В ожидании зимы. Черный ельник - Анна (Нюша) Порохня

туча, но было ясно, что в ней сконцентрировался, ни дождь, ни снег, а самое настоящее зло.

— Остановите-е-есь… Остановите-е-есь! — жуткий шепот ударил в спину. — Уничтожу-у-у…

— Не оглядывайтесь! — крикнула Зинка, ускоряясь насколько это было возможно. — Нельзя на них смотреть!

Я уже задыхалась, когда, наконец, показалось знакомое место. С неба опускался плотный туман, «съедая» верхушки деревьев, потом стволы, медленно пробираясь к нашим головам. Пришлось даже упасть на землю и ползком подбираться к поваленному дереву.

Зинка развернула лист с заклинанием и только собралась прочесть его, как из тумана появилось длинное щупальце и схватило ее за ногу.

Подруга завизжала, мы бросились на помощь, но сами оказались схвачены скользкими обрубками, выползающими из мглы.

И тут непонятно откуда появились волки. Они клацали зубами, вгрызаясь в то, что удерживало нас и когда щупальца с визгом исчезли в тумане, превратились в людей.

— Быстрее! Бежим! — крикнул Тверд, протягивая мне руку, но я покачала головой.

— Нет! Нужно прочесть заклинание!

Ползая на коленях, Зинка отыскала заклинание, которое уронила и зашептала:

— Стою на земле, под землей ход,

Через него сюда входит темный народ!

Пусть замки упадут, засовы сломаются,

Пусть боги из Нави сюда поднимаются!

Открою проход я заклятием,

Имею силу над проклятием!

Туман опускался все ниже и ниже, и не выдержав, оборотни поволокли нас прочь. Я так и не увидела, сработало ли наше колдовство, но вроде бы все было сделано правильно.

Как только мы выбежали из ельника к мотоциклу, в лес ударила черная молния. Потом еще и еще одна. Что-то завизжало, застонало, завыло и у моя душа ухнула в пятки.

— Садитесь! — Марьяна прыгнула за руль. И увидев, как изумленно смотрят на нас волки, прошипела: — Смотреть будем или поедем?!

Я села на свое место и тут же оказалась прижата к подруге крепким торсом Вячика. Нам было тяжело помещаться на одном сидении, но кого это волновало?

— Аккуратнее! — я грозно посмотрела на него через плечо. — И сильно не прижимайся!

— По-другому я не могу! — процедил он, обдав мое ухо жарким дыханием. — Потерпишь!

Его братец забрался в коляску под ошалевшим взглядом Зинки, а потом схватил ее и усадил себе на колени.

Марьяна сдала назад, и мы снова помчались по ухаб и кочкам, отстукивая зубами какой-то веселый мотив.

Яга и вся остальная придурочная компания почему-то находилась у Марьяны дома. Они сидели на кухне и у них глаза полезли на лоб, когда они увидели нас. В комнате воцарилась тишина.

— Итить твою душу в трибараний рог! — прошептал Евпатий Гурьевич и громко икнул. — Я грешным делом подумал, что черти…

Мы кинулись к зеркалу и в один голос ахнули. Это было ужасное зрелище. Наши лица сливались со шлемами, на их фоне выделялись лишь белки глаз. Одежда тоже оказалась в грязи, а Марьяна в кожаных крагах была похожа на гонщика афроамериканца, годов эдак пятидесятых.

— Вы ведь все сделали как надо? — в комнату заглянула Яга. — Мы сдерживать Лихоманок перестали, когда резко все остановилось. Тишина, звенящая в голове появилась…

— Заклинание прочитали, что было, потом не знаем, — ответила я, чувствуя, как на губах трескается грязь. — Нас волки спасли.

— Как волки? — удивилась она. — А где же они?

— И, правда, где Вячик с Твердом? — Зинка огляделась. — Мне казалось, они за нами шли.

Но оборотней нигде не было. Они снова ушли.

* * *

После того как Зина прочла заклинание, у поваленного дерева появилось небольшое светящееся пятнышко. Из свинцовой тучи показался вихрь, и его стало затягивать в свет со страшной силой. Ельник загудел, Лихоманки завизжали, понимая, что удержаться на земле не получилось и в землю с треском вонзилась молния. Туча стремительно пустела, освобождаясь от злобных существ, и из нее стал падать снег, кружась в резко остывшем воздухе крупными снежинками.

Вихрь стал совсем тоненьким, но когда последняя Лихоманка уже почти достигла святящегося пятнышка, вдруг кое-что произошло. Она превратилась в серую дымку, зацепилась за куст и держалась за него из последних сил, пока пятно не исчезло.

Тогда дымка взмыла вверх и полетела в сторону деревни. Она скользила между домами, выискивая один единственный и, наконец, зависла перед окном. Дымка просочилась в небольшую дырочку и зависла над спящей женщиной с рыжими волосами. Но это длилось всего лишь секунду. Она заползла в ее ноздри, и глаза спящей резко открылись.

— Ну, вот… Кумоха теперь на земле… — прошептала женщина, поднимаясь. Ее движения были неуверенными, словно у маленького ребенка, который учится ходить. — Кумоха свое возьмет…

35

А на улице стремительно холодало. Ветер задул сильнее, а с ним полетел снег, превращаясь в настоящую метель. Через час деревню было не узнать. Из грязной и серой она превратилась в белую и нарядную.

Мы сидели на кухне у окна, глядя на улицу. Ничего не происходило и я уже начала успокаиваться. Наверное, заклинание подействовало. Лихоманки ушли. О том, что за колдовство придется расплачиваться, мне думать не хотелось.

Наши незваные гости тоже не спешили уходить. Они сидели за столом, тяжело вздыхая, и охая, и периодически пили Марьяшкин чай. Наглости им было не занимать, особенно кикиморе. Она съела все клубничное варенье и теперь пальцем снимала остатки со стенок банки.

И тут в снежном мареве я увидела одинокую фигурку, бредущую по улице. Кто это идет как пьяный? Да это же Танька! Вон и рыжий хвост развевается на ветру, словно флаг.

— Девочки, это что, Танька? — шепнула я, и подруги ближе придвинулись к окну.

— Точно. Она, — подтвердила Зина. — Странно… почему она раздетая?

— Что-то случилось, — взволнованно произнесла Марьяна и открыла окно. Она высунулась из него и крикнула: — Танька! Ты куда раздетая?!

Но продавщица даже головы не повернула, продолжая идти по улице.

— Ненормальная! — Марьяна бросилась в коридор. — Ее остановить нужно!

— Да что такое? — Яга поднялась из-за стола и тоже подошла к окну. Она внимательно наблюдала за продавщицей, а потом сказала:

— Марьяна, ты бы не ходила! Подозрительно это все!

Я была с ней полностью согласна, но тут хлопнула входная дверь, а через минуту во дворе появились Зинка с Марьяшей.

— Вот черт! — я бросилась к вешалке, натянула куртку и выскочила из дома.

Подруги уже выскочили на улицу, бросив калитку открытой. Она жалобно скрипела под порывами ветра, и этот скрип казался каким-то зловещим.

Я догнала их возле поворота. Зинка уже схватила продавщицу за плечо и резко развернула.

— Что с тобой такое?! Почему ты не