Библиотекарь - Гектор Шульц

— Не совсем верно, Тимофей. Великий союз магов поставил защиту, пройти которую может лишь то создание, кто не желает зла всему миру. Поэтому в наших землях встречаются тролли, гоблины, ведьмы и упыри. Но такие, как Саурон и ему подобные, не смеют пересекать границу.

— Ужас какой.

— Согласен. Но это дела давно минувших дней и сейчас беспокоиться об этом не стоит, — улыбнулся старик, наблюдая, как Колобок лижет его сапог. – Этот мир находится в равновесии и у каждого создания есть выбор.

— Вполне. Хоть немного стало ясно, — кивнул я.

— Я ответил на твои вопросы?

— Да. Остался один и самый главный. Как мне вернуться домой? В свой родной мир, — Мортимер стал мрачнее тучи и даже поиграл желваками, а затем обессиленно выдохнул.

— Сложно. Очень сложно. Открыть портал можно с помощью темного зеркала, которое, по счастливой случайности, у тебя уже есть, — колдун указал пальцем в сторону ехидной морды, которая от важности момента надулась, словно жирный гусь. – Но необходимы еще три вещи, достать которые сложнее всего.

— И что это за вещи? – нетерпеливо перебил я, но колдун уже поднялся с кресла. – Ответьте, прошу вас.

— Всему свое время, мой мальчик. А сейчас отдохни. Да и мне нужно подумать, — тихо ответил он, выходя из кухни. На секунду мне показалось, что колдун постарел еще сильнее.

— Время? Я попал в другой мир, а вы говорите о времени? Я хочу домой! – более грубо рявкнул я. Мортимер повернулся ко мне и, опершись плечом о стену, с достоинством ответил.

— Ради этих вещей тебе придется столкнуться с опасностью.

— Плевать! Я готов. Не сидеть же вечно в мире, где до сумасшествия рукой подать.

— Есть еще кое-что, Тимофей. Тебе придется пожертвовать чужой жизнью, чтобы открыть портал. Ты готов это сделать? – я замолчал, наконец-то понимая, что именно хотел сказать колдун. Тот вздохнул и добро улыбнулся. – Отдыхай, а я постараюсь придумать, как все сделать с наименьшим риском.

— Не ждал ты такого ответа, Тимка? – тихо спросило зеркало. Странно, но в словах волшебной вещи не было привычного сарказма или цинизма.

— Нет, конечно. Догадывался, что будет сложно, но жертвовать кем-то ради возвращения домой – варварство.

— Делать нечего. Посмотрим, что старый пердун придумает, — хмыкнула морда, перед тем, как исчезнуть. В итоге на кухне остался только я, молчащая Изабелла и спящий под столом Колобок, которому было плевать на всякие задания.

Глава десятая. История Мортимера.

День прошел в скучном обследовании башни и многочисленных помещений, в которых Великий Колдун занимался важной и полезной работой на благо сказочной страны. Правда обследование было скучным лишь для волшебного зеркала, которое не переставало сочиться ядом и презрением к моей любознательности, и Изабеллы, знающей о башне все и вся. Но у меня, кроме всего прочего, была еще одна цель.

Я безумно хотел осмотреть библиотеку Мортимера. Изабелла, пожав плечами, милостиво меня проводила и даже составила компанию на тот случай, если я потеряюсь в многочисленных стеллажах, которых в этой самой библиотеке было неисчислимое множество.

Стеллажи уходили вверх и терялись в темном мареве, будто у помещения не было потолка. Девушка тут же пояснила, что библиотека сама подстраивается под общее количество книг и свитков, увеличиваясь в размерах, если места становится мало. На мой логичный вопрос о схожести библиотеки и Выручай-комнаты из мира Гарри Поттера, она лаконично кивнула, указав лишь на то, что оба помещения используют похожие принципы трансформации, только в библиотеке не было странных колб, манекенов и пыльных стульев. Одни лишь знания, представленные в многочисленных томах и талмудах.

Я, с благоговейным трепетом, тихо шел мимо длинных рядов и удивленно рассматривал корешки книг и свисающие ярлыки, на которых Мортимер собственноручно делал какие-то пометки, помогавшие ему в том, чтобы найти тот или иной свиток. Названия книг были самыми разными. От смешных и веселых, вроде: «Тысяча анекдотов про зверей» и «Магические способы увеличения мужского достоинства», до более грозных и даже страшных. «Драконарий», «Семь рецептов изготовления Философского камня», «Ведьмачьи знаки», «Черная Библия», «Демоны Гоетии». Но одна из книг заинтересовала меня куда больше. Хмыкнув, я осторожно снял со стеллажа пыльный том, на обложке которого сияло золотом длинное название – «Трансформация сказочных созданий человеческими существами». Присев на один из кособоких стульев, я раскрыл книгу и погрузился в нее с головой.

В ней рассказывались удивительные вещи о тех людях из моего мира, которые придумывали «кроссоверы». Этим термином автор книги называл не только людей, которые смешивали существ из двух разных вселенных, но и людей, которые меняли вселенные и персонажей в них обитавших так, как хочется им.

Почти вся книга представляла собой аккуратную таблицу из трех столбцов. «Имя автора», «Произведение» и «Результат». Прищурившись, я быстро метнул взгляд на зевающего Колобка, который сопровождал меня всюду, и перешел к оглавлению. К моему удивлению, в книге действительно хранилась информация о том человеке, который придумал альтернативного уродца.

«Гомункул волшебный, созданный с помощью неизвестной субстанции, набранной дедом и бабкой по сусекам. Кардинальные отличия от каноничной версии – грубиян, хаотически-нейтрален, эмоционально неустойчив. Питает нездоровую тягу к галлюциногенным веществам, запрещенным Императорским двором. Литературный образ создан в апреле две тысячи пятого года в человеческом мире».

— Я пишу эту книгу, — от раздавшегося в тишине голоса Мортимера, я испуганно подпрыгнул и свалился на пол, под непрекращающийся хохот волшебного зеркала. Даже Изабелла не сдержала улыбки, наблюдая за моим шикарным кульбитом. Колдун усмехнулся и протянул мне руку. – Прости. Не хотел тебя напугать, Тимофей.

— Прощаю, — кивнул я, краснея так, словно мне в родню затесался зад шимпанзе. – Получается, что ты ведешь учет всех отклонений, которые встречаются у сказочных созданий?

— Да.

— Зачем? Любовь к информации?

— Не только это, — ответил Мортимер, присаживаясь рядом и поднимая с пола книгу. – Мой преемник должен будет знать, с чего и откуда все пошло.

— Разве это можно изменить? К примеру, Колобка, — спросил я, посмотрев перед этим на круглого уродца, рассекающего вдоль стеллажей с радостным визгом.

— Вполне возможно. Я пока работаю над этим. Сказочные существа меняются лишь тогда, когда некий человек хочет этого. Понимаешь?

— Ага. Некий идиот ужрался вина и придумал историю о том, как Колобок вылупляется из дерьма лисы,