Петля времени - Владислав Николаевич Зарукин

что Астемериус — это дух из другого мира. К чему нам привлекать внимание подобным соседством?

Феникс задумался.

— Да? Ну тогда ладно.

— Давай-ка лучше прикроем нашего друга. — шагнув к двери, я прислушался к ощущениям и взялся за ручку. Та оказалась самой обычной — металлической и гладко отполированной. Дверь тихо скрипнула и медленно отворилась.

«Магия», — написал Феникс. За дверью мы увидели пролёты тёмной лестницы, уходящей на следующий этаж. Сама лестница выглядела вполне обычно, однако на стенах имелись странные отметины, словно их неоднократно царапали чем-то острым.

— Ну-ка посмотрим. — тихо произнёс я и окружил нас с Фениксом несколькими щитами. Подготовив пару боевых плетений, я переступил через порог и вышел на лестницу.

«А она ведь не только наверх уходит. — написал Феникс. — Ещё и вниз. Мастер, ты заметил?»

Я спокойно кивнул. Лестничные марши действительно уходили в разные стороны. Необычное место. Интересно, что будет, если спуститься по этой лестнице на первый этаж? Можно ли оттуда выйти на улицу? Проверять эту возможность, впрочем, мне не хотелось.

Осмотревшись и не заметив ничего опасного, я медленно поднялся по ступеням на следующий этаж. Итак, вот он — несуществующий в нормальной реальности девятнадцатый. И где же тут так называемый «большой зал»?

Глава 12. Узник задверья

Света в коридоре девятнадцатого этажа не было, как и окон. Часть дверей в боковые комнаты была распахнута, а на стенах белели такие же царапины, какие я уже видел на лестничной клетке.

«Занятно. — подумал я. — Видимо то, что здесь заперто, довольно большое».

На каком там этаже оно обычно сидит? На двадцать пятом? Моргнув, я совместил обычное зрение и магический Взгляд. Коридор после этого сделался более узким и кривым, потолок покрылся странными разводами, а на стенах проступило множество непонятных тёмных следов. В следующее мгновение я почувствовал, что мы не одни.

— Оно нас почуяло. — сказал Феникс и превратился в самого себя. — Думаю, скоро придёт сюда. Где будем его ждать — здесь?

— Нет. Я хочу найти то зеркало, о котором говорил Голб.

Пройдясь по этажу, мы осмотрели небольшие тупички и заглянули в открытые комнаты, частично заваленные различным хламом. Везде было темно, тихо и очень пыльно. Зал обнаружился неожиданно — в стене слева от нас, за широким проёмом. Большая часть помещения была заставлена какими-то непонятными и довольно сложными механизмами, почему-то целиком деревянными, а у боковой стены возвышалось здоровенное зеркало.

— Надо же, оно ещё и в пол вросло. — сказал Феникс и я с удивлением отметил, что он прав — массивная деревянная рама действительно уходила куда-то в пол. На поверхности зеркала отражения не было.

«Итак, зеркало мы нашли», — подумал я и тут из глубины коридора донеслось глухое постукивание. Тук-тук-тук-тук.

— А вот и тварь. — прошипел Феникс. В его глазах тотчас загорелись маленькие огоньки, а шерсть окуталась лепестками пламени. На стенах заиграли желтоватые отсветы.

— Кх-х-х-х...

Сиплый вздох, пришедший из темноты коридора, был похож на звук от сломавшегося насоса.

— Не светись, малыш. — тихо сказал я Фениксу. — Давай подпустим эту погань поближе.

Таинственный обитатель двадцать пятого этажа приближался. Это хорошо ощущалось по чувству сгущающегося воздуха и по противному ощущению, нараставшему где-то в районе лопаток. Наконец мы увидели, как пространство коридора на некотором расстоянии от нас заполняет что-то большое и очень тёмное. Дышать стало немного трудно и неприятно, хотя какого-то конкретного запаха я не заметил.

«Что же оно, интересно, такое?» — подумал я. Магический взгляд показывал нечто странное — плотную и словно размазанную в пространстве туманную дымку, неподвижно висящую посреди коридора. Какого чёрта? Разве так должна выглядеть голодная тварь?

И тут в темноте перед нами что-то задвигалось. Я не сумел разобрать, что это такое и зажёг в пространстве перед нами несколько ослепительных огоньков. На какое-то короткое мгновение стало светло и я содрогнулся от омерзения, рассмотрев, наконец-то, внешность нашего оппонента. Чудовищное создание было мёртвым. Уродливым, нелепым и словно высушенным, с изломанным телом и скрюченными под разными углами конечностями. Оно было настолько большим, что заполняло коридор целиком, ощупывая стену перед собой когтистыми пальцами.

— Мастер! — заорал Феникс, а в выставленный передо мной магический щит что-то ударило.

БОМ!

Вздрогнув всем телом, я покачнулся и сделал один шаг назад, а созданные мной магические огоньки внезапно исчезли. Прошипев нехорошее слово, я ударил в дохлую тварь боевой вязью, но плетение прошло сквозь неё так, словно та была обычной иллюзией.

— Какого?!

Чудовище что-то коротко рявкнуло и с оглушительным грохотом проломилось сквозь ближайшую стену. В меня и Феникса полетели мелкие обломки и щепки, коридор наполнила пыль и частицы мелкого мусора.

— Мастер! Оно уходит!

— Ну и чёрт с ним!

Использовав осветительное плетение ещё раз, я двинулся к тому месту, где только что была тварь. Быстро выяснилось, что немёртвое нечто проломилось не через стену, а сквозь дверь в обычную комнату. Которой, к слову, на месте не оказалось — вместо неё мы с Фениксом увидели большую пещеру с округлыми сводами, из потолка и стен которой торчали части различной мебели. В разные стороны уходило несколько коридоров.

«Почему оно не попыталось атаковать? — подумал я. — Силы у этой погани явно в избытке...»

— Мастер, ты это видел? — воскликнул тотем. — Оно дохлое, но при этом не нежить!

— А ещё — с клювом, но не птица. — согласился я. — Да, создание странное. Ты, кстати, куда?

— Как это «куда»? — успевший отбежать от меня на несколько шагов тотем обернулся. — Ловить этого... Кадавра.

— Зачем?

— А что, не нужно? — Феникс покрутил ушами и вернулся обратно. — Ну, ладно. Возвращаемся к зеркалу?

— Конечно. Оно...

Однако вернуться в большой зал к зеркалу нам не дали. Со стороны одного из туннелей послышались странные звуки и мы увидели, как по потолку бежит уже знакомая нам немёртвая тварь. Здесь она выглядела немного иначе, чем в коридоре — большую часть её изуродованного тела закрывали лохмотья, из-под которых торчали искривлённые когтистые лапы.

— Давай-ка в коридор. — сказал я и отступил в сторону выхода, но только уткнулся плечом в стену. Повреждённого дверного проёма больше не было. Остатки косяков с торчащими в разные стороны щепками и обломками были, а вот проход превратился в монолитную стену, по поверхности которой ещё расходились неторопливые