Пленник иллюзий - Эмма Райц

– Нормальный ход! – Илья закинул в свой стакан пару кубиков льда.

– Спасибо, Саид, – Пуля благодарно улыбнулась.

– А ты чего один-то? Где твоя фифа? Не захотела тусить в компании бедных охранников?

Фенрир пнул Шамана по ноге, и тот чуть не разлил свой виски. Трюкач нахмурился и недовольно вздохнул.

– Что?

– Илья, лучше тост скажи.

– Спросить уже нельзя?

Давыдов снова его пнул.

– Блин, Андрюх! Хорош меня долбить!

Полина закрыла лицо ладонью. Архипов уставился на Саида и только секунд через десять сообразил:

– Вы… типа всё?

– Типа да.

– А… Сорян.

– Давай уже тост, красноречивый ты наш.

* * *

В такси по дороге домой Андрей молча смотрел в окно. Он надеялся, что встреча с друзьями поднимет настроение, но их забавные разговоры то и дело «спотыкались» на неловких паузах и неуместных фразах. Саид хоть и утверждал, что всё в порядке, но Андрей не раз ловил его унылый взгляд на обнимавшем Полину Илье и даже на себе со Златой. И это было вдвойне иронично.

Рыжая в какой-то момент выпала из дружеского общения и замкнулась. Пуля тоже выглядела так, будто ждала, когда можно было побыстрее уйти.

А ведь Фенрир всю сознательную жизнь мечтал обрести такой же близкий искренний круг друзей, как у старшего поколения «Феникса». Даже будучи подростком, он тонко ощущал их нерушимое единство и непрерывную готовность поддерживать друг друга зачастую в ущерб своим личным делам, проблемам и сну. Словно для этой дюжины людей не было ничего важнее счастья друг друга. Но и тем больнее по ним били потери.

Зайдя домой, Андрей всё так же молча разделся, принял душ и сразу же улёгся спать, чувствуя на себе недоумённые взгляды Златы. Алкоголь, никотин и эмоциональная опустошённость лишили его желания наткнуться на очередную колкость.

Сознание уже подбрасывало ему первые размытые образы хмельных сновидений, когда вдруг Фенрир почувствовал лёгкое прикосновение к скуле, но не обратил на него особого внимания, решив, что это часть сна.

– Андрей… – где-то над ухом раздался еле слышный шёпот, и снова Давыдов никак не отреагировал, уже давно привыкнув, что во сне его часто кто-то звал.

И только мягкое касание влажных губ к его шее заставило Фенрира открыть глаза в сумраке спальни. Злата лежала вплотную к нему и поглаживала его густую бороду, продолжая путешествовать поцелуями от его сонной артерии к губам.

Внутренний голос начал было намекать на вероятность очередного «динамо»-прикола, но хмель в итоге победил, и Фенрир потянул рыжую за руку, усадив на себя. Гелла была абсолютно голая и на удивление нежная. Андрей не встретил сопротивления ни в момент, когда сжал ладонями её ягодицы, ни даже когда провёл вверх по её гладкой коже, подбираясь к небольшой аккуратной груди. Он наконец сел, впиваясь губами в тонкую шею, путаясь пальцами в тяжёлых пружинистых прядях, прессом чувствуя дрожь нетерпения Златы.

– Малышка… – Фенрир склонил голову и на выдохе облизнул по очереди колкие соски, чуть сжимая их зубами. Кожа рыжей мгновенно покрылась мурашками, а дыхание участилось. Она всё активнее изгибалась в его руках, нетерпеливо тёрлась повлажневшей промежностью по его паху и мягко царапала ногтями мускулистую спину.

Уже безумно возбуждённый, Фенрир одним рывком уложил Злату спиной на кровать, нащупал презерватив под подушкой, так и оставшийся там с прошлого раза, и, не переставая глубоко и напористо целовать «занозу», разорвал упаковку. Губы и язык Геллы были непривычно податливыми, она охотно откликалась на каждое прикосновение, каждую ласку.

Приподнявшись, Фенрир вгляделся в её лицо. Злата, часто дыша, кусала подрагивающие губы в ожидании взаимного удовольствия. Остатки сомнений выветрились из сознания, и Андрей атаковал свою пленницу, покорно расслабившую мышцы и позволившую ему войти в неё глубоко и безболезненно.

Злата выгнулась под ним и крепко впилась ногтями в кожу. Её дыхание постепенно становилось всё громче, переходя в стоны, и Фенрир планомерно наращивал темп, одной рукой упираясь в изголовье кровати, а второй прижимая рыжую к себе.

– Подожди… – она ловко выбралась из-под него, повернулась спиной и раздвинула длинные стройные ноги.

Андрей довольно ухмыльнулся и рывком насадил её на себя, заставив сладко вскрикнуть. Злата прижалась затылком к его плечу и двигалась в его ритме, позволяя Фенриру до боли сжимать пальцами соски.

Чувствуя приближение финала, тот замедлился и опустил руку вниз:

– Тише. Тише… – он грубо ласкал её набухший от возбуждения клитор большим пальцем.

Злата подрагивала от наслаждения, а её стоны из тихих перешли в откровенно утробные. Андрей снова ускорился, одной рукой обхватив тонкую талию, а пальцами второй опасно сжал беззащитную шею, всё же позволяя ей дышать. Рыжая вцепилась ногтями в его локоть, вздрогнула от резко накатившего оргазма, и её мышцы с десяток раз ритмично сжали его член, готовый вот-вот извергнуться. Фенрир ещё с полминуты быстро двигался в ней и наконец-то с глухим возгласом финишировал.

Какое-то время они лежали неподвижно, постепенно приходя в себя. Андрей медленно целовал Злату сзади в шею, обжигая горячим дыханием, и мягко поглаживал влажную ягодицу. Но в итоге любопытство победило. Он, уткнувшись носом в её макушку, тихо спросил:

– Что заставило тебя передумать?

– Я не передумала, – усмехнулась Гелла. – Просто спьяну трахаться захотелось.

Словно ошпаренный кипятком, Фенрир отпихнул смеющуюся рыжую и порывисто поднялся с кровати:

– Дура.

– А что, ранимый малыш хотел признаний в любви?

Но ответом ей послужила только грохнувшая дверь в ванную.

Андрей со злостью стащил с себя презерватив, швырнул его в унитаз и только чудом сдержался, чтобы не шарахнуть кулаком по зеркалу. Несколько раз он глубоко вдохнул, сжимая края раковины и глядя на своё гневное отражение.

Дверь открылась, и довольная Злата тихо зашла следом. Не поворачиваясь, Андрей перевёл взгляд на её отражение:

– Какого хрена?! Почему ты упорно продолжаешь быть… ТАКОЙ?!

– Ну ладно, извини, – Гелла примирительно улыбнулась. – Я неудачно пошутила, – она попыталась прикоснуться к напряжённым мышцам его спины, но Фенрир грубо спихнул с себя её ладонь и шагнул в душ.

– Да пошла ты.