Развод. Высекая из сердца - Анастасия Дмитриевна Петрова

Оправдывать себя не стану, тумблер слетел, думал раскачаю. Заставлю злиться. А когда вспыхнет, то зацелую и залечу ее раны.

Снова оказался в проигрыше. Она сильнее и мудрее оказалась. Зачем бороться за мужа , который оказался дерьмом?

— Ты, щенок, совсем берега попутал? — он начинает разговаривать как тот самый властелин из девяностых.

Думает, что мир все еще существует по понятиям. И бизнес у него такой же.

Жаль, что мне в свое время пришлось с ним связаться, да и вообще, что наши пути когда-то пересеклись.

— Лень, послушай. Ты мой бизнес загубил, окей, я принял это. Больно было попрощаться с детищем, я не скрою, что до сих пор свербит. Но твоя манипуляция не удалась. Не понимаю, с какой целью ты подкладываешь под меня эту девку, но я жену люблю. Не того ты нашел для этих игр, я не предам свой выбор. И хоть у вас получилось нас разделить, я все равно жену верну. Она — мой смысл жизни. И бизнес мне не всрался без нее и дочери. Я всю жизнь работал для них, сам то могу жрать макароны с тушенкой и жить в однушке на окраине города. Поэтому если их не будет рядом, мне все это вообще неинтересно. Понимаешь?

— Только у слабого идиота баба будет на первом месте, Маратик. Ты каблук классический, аж смотреть тошно, — он отталкивает меня, впервые применяя физическую силу: — Но так дела не делаются. Твоя душещипательная история меня не тронула. Не убедил. Я пришел к тебе, чтобы поговорить.

— О чем? Я думаю все уже сказано.

— Нет, — она растягивает губы в едкой ухмылке: — Женись на Карине, и я верну твой бизнес. Дам отмашку, и уже сегодня все фуры получат декларацию и двинутся дальше. Ты сразу получишь бабки и раздашь долги.

— Исключено! — сжимаю руки в кулаки: — Я уже сказал свое слово…

— Парни! — Берестов гаркает куда-то за дверь, и тут же в коридоре появляются два головореза: — Марат, я шутки то не шучу. Надоел твой бабский треп.

— Уходи из моего дома, — цежу сквозь зубы: — И парней своих забирай. Пытаешься угрожать? Лень, очнись, двадцать четвертый год на дворе, а не девяносто четвертый. Играй в честную игру. И да, кстати, твоя жена в курсе о твоих изменах. Она плакалась Дарине. Люда … Хороший человек. Неужели тебе ее совсем не жалко?

Я пытаюсь хоть как-то до него достучаться, призвать к совести. Маловероятно, что у меня получится. Но тем не менее, я правда пытаюсь из последних сил. Берестов не тот человек, который откажется от своих убеждений и идеологии, но и я не стану больше ввязываться во все это.

Искренне ненавижу себя за то, что проявил слабость и не показал характер. Итог мы все видим.

Не представляю даже сколько времени потребуется, чтобы вновь завоевать доверие жены и дочери. Вернусь свою семью и любовь девочек.

— Слышишь, ты, — он хватает меня за рубашку: — Я со своей женой сам разберусь. Это не твое собачье дело. Она знала за кого замуж выходила. А я тебя в последний раз предупреждаю, либо ты женишься на Карине, либо…

— Либо что?! — кидаю ему с вызовом.

Ярость закипает внутри. Надоело быть марионеткой в его руках. Сколько можно? Да, я долго боролся за бизнес, цеплялся за него. Шел на поводу этих игр и одного самодура.

А сейчас понял, что все это не стоит того. И так остался ни с чем.

— Не хочешь по-хорошему, да, Маратик?

Остерегаюсь, потому что два амбала уж делают выпад в мою сторону. Из-за их спин появляются биты, один замахивается…

И дальше темнота.

Я ничего не чувствую, не слышу и не вижу.

Умер?

Глава 31

Сердце не на месте с самого утра.

Уже и Арине позвонила раз пять, и няне тоже. Так еще и сорвалась к своему врачу.

Ребенка я после разговора с Маратом окончательно решила оставить, а конференция с Берто закончилась тем, что итальянец взял паузу на взвесить все за и против.

Да, сложно на самом деле, отказаться.

И в какой-то степени я тешу надежду, что это не повлияет на его желание работать со мной. Однако, и решить в обратную сторону, учитывая последствия, я не смогу.

В процессе нашей беседы с Маратом все будто немного улеглось в душе. Нет, я все еще испытываю противоречивые чувства ко всей этой ситуации, но все же теперь склонна думать, что и я приложила руку.

Пусть неосознанно и едва ли видимо, но ведь в браке участвуют двое, так и во всем, что можно отнести к жизни в нем, каждый вносит свою лепту. Поступки Марата яркие и видные, а вот мои скорее скрытые и будто немного исподтишка.

Я не давая себе отчета, скрылась за работой. Ребенок, это одно, а муж совершенно другое. И взять даже ту мою речь у Берестовой, да, создала свой бизнес, но семью то сохранить не сумела. Безусловно, ее хранят двое, но я свою часть не выполнила, в том числе.

С фасолинкой все в порядке и мне уже назначена дата первого скрининга, и даже установлена пдр. Честно признаться, хочется сказать Марату, потому как помню, как он слезно просил малыша.

Выхожу из здания клиники, и снова в груди будто чечеткой отбивает сердце.

Что ж такое?!

Двигаюсь к машине, в то время, как телефон разрывается от разрывной мелодии где-то в сумке.

Копаюсь с секунд тридцать, и наконец ухватываю его. Номер незнакомый, тут же хмурюсь.

Какое-то нехорошее предчувствие нависает грозой среди ясного неба.

— Ало.

— Дарина Исакова? — женский голос без приветствий тут же задаёт вопрос.

— Да, а кто интересуется? — так и стою у автомобиля, не представляя кто это.

— Ваш муж сейчас в семнадцатой больнице, состояние тяжелое.

— Ч…

Едва до меня доходят слова, я дрожащей рукой хватаю трубку и пытаюсь крикнуть, но на том проводе уже короткие гудки.

Не попадая по ручке двери, пытаюсь ее открыть. А сама буквально схожу с ума.

Господи…

Сажусь в салон, бросая сумку, и пытаясь вставить ключ в зажигание. Получается с третьей