Тридевятое. Книга первая - Ирина Кизимова

царь, мне зубы не заговаривайте. Ежели бы даже засуха была, то дно бы просто так наверх не пошло.

— А ты, вижу, больно умный! Кто такой будешь?

— Я — Иван, сын царя Берендея.

— О, стало быть, царский сынок ко мне в гости пожаловал.

— Разве вы хотите, чтобы ваша большая река в пруд обратилась, а потом болотом стала? Неужели приятно управлять пиявками да головастиками?

Водяной нахмурил густые брови.

— Дело говоришь, царевич. Я бы и рад вернуть всё на прежнее место, да только не я один речку делил, такой уговор был.

— Что за уговор такой?

— Большая Иволга, полноводная, каждый водяной себе кусок отхапать хочет, а кто станет добровольно владениями своими делиться? Вот твой батька, разве будет направо-налево земли в Тридевятом раздавать?

Иван отрицательно покачал головой.

— То-то и оно. Поделили мы реку между тремя главными семьями, чтобы распри прекратить, и живём теперь припеваючи.

— «Припеваючи» говорите? Тогда почему у вас лицо такое осунувшееся, похудели небось на безрыбной диете?

— А ты, малой, больно дерзок! Я в твои годы со старшими в ином тоне разговаривал.

— Значит, я всё-таки прав?

Водяной почесал полу-лысую голову, задумчиво глядя на Ивана.

— Почему бы вам не править Иволгой сообща? Тогда всё вернётся на прежнее место.

— Где ж такое видано, чтобы несколько царей землёй правили? — покачал головой водяной. — Впрочем, если поможешь мне стать единоличным самодержцем, я помогу тебе восстановить Иволгу. — он растянулся в улыбке.

— И что я должен для этого сделать и как могу верить тому, что ты меня не обманешь? — недоверчиво посмотрел на него Иван.

— Не знаю, как у смертных, а мы когда клятву даём, значит не нарушим её, иначе страшная кара ждёт. Посему я не стану предавать тебя, даже если это в моих интересах.

— Хорошо, я согласен. — кивнул царевич.

— Молодец, а теперь ступай за мной. — поманил его рукой водяной.

Царевич недоверчиво посмотрел на морщинистую руку.

— Да как же ты собрался мне помогать, если снаружи будешь? Пойдём, гостем будешь. Вот мои девки компании-то обрадуются.

— Хорошо. Но если попробуешь что-то выкинуть тебе же хуже будет. — Иван взял его за руку, а затем водяной уцепился за него крепкой хваткой и потащил на дно.

Поначалу царевичу показалось, что он тонет, грудь сжали водные тиски, и чем глубже они погружались, тем нестерпимей становилась боль. Воздух в лёгких стремительно заканчивался, а капилляры в глазах начали лопаться. Стараясь не потерять сознание, из последних сил прижимая к себе волшебные гусли — единственное оружие супротив нечистой силы. Оставшийся воздух покинул его, в глазах мгновенно начало темнеть, а сознание меркнуть, это и был его конец?..

Иван очнулся на дне. Если бы ему когда-то сказали, что он окажется в подводном царстве, то юноша посмеялся бы, но сейчас, глядя на тёмную толщу воды над собой, проплывающих редких рыбок и водоросли, а затем внезапно выросшее над ним улыбающееся девичье лицо, он понимал, что всё это не шутки, правда, откуда здесь девушка? Юноша резко сел, не рассчитав силу и врезавшись лбом прямо в нос речной красавице.

— Как грубо! — вскрикнула незнакомка, нянча ушибленный нос. — Хорошо хоть не сломал. Разве так в первый раз с девушкой знакомятся? — недовольно ворчала она.

— Прости. — Иван виновато почесал ноющий лоб. — Просто не ожидал тебя увидеть.

— Ладно, на первый раз прощаю. — заметила девушка.

Под водой был полумрак и ему пришлось прищуриться, чтобы напрячь зрение и разглядеть её лицо получше. Она ничем не отличалась от обычных земных красавиц, разве что в волосы были вплетены нити с ракушками и необычными цветными камушками, длинная светлая рубаха облепляла её фигуру, и судя по очертаниям, хвоста там всё же не было.

— Что? Красивая? — она улыбнулась, кокетливо поправив тёмные волосы, которые вода то и дело развевала в разные стороны.

— Ты русалка? — спросил Иван, решив не отвечать на этот вопрос.

— Я дочка водяного Водована, звать меня Влася. А ты кто будешь?

— А я Иван, сын царя Тридевятого царства Берендея. — ответил ей царевич.

— Что ж, царевичи сюда точно не захаживали. — улыбнулась она, нисколько не смущённая тем, что говорит с царским сыном. — Папенька тебя с поверхности притащил, я уж думала утопленник, а вон нет.

— Я сам пошёл за ним, чтобы он помог вернуть Иволгу в прежнее состояние.

Русалка грустно улыбнулась:

— Папенька мой не из простых, не верь всему, что он говорит, Иванушка. Смотри в оба, одним глазом на него, а другой скашивай.

— Хорошо, я буду держать ухо востро. — пообещал ей царевич.

— Влася! — сотряс толщу воды знакомый голос водяного. — Мелкая ещё, а какая ушлая плотва! Уже к царевичу подобралась! Говорил же без моего ведома никуда не суваться!

— Если бы ты, папенька, сразу сказал, что царевича притащил, я бы и не лезла. — и бровью не повела русалка, лёгким движением проплывая к отцу. — Сам виноват, что в дела не посвящаешь!

Иван наконец, смог рассмотреть водяного во всей красе. Сейчас в полумраке водной толщи он выглядел как раздувшийся мужик с пузом навыкате, лицо украшала короткая бородка и длинные как у сома усы с запутавшимися в них мелкими водорослями, волосы так же были спутаны из-за постоянного нахождения среди водной толщи, кое-где была видна старческая лысина. Неестественно большой рот больше похожий на рыбий чем на человеческий, растянулся в улыбке, когда он заметил, что царевич на него смотрит.

— Ты уж извиняй, что я тебя так резко утопил, но ты не переживай, покуда ты здесь гость, можешь дышать на моей территории, а как выберешься на поверхность — всё станет как прежде. — успокоил он Ивана. — Хорошо, что ты крепкий оказался, многие помирали, так и не достигнув моего терема.

— Вы бы хоть предупредили о том, что я помереть могу. — недовольно проворчал Иван.

— А стоило? Ты бы всё равно со мной пошёл.

Иван промолчал, прекрасно понимая, что водяной прав, и он всё равно пошёл бы следом за ним. Как ни крути, а чтобы исправить ситуацию с Иволгой, придётся работать сообща с нечистой силой на её территории.

— Уважь нас сегодня, царевич, давно в тереме гостей снаружи не было окромя утопленников, но