Сирруш - Павел Сергеевич Марков

А насколько ложь? Мне кажется, все же ближе к истине».

Абхе хмыкнула:

— Тогда возьми меня в Мохенджо-Даро.

Шанкар отрицательно покачал головой, и тогда девушка беззлобно добавила:

— Негодяй.

— Я знаю.

Глава 12

Когда за деревенскими гонцами закрылась дверь гостиной, и они остались одни, Нараян облизнул пересохшие губы. В этот момент они напоминали луга для выпаса скота к западу от поселения. Такие же потрескавшиеся и болезненные.

Утренний свет проникал внутрь помещения через овальное отверстие в крыше, освещая стоявшие на столике два кувшина с вином и тарелку гороховой каши.

Слова гонцов заставили охотника позабыть о таинственном звере и тех жутких находках, что они обнаружили со старостой.

Худшие опасения подтвердились. В погоне за урожаем и алчностью жители правобережья Сарасвати так увлеклись выращиванием урожая, что напрочь забыли об истощении земли. Пустыня подкралась незаметно, подобно синха, прячущемуся в высокой траве. И этот страшный зверь уже совершил свой роковой бросок. Многие селения по ту сторону реки стремительно пустеют. Люди вереницей направляются на юг, в Лотхал, увозя с собой те остатки урожая, которые еще можно спасти. Пески наступают с пугающей быстротой. Левый берег спасает лишь Сарасвати. И как только ее русло окончательно иссякнет, уже ничто не сможет сдержать ненасытную утробу пустыни с востока. Она поглотит плодородную долину. Скоро от былой жизни и процветания не останется и следа. Будет только камень, песок и болота на севере.

— Мне нужно выпить, — пробормотал староста.

Шанкар, сидевший на плетеном тростниковом стуле напротив, ехидно подметил:

— Неужели?!

Нараян притворился, что не расслышал. Дрожащей рукой, он наполнил стакан и залпом осушил его. К утру староста переоделся в чистую белую рубаху, и теперь, с легким румянцем на щеках, очищенных от сажи, походил на здорового человека. Если не считать кругов под глазами и недельной щетины, покрытой сединой.

— Я не знаю, что мне делать, — глаза главы деревни быстро забегали из стороны в сторону.

Шанкар поднял левую бровь:

— Пить, конечно, что же еще? Вы этим целую неделю занимаетесь.

— Да прекратите! — Нараян злобно зыркнул в сторону охотника. — Я серьезно.

— Если серьезно, — Шанкар нахмурился, — то ничего. С этой минуты, что бы вы ни делали, долина Сарасвати обречена. Можно попробовать отсрочить неизбежное, но ненадолго.

— Завистливые мрази! — прошипел Нараян, сжимая стакан с такой силой, что он чуть не треснул в его ладони.

— О ком это вы?

— О соседях, о ком же еще? Их жадность и зависть погубили нас!

— Вот как?

— Да! Будь они хоть немного дальновиднее, то не стали бы истощать почву только для того, чтобы потягаться со мной в сборе урожая! А сейчас посмотрите, — он махнул рукой на восток, — теперь из-за них нас поглотит пустыня, шакалы их подери!

— Из-за них?! — охотник так резко подался вперед, что Нараян невольно отпрянул, едва не упав со стула. — Если бы не ваше варварское уничтожение джунглей на севере, притоки остались бы целы. Сарасвати не пересохла, и пустыню удалось остановить. Но, — Шанкар вернулся в исходное положение, — вы нанесли по долине решающий удар.

Староста отвел взгляд, его дыхание участилось:

— Я хотел, как лучше. Чтобы урожая хватало вдоволь на годы вперед. Я просто…

— Недальновидный, — закончил за него охотник.

Нараян иронично ухмыльнулся:

— Моя жена говорила то же самое.

Шанкар промолчал, не желая выдавать Абхе.

Глава деревни растерянно посмотрел на него:

— Что со мной будет?

Охотник теперь вскинул сразу обе брови:

— Даже сейчас вас интересует только собственная шкура?

Нараян понурил голову и потянулся к кувшину.

Следя за его трясущимися руками и испытывая неприязнь с легким привкусом жалости, Шанкар молвил:

— Я не знаю, какую судьбу уготовят для вас жрецы, узнав о последствиях вашей деятельности на посту главы деревни, но если хотите, я могу попробовать выторговать милость для вашей персоны.

Нараян с надеждой во взоре посмотрел на охотника и поставил стакан на столик:

— Правда? Что я должен для этого сделать?

— Во-первых, — тут Шанкар резким движением смахнул кувшины со стола.

Оба сосуда с громким хрустом разбились об пол, покрывая шерстяной ковер бурыми пятнами. Глава деревни аж подпрыгнул.

— Вы что творите?! — взвизгнул он, с долей отчаяния смотря на осколки.

— Во-первых, — как ни в чем не бывало, продолжил Шанкар, — бросайте пить. Сейчас вам действительно хватит забот, помимо того, как нагружаться хмелем с утра до ночи.

Староста обернулся к охотнику и уже собирался высказать все, что о нем думает, но, увидев суровую и непроницаемую маску на лице жреческого посланника, отказался от подобной затеи.

— Во-вторых, стройте колодцы. В деревне, рядом с дорогой, в полях. Где только возможно, на примерно одинаковых расстояниях друг от друга. Это обеспечит жителей чистой водой и позволит отсрочить тот момент, когда растениям перестанет хватать влаги.

— Колодцы не спасут поля со злаками, — обреченно вздохнул Нараян.

— Нет, — согласился Шанкар, — не спасут. Но они и не должны. Колодцы необходимы для мелкого хозяйства, вроде огородов и садовых деревьев. Это позволит вам выиграть время и остаться в долине на неопределенный срок.

— Хорошо, — тяжело выдохнул глава деревни, — что-нибудь еще?

— Да. Ветер с востока скоро начнет наметать сюда песок. Сначала это будут мелкие, едва заметные песчинки, но затем их станет все больше и больше. Каналы засорятся. Сарасвати пересохнет, и тогда все. Чтобы это произошло, как можно, позже, начинайте строительство частоколов на правом берегу реки. В несколько рядов, чем выше, тем лучше. Это задержит песок и позволит пользоваться землей.

— На сколько задержит? — Нараян пристально вгляделся в лицо собеседника. — Как долго мы еще сможем здесь оставаться?

— Если сделаете все, как я сказал?

Староста кивнул. Охотник ответил не сразу, видимо, проводя в голове какие-то подсчеты. Для Нараяна это было самое томительное ожидание в жизни. Наконец, Шанкар ответил.

Его слова прозвучали, как приговор:

— Год. В лучшем случае, полтора.

— О-о-о-о, — застонал глава деревни, опуская голову на грудь и закрывая ее руками.

Охотник не стал его утешать, ибо считал, что во всех своих бедах Нараян виноват исключительно сам, да и подобающих слов утешения подобрать Шанкар не смог бы.

Вместо них он сказал:

— Я отправляюсь в обратный путь. Необходимо доложить верховному жрецу о сложившейся ситуации. Быть может, он сумеет что-то предпринять, дабы мы все не умерли голодной смертью в обозримом будущем. Долина Сарасвати — главная и основная житница нашего народа. Нужно немедленно придумать, что делать дальше.

Нараян вскинул голову и посмотрел на охотника.

Его волосы встали дыбом:

— А носорог?

— Что, носорог?

— Разве вы не собираетесь его изловить и уничтожить?

— Нет, — после секундного замешательства ответил