Развод. Другая семья мужа - Кристина Весенняя

Кажется, Назар постоянно подвергается подобному отношению. Вон даже не заплакал от боли.

— Посмотри, Назарчик, на своего отца. Задерживается на работе, только бы тебя не видеть!

Меня словно хлыстом по лицу хлестнуло.

Что она сказала? Пытается настроить против меня ребенка?

Милана надула свои накачанные губки.

— Ч-что? — растерянно спросил Назар. Он не понимал, что его мать манипулирует мной через него. — Мама, что я сделал не так?

Я видел, как он побледнел, а его глазки наполнились слезами. Ребенок не делал ничего плохого, но Милана все развернула так, как надо было ей.

Она наслаждалась его болью.

Каково было ребенку услышать, что он не нужен и не важен для его родных и близких? Милана забавлялась, что играла на правильных струнах его души. Рвала каждую струну без жалости.

Только это могло привести к полному разочарованию и в дальнейшем неверию в близких у Назара.

— Ты не нужен своему отцу! Ему такой непослушный ребенок неинтересен! — пожала она плечами и повела хныкающего сына ко мне.

— Почему, мамочка? Я ведь всю кашу в садике ем и воспитательница меня не ругала! — задыхался он в истерике. Малыш не понимал, за что его могли не любить. А я не понимал, чего хотела добиться Милана.

Она ковыряла во мне и пыталась получить что-то.

— Вот, можешь сам и спросить у него!

Назар закрыл ладошками лицо и зарыдал в голос. Мое сердце надорвалось от его слез. Беззащитный ребенок нуждался в любви и понимании. Он не заслуживал такого отношения.

— Что ты несешь?! — рявкнул я и уставился на Милану. Она заулыбалась, ведь привлекла к себе мое внимание. Так она заявилась, чтобы пошатнуть мои нервишки?

Нет, тут было что-то другое.

Еще не стоило забывать, что она явилась к моему брату. Не по старой памяти же. Ей что-то надо было от него.

— Смотри, Вардан, как ты доводишь до слез своего сына! Только представь, как он расстроится, если наша свадьба не состоится! Назар будет знать, что ты от него отказался!

— Заткнись! — прорычал я. Милана перешла все границы. Забыла о нашем уговоре!

Я присел на корточки рядом с Назаром и начал гладить его по спинке.

— Малыш, ты важен для меня. Я не оставлю тебя. Не бойся.

Его неровное дыхание стало приходить в норму. Ему не хватало искренних слов о любви к нему. Он просто был ребенком, а не разменной монетой. Мне не хотелось его расстраивать.

Это были игры между взрослыми. Назара нельзя было сюда вмешивать.

— Спроси его, Назар! Сдержит ли папа свое слово и станем ли мы семьей?

Назар посмотрел на меня своими заплаканными глазами. У него были раскрасневшиеся щечки из-за недолгой истерики. Абсолютно ангел. Чистая душа, которая могла быть запачканной из-за того, во что его втягивала Милана.

Как я мог разбить сердце ребенку?

Глава 38

Вардан Кафаров

Новый день. Очередной бесполезный, пустой день без моей жены. Не жизнь, а тусклое существование. Без нее все потеряло краски. Еда утратила вкус. Даже дышится без нее иначе. Я как в клетке. Как запертый зверь, которого манят свободой.

Но он продолжает сидеть в заточении, зная, что выйдет наружу, только если его выведет оттуда любимая. Но пока я не могу даже нормально с ней поговорить, Леся не хочет меня знать, она не желает меня видеть.

Я вынужден жить и дышать без нее. Перестал чувствовать радость от прожитого дня. В нем нет ничего, кроме механической рутины и попытки исправить то, что я натворил.

Попытаться вернуть свою жизнь обратно так, чтобы больше не навредить близким.

Изначально у меня был план, как вернуть Олесю, и я думал, что все получится. Но кто же знал, что все так закрутится? Кто знал, что мы дойдем до развода? И до того дня, когда она будет считать меня последним мерзавцем, с моей же подачи, способным навредить ее семье.

Растер грудь в попытке запустить окаменевшее сердце, которое не хотело качать кровь. Мне казалось, что оно даже биться не хочет без Леси рядом. Я уныло бродил по собственному кабинету, ожидая, когда айтишники настроят мне новый ноутбук. Взамен вчерашнего, который я в гневе расколошматил.

Потеря контроля — это только малая часть того, что со мной происходит. Я все больше теряю контроль над собой и над своей жизнью. Нужно взять себя в руки, иначе у меня не хватит сил и решимости, чтобы завоевать Олесю.

Мои мысли прервал стук в открытую дверь. Я обернулся и увидел Бориса, который с довольной рожей и с какой-то папкой в руках шел ко мне.

— Что тебе нужно? — грубо встретил его, не собираясь церемониться.

Его ухмылка раздражала.

— Как-то ты груб с партнером, — заметил он и позвал меня к столу. — Пойдем поговорим.

— Я занят, — даже не думал соглашаться.

— Тебе придется уделить мне время, Вардан, — настаивал он, — разве тебе неинтересно узнать, зачем я пришел?

— От тебя хорошего ждать не приходится, — буркнул себе под нос, но все же решил выслушать Верховцева. — Так что тебе надо?

— Не советую портить со мной отношения, Вардан, иначе я, когда стану полноценным владельцем компании, вышвырну тебя из этого красивого кабинета, — глумился и насмехался он, как хозяин положения, что дико бесило и раздражало.

— Ты в своем уме? — рыкнул на него, напрягаясь всем телом, не понимая, что он, черт побери, несет.

— Вот, посмотри, — небрежно кинул он коричневую кожаную папку на стол, — теперь у меня прибавилось акций, можешь убедиться сам, а скоро, — многозначительно приподнял он бровь, — будет контрольный пакет.

Я даже не дернулся. Не хотел показывать, что я не в курсе или как-то обескуражен. То, что Верховцев плетет интриги и пытается скупить все возможные акции, далеко не новость. Он давно подбирается к управлению компанией.

Но и я не дремлю. Я наготове. Всегда. Давно к этому готов и держу руку на пульсе. Борис явно хотел выступить эффектно и стоял с таким видом, будто он тут передо мной смертельный трюк исполнил, я же никак не реагировал, что его взбесило.

Он наклонился над столом и упер в него руки.

— Ты слишком спокойный, Вардан, для того человека, у которого ускользает власть между пальцев. И для того, кому нож в спину вставила собственная бывшая жена, — он снова издевательски улыбнулся. — Или ты не понял, что именно Олеся продала мне акции? Твоя жена мне доверяет, я купил у нее эти акции, чтобы выручить из беды. Она плакалась и жаловалась, как ты жестоко поступил с ее