Время Рыцарей - Светлана Алимова

он тоже «подготовил безопасное место для поединка» — заметил Гийом, — скорее всего, с нами он применит ту же тактику. Попытается убить тихо, без лишних свидетелей и ущерба для репутации.

— Значит, нельзя на это соглашаться! — возмутился Рудольф. — Нас заведут в ловушку и перебьют!

— Но иначе мы не вытащим его из убежища. Элдрик сидел там пять лет.

Гийом щелкнул пальцами.

— Самый простой способ обдурить кого-то — заставить поверить, что все идет по его плану. Мы — «глупые Рыцари», а он — хитроумный злодей. Пусть так и думает. Если мы примем его предложение, он расслабится и потеряет бдительность. Он ведь так и не понял, что Прекрасный Принц уже в городе. Вороны продолжают торчать у ворот и бесить Анри.

Нил вскинул голову.

— Кстати, об этом. Гийом, тебе придется молчать о том, что ты стал Рыцарем, иначе все поймут, что Принц Джек уже в городе.

— Почему? — спросил Джек.

— Потому что Рыцарей может быть только трое. Четвертый человек с ними — Прекрасный Принц, — с досадой ответил Гийом, — я тебя понял, Нил. Ладно, потом все равно все узнают.

— Я рассчитываю, что ты позаботишься о делах стражи, как мой заместитель, пока мы будем искать Великого Ворона.

Гийом прикусил губу. Затем лицо его прояснилось.

— Можешь на меня рассчитывать. Надо так надо.

— Потрясающее преображение, — тихо хмыкнул Принц Джек.

— А парня-то мы когда тренировать будем? — спросил Рудольф.

— Начнем с завтрашнего дня, — решил Нил, — Великий Ворон совершил ошибку: дал нам на это время. И мы им воспользуемся. Но вот как узнать его среди других Воронов? Мы с Рудольфом много раз ходили в парки, но так и не застали его там.

— Значит, он хорошо маскируется, — Гийом задумался, — и уверен, что мы не обратим на него внимания. Но мы видели его на площади, где он проклял Бломфилда и Брауна. Вспоминаем, какие у него приметы?

— Птичий череп на морде и зловещие крылья за спиной, — мрачно ответил Рудольф, — а что под ними, мы не знаем.

— Знаем. Черные волосы, — Нил прикрыл глаза, вспоминая, — обычное телосложение. Голос не старый, всех Воронов старше пятидесяти можно исключить.

— Черноволосый и нестарый, — подытожил Гийом, — негусто. Но Воронов не так уж много. Отыщем методом перебора. Думаю, бойцов можно исключить: судя по всему, Великий Ворон собой не рискует и в драку не полезет.

— А ты чего молчишь, Джек? — не выдержал Рудольф. — Ты Принц или как?

— Или как, — фыркнул тот, — Великий Ворон велел искать его вам, а не мне.

— Мы подчиняемся не ему, а тебе, — отрезал Нил, — я слушаю твои предложения.

— О, так они тебя интересуют? А то вы так дружно решаете мою судьбу, что я почувствовал себя лишним.

Повисла тишина. Гийом и Рудольф переглянулись и посмотрели на Нила.

Тот помолчал. Проклятье, похоже, он невольно задвинул Принца Джека, вместо того, чтобы помочь ему раскрыть свои лидерские качества.

— Мы — твои Рыцари и делаем все, чтобы защитить тебя. Мы слушаем твои приказы, Принц Джек, — Нил склонил голову.

— Пока что план меня устраивает. Хочется поскорее овладеть этой огромной магической силой, чтобы быть в безопасности. Что до Великого Ворона, — Принц Джек поколебался. Нил кивнул, подбадривая его. — Ведь о нем могут больше рассказать сами Вороны. Вы упомянули каких-то Бломфилда и Брауна, которых он проклял. Я бы на их месте охотно помог врагам моего злого хозяина. Разве нет?

— А хорошая мысль, — удивленно заметил Рудольф.

— Замечательная! — оживился Гийом. — Лидеры «Врагов Воронов» нам точно помогут сокрушить его! К кому первому пойдем?

Нил задумался. Бломфилд и Браун не нравились ему одинаково сильно. Если бы Великий Ворон не вырвал их из его рук, оба бы уже сидели в тюрьме и ни деньги, ни связи им бы не помогли. Но Браун все-таки приходил в участок и даже извинялся перед Нилом за то, что призывал людей казнить «фальшивого Принца». С ним было больше шансов договориться.

— К пастору Брауну. Только все Вороны, кроме бойцов, сейчас заперты в убежище. И не выйдут оттуда, пока мы не примем условия Великого Ворона.

— Значит, мы их принимаем, — подытожил Принц Джек, — и дальше идем по твоему плану. Действуйте, ребята. Я на вас рассчитываю.

* * *

Рыцарям пришлось дождаться, когда Воронов выпустят, и потратить дополнительное время, чтобы найти пастора Брауна. В участке тот, как назло, больше не появлялся, а вести переговоры в парке Нил не хотел — их могли подслушать. Наконец один из патрулей стражи заметил, что Курт и пастор Браун ходят в бедный квартал и чинят ветхий домишко пожилой одинокой хозяйки. Нил с Рудольфом отправились туда вдвоем: Принц Джек решил не привлекать к себе лишнего внимания.

Когда они появились, Вороны уже были заняты делом: Курт бодро пилил какие-то доски на дальнем краю участка, а пастор Браун сидел у калитки и красил новый забор, явно сделанный их же руками. Хозяйка что-то стряпала в доме: из кухонного окна доносились запахи еды.

— Добрый день, пастор, — вежливо поздоровался Нил.

— Добрый день, сын мой, — спокойно ответил тот, поднимая голову, — а, Рудольф тоже с тобой. Привет и тебе. Надеюсь, ты уменьшил количество спиртного, как я советовал? В прошлый раз ты пил прискорбно много.

Рудольф явно собирался послать пастора куда подальше, но Нил толкнул его локтем.

— Совсем бросил, — мрачно ответил тот, — ни капли в рот не брал.

— Отрадно слышать. Я всегда знал, что однажды ты возьмешься за ум и прекратишь губить себя. Вы к нам или к хозяйке?

— К вам. Пастор, я помню, что мы не во всем были согласны в прошлом, но, у нас с вами общий враг. Я освобожу вас из рабства и отомщу за то, что с вами сделали. Но мне нужна ваша помощь.

— Все мы рабы божьи, сын мой. Земные владыки не властны над нашими душами. Не беспокойся обо мне. Чем я могу тебе помочь?

— Расскажите мне о Великом Вороне. Кто он, как выглядит, где бывает.

— Зачем тебе это?

— Это нужно Прекрасному Принцу, чтобы получить право на поединок с ним.

Пастор Браун замолчал и вернулся к покраске забора. Нил и Рудольф терпеливо ждали, что он сумеет вспомнить, но через несколько минут последний не выдержал:

— Пастор, ты там заснул, что ли? Чего молчишь?!

— Руди!

— Да сколько можно ждать-то?

— Пастор, простите, — Нил перебил его, — собирайтесь с мыслями сколько потребуется.

— Это и был ответ, сын мой. Мои уста будут сомкнуты. Я ничего вам не скажу.

— Что? Почему?

— Потому что не стану пособничать убийству, — отозвался пастор Браун, — и