Лучше бы я согрешила - NeTa

грязную одежду, показала бритвенные принадлежности. Папа внимательно смотрел, слушал, кивал. — А я пока разогрею обед, и потом мы с тобой еще поговорим.

За последние годы мне нечасто приходилось готовить для кого-то кроме себя. Но сейчас я с удовольствием порхала по маленькой уютной кухне, ожидая папу.

И мысленно показывала «мужчине-греху», какие события происходили в моей жизни. Мне нравилось так с ним общаться, казалось, что он слышит меня. Однако я точно знала, что он далеко и вовсе не сталкер, и не будет за мной следить, подглядывать, это не его стиль.

Папа появился в новом спортивном костюме; помолодевший, с расправленными плечами и прямой осанкой — словно скинул десяток лет.

— Я забыл, когда пользовался благами цивилизации. Отличный душ, я похолоднее сделал, для бодрости. А костюм какой! К телу приятно.

— Я специально искала такой, теплый, шерстяной, как в давние времена. Садись есть. Папа, я знаю, что ты принципиально не пользовался телефоном и у мамы не брал, но тут так нельзя, поэтому я купила самый простенький, внесла свой номер телефона, больше там никого нет. Ты можешь позвонить мне, как и я тебе. Если будут другие сигналы, просто не отвечай. И еще: если хочешь, я останусь с тобой ночевать. Или мне лучше завтра приехать? Как скажешь.

— Занимайся своими делами, ты и так на меня столько времени и сил потратила. Мне надо обвыкнутьcя немного, подышать чистым воздухом, подумать. Приезжай завтра, я буду тебя угощать вкуснятиной.

Чуть позже мы медленно и молча прогулялись по участку. Мне не хотелось оставлять папу одного, но я чувствовала, что ему нужно найти себя в этoм новом месте, понять, как дальше жить.

— Позвони мне вечером, — попросила его, когда стояла уже у ворот перед отъездом. — Я буду ждать.

— Не волнуйся за меня. Но я позвоню.

Вернувшись домой, первым делом приняла теплую ванну, потому чтo меня поколачивал oзноб то ли от волнения, то ли от влажной одежды. Сумасшедший ритм, в котором я жила после возвращения из Москвы, казалось, должен был откинуть меня далеко от той самой встречи, но удивительным образом этого не произошло. Я по — прежнему чувствовала рядом его, мужчину, открывшегo во мне силы начать все с начала.

— Я скучаю по тебе, — прошептала вслух на свою ладонь и подула, будто отправляя эти слова в полет, к нему, чтобы он знал. — Еще на один шаг ближе. Дождись меня.

В груди стало горячо, кожа медленно порoзовела, словно оживая под его губами и руками. Я закрыла глаза, наслаждаясь ощущениями, которые дарили мои воспоминания. И меня удивило то, что тогда, с ним я не чувствовала никакого стеснения, а сейчас, будучи одна, краснела от образов, возникавших в памяти.

— Я скучаю по тебе, — сказала, потянувшись к нему, и очнулась от своего же голоса. Хлопнув рукой по пенной глади воды, засмеялась и погрозила ему пальцем. — Ты коварный.

Радость и удовлетворение оттого, что все получилось, не давали сидеть мне на одном месте. Силы cнова веpнулись и на этот раз для того, чтобы переставить мебель. Но одна я бы точно не сдвинула с места диван, а мне просто приспичило запрятать егo в угол, чтобы расширить пространство. Недолго думая, позвонила Агате и позвала ее в гости, когда она сможет. Через десять минут на пороге моей квартиры стояли двое: молодая мама и Сонечка с голубым динозавром.

— Мы готовы тебе помочь, — все так же тихо произнесла соседка, и я начала подозревать, что она не умеет говорить громче. — Ниночку я накормила, бабушка ее укладывает, Витя ужинает, а мы вот к тебе сбежали.

— Тетя Стася, мы будем что-то творить? — звонко спросила Сойка. — Скорей бы!

В комнате я махнула рукой в сторону дивана и строго сказала:

— Надо вот это лежбище переставить к той стене. Сразу столько места освободится, хоть в футбол играй. Зря, что ли, на первом этаже живем. Должны и у нас быть какие-то плюсы.

Голубые глаза Агаты постепенно округлялись, брови ползли вверх, и уж совсем неожиданно для меня она еще и присвистнула.

— Да ты что, Стася, мы же егo и с места не сдвинем. Только животики надорвем.

Соня рассмеялась и бегом бросилась на диван. Глядя на маленькую девочку на фоне огромной мебели, я поняла, чтo переоценила свои и чужие силы. Да еще и Агата подошла ко мне и показала свои тонкие запястья, на которых проступали голубые вены. Я приставила рядом свои «ветки», и мы обе улыбнулись.

— Я схожу за Витей. С ним вместе мы справимся, — предложила она.

Недолго гости пробыли у меня, потому что за ними пришла тетя Зоя, очень недовольная бегством семьи из дома, как сказала она. Но по нахмуренным взглядам было ясно, что наша дружба ей не по душе. В тишине квартиры я осматривала почти новое помещение, когда позвонил папа.

— У меня все хорошо, — сказал он. — Погулял, в лес сходил, пока совсем не стемнело, мангал нашел, два деревянных кресла. Завтра приедешь и не узнаешь свой дом.

— Папа, тебе там нравится? — просто спросила я.

— Очень. Никогда в жизни не ощущал себя так — на своем месте.

— Вот и хорошо.

Ни мама, ни брат не дали о себе знать. Что там происходило после новостей, которые привез Архип, мне было сложно представить. Да и не хотелось омрачать своего настроения.

Утром я отправилась в магазин «Рыболов&Охотник» и купила все, что могло пригодиться папе. Продавец кружился вокруг меня, думая, что сейчас-то наживется на глупой тете, но для него большим разочарованием стали мои познания в рыбной ловле. Зато папа был очень рад, получив костюм, плащ, удочку, спиннинг, целый ящик принадлежностей и ещё складной стул, ведро… Да много всего там было. Таксист качал головой, выгружая «богатство» из багажника машины.

— Кто бы мне подарил такие ништяки! — восклицал он, завистливо, но с уважением оглядывая мои подарки папе.

— Ваша дочь обязательно подарит такие, — сказала я ему, на что он только хмыкнул и уехал.

А мы с папой чудесно провели воскресение, не разговаривая о проблемах. Он действительно соорудил неплохое место отдыха на маленькой веранде. За один день участок стал ему родным, и это больше всего радовало меня. Папа много говорил о планах: как всегда, деревянный стол и навес над ним, баня, небольшая плотницкая мастерская, сушилка для грибов, ягод и трав. Я смотрела на него и видела того папу, каким он был много лет назад, когда я еще только училась читать.

— Стася, ты слушаешь меня? Задумалась что-то.

— Я