонит Эон.

— Оставим загадку «Колумбии» и займёмся первым интерфейсом входа. Значит, миссия на остров Девон необходима. Ты сможешь договориться с Макмилланом и заявить меня частью группы расследования?

— Я обрисовал ситуацию, набросал этапы расследования и Честер согласился с моими доводами. Ты в списке.

— То есть он в курсе случившегося?

— Разумеется! Правда, я умолчал некоторые непроверенные факты.

Миналь задумался. Перспектива снова переступить порог Космического центра в Хьюстоне манила яркой зарницей на чёрном безоблачном небе.

— Пространственно-временной тоннель, — тихо произнёс он. — Эвергрин предположил возможность перемещения. Подобное в принципе невозможно.

— Ты видел изменённое пространство над лабораторией.

— Я не знаю, что это может означать, — возразил Миналь и, поймав недовольный взгляд, поспешил реабилитироваться. — Возможно, дефект съёмки. Ладно, теоретически… Что нас ждёт по ту сторону тоннеля? Есть предположения? Мысли? Хоть что-нибудь, Анри?

— Нет. Только фантазии.

— Тогда я расскажу. Мы изменимся. Будем уже не теми. Мир вокруг нас примет совершенно другие очертания.

— Ну, почему ты так говоришь? — вспыхнул Ландау, не желая соглашаться.

— Мы не сможем вернуться. Это билет в один конец. Потери будут ощутимыми, а изменения необратимыми. Так что, вы все спятили.

«И зачем я связался с тобой, Миналь Эон?» — спросила себя Анри.

— Думаешь, какого чёрта пролетел безумное количество миль, чтобы выслушивать доводы нытика, выброшенного из NASA?

Ландау отрицательно качнул головой.

— Нас связывает опасность, — тихо ответил он. — Надеюсь, я не ошибся.

Миналь снова погрузился в размышления, не произнося ни слова. Просто не хотел озвучивать мысли.

«Нас связывает опасность, — повторил Эон про себя. — А ты всё просчитал, Анри, кроме одного. Готов навсегда проститься с этой реальностью? Помнить всё, но не сметь прикоснуться?»

— Наверно, я старею, раз потянуло на философию, — чуть смущённо пробормотал он.

— Отнюдь.

— Кто будет кэпкомом миссии?

И Ландау заметно забеспокоился. Большой глоток кофе оказался выплюнутым на свежую рубашку, а укор в глазах вытеснил все мысли разом. Намёк оказался очень непрозрачным. Эон фыркнул, разъясняя выбранную позицию:

— Необходим специалист по полётам. Тот, кто будет слышать каждого и видеть движимые и недвижимые объекты. Скажем так, ты мог бы стать ориентиром для группы в том случае, если мы вернёмся в разные реальности.

— Ага! — моментально возмутился Ландау, пытаясь стряхнуть с себя ароматный отпечаток. Получалось плохо, пятно только увеличивалось. — Думай, что говоришь! Как я буду отлавливать вас?

— Хорошо, что понимаешь это, мой друг, — весело отозвался Миналь, поднимаясь.

— Ты куда? Надеюсь, собирать чемодан?

— Нет. Принесу тебе чистую рубашку. Время ужинать. И я ужасно голоден. Продолжим позже. Завтра утром отправишься в штаб-квартиру Trans Maldivian Airways с объяснением, куда и зачем ты забираешь командира воздушного судна. Если разрешат, так и быть, полечу с тобой в Америку.

— Они хотя бы знают, что ты из NASA?

— Конечно, я не врал на собеседовании.

Миналь шагнул в коридор.

— Плохо. Вот умеешь ты подкинуть проблем, — Анри показательно и намеренно громко вздохнул. Так, чтобы Эон услышал. — А мне опять исполнять танцы народов мира.

— Ты справишься. Я в тебя верю, — донеслось из соседней комнаты.

Ландау хмыкнул, приблизительно зная, как будут проходить переговоры.

«Здравствуйте,