Профессор магии на полставки. Том 5 - Георгий Сомхиев

сочетается — а фиг его знает, моё дело убивать, а не исследовать.

Несмотря на количество тварей, в общем и целом они проблем мне не приносили. Скорее только веселье.

Тех, кто соображал, Вельзи вводила в иллюзию и убивала. Живые тени тоже этому очень способствовали, особенно в комбинации с летающими глазами. Скелеты практически не могло оказать никакого сопротивления.

Единственной проблемой были летуны. Мелкие такие твари, похожие на помесь летучей мыши и уродливого гоблина. Их ещё называли горгульями, из-за формы морды и серой кожи.

Вот они на землю не опускались, из-за чего их убивать становилось проблемой. Резвость и хитрый ум только усугубляли проблему. Попробуй убей тварь, которая чуть что — даёт деру, заставляя тебя тратить ману впустую.

К их несчастью, маны у меня было очень много. Слабые заклинания практически ничего не расходовали. Ну и что самое главное — эти твари не могли до меня добраться — на ближней дистанции я превращал их в уголёк.

— Знаешь как говорят? Хорошего певца обидеть может каждый… — сказал я, испепелив летуна, пытавшегося пикировать со спины. Не получилось.

— Алекс, ты не хороший певец. Скорее уж мастер пыток, раз одним голосом столько боли мне приносишь, — недовольно ответил Ворон, растворяя во тьме помесь вепря и гиены.

— Твои слова ранили меня до глубины души, — наигранно сказал я, продолжая веселиться. — Это всё потому что ты злым стал. Жаль здесь нет Новикова, чтобы тебя погладить.

Провокация сработала на ура. Ворон разозлился пуще прежнего. Чувствую, потребует с меня за такое «оскорбление» дополнительную порцию маны, чтобы он меня простил, но да ладно. Мне не жалко. С моим резервом я это не замечу, заодно чем чаще опустошаешься источник, тем более устойчивым к нагрузкам он становится, да и растёт немного.

Да и как тут не подколоть сущность тьмы, когда есть такая возможность? Это же практически моя обязанность. Нет уж, я ему это буду ещё долго припоминать. Всё равно он ничего мне не сделает. Наверное…

Очень скоро от монстров не осталось и следа. Повезло, что по-настоящему серьёзных противников среди них не нашлось. Так, обычные монстры, которых можно убивать пачками и н не чувствовать проблем.

Хотя чему тут удивляться? Сильные твари в целом неохотно покидают Аномалию. Наш магический фон им совсем не нравится. Выйти наружу означает постепенно терять силу. Это обычные монстры разницу особо не чувствуют, а вот с высокоранговыми тварями ситуация ровно да противоположная.

Впрочем, расслабляться всё равно не стоит. Неохотно покидают Аномалии — не значит, что не покидают вовсе. А уж что среди всей орды найдётся парочка проблемных монстров, я не сомневаюсь.

— Три тысячи, пятьсот сорок четыре твари, — оказывается их всех считал Ворон. — Большинство оттуда скелеты, но не суть. Откуда их вообще столько?

— Сами пришли из разных мест, — развёл я руками. — Хотя всё равно какое-то у них странное поведение. Может магический фон на них так влияет? Кто ж его знает.

К слову, мне с одной стороны хотелось оставить Ворона и Вельзи со студентами. Сущности тьмы всё-таки не самые лёгкие противники. Особенно когда половина моих студентов до этого в рейдах не была.

С другой, я понимал, что это чрезмерная опека. Если раз за разом защищать их от любой угрозы, они просто превратятся в выращенных в теплице магов. Вроде и будут иметь силу, а воспользоваться ей грамотно не смогут. Так что тут была палка о двух концах.

Само собой я также не забывал об убийце Краха. Я с ним ещё не сталкивался, а он уже вызывал головную боль и раздражение. Слишком часто его приходилось учитывать как переменную в своих планах.

— Нет, я про другое. Откуда вообще столько монстров из Аномалий разом попёрло? — сказал фамильяр. — Это только один сектор, и сомневаюсь, что здесь прям все монстры были. Кто-то до сих пор бродит по пустыне. Может этот лич их вообще как-то приманивает?

— А ведь ты прав, — согласился я с мнением Ворона. Что-то мне эта мысль вообще в голову не пришла. — Существуют же заклинания, привлекающие внимание монстров. Они думают, что там большой очаг маны, и инстинктивно двигаются в ту сторону.

— Работает, конечно, не со всеми монстрами, но как вариант, — продолжил за меня мысль Ворон. — Только с сущностями тьмы вопрос открытый. Я не могу понять, почему они не сразу напали, и как я их только не почувствовал? Они же слабые. Десятка студентов во главе с Кайросом или с Селеной хватило бы разобраться.

— Может особая порода? — пошутил я в ответ.

— Да какая порода, — отмахнулся крылом Ворон. — Тут у меня два варианта. Первый — за ними стоит могущественная сущность тьмы. Кто может подчинять себе своих более слабых сородичей и послать их сюда. Там от разума то у низших ничего нет. Второй — там человек постарался.

— Думаешь Судья? — сразу же сделал я предположение.

— Как-то на ум другие кандидаты не лезут, — щёлкнул клювом фамильяр. — Хотя может и шаманы какие-нибудь, но и их мы не почувствовали. Возможно просто находились слишком далеко от нас. Эта пустыня просто огромная. Здесь много ума не надо, чтобы скрыться.

— Пока что понятно, что ничего не понятно, — покачал я головой. — Ладно, пошли к студентам. Думаю, за пару часов как раз добегу.

— Даже силы не восстановишь? — косо посмотрел на меня фамильяр.

— Так интереснее, — усмехнулся я в ответ, после чего побежал вперёд. Раз уж одна тренировка студентам обломалась, нужно срочно найти другую.

* * *

В то время, как профессор сражался против тварей, Волков молча наблюдал за тем, как в их сторону движутся даже не десятки, а больше сотни отвратительных теней, с фиолетовыми огоньками вместо глаз.

— Когда я хотел лучше узнать о сущностях тьмы, я вовсе не это имел в виду… — тихо сказал он сам себе, чтобы никто не услышал.

— Не переживай. Сегодня никто не умрёт, — уверенно сказал Алеев, услышав слова Волкова.

— Да. Никто не умрёт, — улыбнулся тот в ответ.

Только тревожащее чувство в груди не давало ему покоя…

Глава 10

Остановить время, переместиться, снова ударить…

Волков уже сбился со счёта, сколько раз повторил это действие, сражаясь с сущностями тьмы. И тем более он не подозревал,