Запретная. Моя - Элла Александровна Савицкая

– Обойдешься.

Одной рукой удерживая меня, а второй придерживаясь за поручень, поднимается наверх.

Наш зрительный контакт не прекращается. Я играю с его губами, мягко покусываю их, вся внутренне дрожа от предвкушения и волнения. Оно, как перышко, щекочет изнутри, накаляет.

Когда мы оказывается на второй этаже, Руслан прижимает меня к ближайшей стене и целует настойчивее. Будто эта минута, что мы потратили на подъём, длилась слишком долго и ему резко стало меня не хватать.

Его ладонь скользит по моему бедру вверх и сжимает ягодицу.

Одновременно с этим, он впечатывает меня в себя, давая ощутить всю силу его желания.

Твердость в брюках упирается мне в промежность, и сдержать стон оказывается невозможно.

Руслан выдыхает мне в шею, оставляя на ней поцелуй, а потом оторвав меня от стены, заносит в комнату.

Оглядевшись, подносит к кровати и укладывает на нее.

Я шумно сглатываю, оказавшись спиной на покрывале.

Смотрю на него и боюсь поверить в то, что происходит. Руслан стоит надо мной. Возбужденный, нетерпеливый и такой безумно горячий.

Божечки.

Я даже мечтать об этом не смела.

Дальше поцелуев мои фантазии не заходили, потому что они были покрыты наивностью. А сейчас…

Сейчас я хочу его всего. Каждую клеточку его тела.

Присаживаюсь и вытаскиваю рубашку из брюк. Пальцы не слушаются, и с тем, чтобы расстегнуть ее у меня возникают проблемы.

Руслан, недолго думая, стаскивает ее через голову, как футболку, открывая мне вид на свой торс.

Мои глаза в шоке распахиваются.

– Что это? – в ужасе смотрю на огромную ссадину на его ребре.

– Ерунда.

Но какая же это ерунда?

– Руслан, – перевожу взгляд на его лицо.

– Даш, я расскажу. Только давай после. Сейчас не до этого, – едва сдерживаясь, обводит пальцами мой подбородок, а второй рукой берется за ремень брюк.

Тревога, вильнув хвостом, убегает.

Ладно, потом я согласна…

Затаившись, наблюдаю за тем, как он расстегивает ремень и дергает его концы в сторону. Расстегивает ширинку.

Моя грудная клетка ходит ходуном от участившегося дыхания.

Между ног болезненно ноет и стягивает.

Привстав на колени перед Русланом, я завожу руки за спину и пытаюсь нащупать замок. Но Руслан делает это сам. Оставив брюки висеть на его бедрах, обнимает меня и тянет вниз собачку. Ткань на спине расходится, позволяя воздуху прикоснуться к разгоряченной коже.

Руслан ведет по моим плечам подушечками пальцев, снимая с них бретели. Ткань скользит по собравшимся в камушки соскам, заставляя меня вздрагивать от гиперощущений.

Сбросив платье на кровать, Руслан впивается взглядом в мою грудь. В глазах читается жажда, такая сильная, что она захлестывает и меня.

Не отрывая взгляд от моего тела, Руслан становится коленом на кровать напротив меня. Кладет ладонь мне на грудную клетку и ведет ею вниз к животу.

Боже мой. Я прикрываю веки, дрожа все сильнее.

А потом чувствую на сосках горячее дыхание. Руслан обхватывает один губами и втягивает в рот.

Громкий стон вылетает из моего горла, а я хватаюсь за его голову. То ли оторвать хочу, потому что ощущения слишком болезненные, то ли наоборот. И нет, мне не больно в плане настоящей боли. Просто еще никогда прежде я не испытывала подобного. Кажется, все тело покрыли миллионы крошечных иголок и впиваются в мои внутренние органы, отправляя импульсы в одно и то же место. Там сводит. Пульсирует. Жалит.

Сквозь морок желания чувствую, как Руслан подхватывает меня под колени и укладывает на лопатки.

Распахиваю глаза. Взгляд тут же ловит как он избавляется от белья.

Мое лицо обжигает смущением, потому что я впервые вижу мужской орган.

Нет, я конечно видела их раньше на кассетах. Но то не идет ни в какое сравнение с тем, какой он у Руслана.

Крепкий, с тугими венами, обвивающими ствол.

Сглатываю слюну, когда он натягивает на него откуда—то взявшийся презерватив.

При этом смотрит мне прямо в глаза. Так откровенно и прямо, что я не выдерживаю. Дрожу еще сильнее.

На мне все еще трусики. Я вспоминаю о них только, потому что Руслан стаскивает их по моим ногам.

Отбрасывает в сторону, оставляя меня перед собой абсолютно голой.

Я машинально начинаю сводить ноги. Не потому что не хочу, или передумала. Нет. Просто никогда не перед кем не была так открыта.

– Даш, всё, – удержав мои колени, Руслан разводит их в стороны.

Нависнув сверху, прикасается губами к моим.

– Не бойся, – скользит ими по шее.

– Я и бояться? Ты что—то путаешь, – выдаю подрагивающим голосом.

– Точно, – слышу, как он хрипло усмехается, – ты слишком бесстрашна.

– Ну, не слишком, только в определенных условиях, – касаюсь кончиками пальцев напряженной мужской спины.

Больше разговаривать у меня не получается, потому что моей промежности касаются пальцы Руслана. Ведут по складкам, разводят их, собирают влагу.

Ее много. Очень.

Настолько, что его палец легко проскальзывает в меня.

От неожиданности я ахаю, а Руслан ловит мой рот и толкается в него языком. Одновременно с этим сменяет палец членом.

Входит сначала немного, а потом рывком входит до упора.

Я застываю. Жар, что собирался там, превращается в раскаленный металл и больно обжигает.

Но скатиться в болезненные ощущения у меня не получается. Преимущественно из—за того, что Руслан не дает этого сделать. Напористо целует меня, снова и снова тараня рот и вынуждая забыться в том, как ощущается его язык. Как руки сминают грудь, стискивая между пальцами соски и как он начинает двигаться внутри меня. Сначала медленно, легко раскачиваясь. Выходит наружу и снова погружается внутрь.

Наружу и внутрь.

– Боже, – выдыхаю сквозь алчные поцелуи, – не останавливайся только.

– Я и не смогу, как бы не хотел. Это грань, Даша. – Обдаёт мое ухо горячим дыханием Руслан. – Тебе лучше?

– Да…

Мне не просто лучше. Мне невероятно. И пусть я качаюсь на границе между болью и удовольствием, второе все же преобладает.

– Чуть быстрее, – предупреждает он, опираясь на ладони.

Движения его бедер ускоряются, Руслан подается вперед сильнее и ритмичнее. Я открытым ртом ловлю воздух, потому что его кажется начинает не хватать.

Помещение будто лишается кислорода.

Меня распирает там внизу, давление усиливается. Сгребаю простыню в кулаки, запрокидывать назад голову. А Руслан снова возвращается к моему телу. Рваными движениями целует шею, ключицы. Опустив руку на талию, сильно сжимает ее и срывается. С приглушенными стонами, ускоряется настолько, что я скольжу спиной по покрывалу и крепко обнимаю его за шею.

Стремительно нарастающее давление будто находит выход и выплёскивается, обварив меня новыми, ни с чем несравнимыми ощущениями.

Острыми, как перец чили, невыносимыми.

Сердце уходит