Запретная. Моя - Элла Александровна Савицкая

class="p1">– Жду.

Когда выхожу на улицу, заглядываю в конверт. Не хило. Премия очень даже кстати.

Расплывшись в улыбке, прикидываю как все сделать правильно.

На следующий день мама, как всегда перед праздниками, суетится на кухне.

Пар из кастрюли поднимается до потолка, запах лаврового листа вперемешку с мясом заполняет квартиру, оседая в волосах, одежде, стенах. Дом пахнет по—домашнему. По—новогоднему.

Я помогаю чем могу – режу огурцы в тазик с салатом, пока она колдует над холодцом.

– В этом году можно было обойтись без ананаса, Руслан, – бормочет, вытирая руки о старый, в крапинку фартук, и принимается тереть шершавую шкурку под струёй воды.

– Зачем? Ты же его любишь.

– Люблю, но отец без работы. Ты вон тоже ночами не спишь. Мне этот ананас костью в горле станет.

– Зато сладкой костью, – ухмыляюсь, зная, что на самом деле она довольна до дрожи.

Мама вообще любит фрукты. Особенно мандарины – они у нас на вес золота. А ананас я в первый раз притащил в прошлом году, после самой первой своей «ходки».

Тогда она долго причитала, что дорогой, не к месту, не по средствам. А потом с таким видом ела, будто в жизни ничего вкуснее не пробовала. Практически одна его и съела. С тех пор ананас – её тихая радость.

– Балуешь ты нас, Руслан, – произносит тихо, почти ласково, и тут же вдруг сдавленно стонет.

Я резко поднимаю взгляд.

– Ма?

Она роняет ананас в раковину, хватаясь одной рукой за бок, а второй цепляется за край мойки.

– Прихватило что—то… Спазм…

Быстро подхожу, помогаю дойти до табурета и усадить.

Всматриваюсь в побледневшее лицо.

– Ма, это уже не в первый раз. Часто у тебя. Надо к врачу, серьёзно.

Вдохнув, она выдавливает из себя вымученную улыбку.

– Ой, да что он мне скажет? Таблетки пропишет, а я их терпеть не могу, сам знаешь. Пройдет. Вот, уже проходит, видишь. Не волнуйся, – треплет меня по волосам, как в детстве и возвращается к мойке.

Не нравится мне это. Уже больше месяца мучается со спазмами.

Дорезаю салат, молча, с застывшей в голове мыслью, а потом встаю и иду в комнату к отцу.

Он развалился на диване, как и в последние недели, уставившись в телик. Работу так и не нашел, но алкоголя у нас в доме нет. Даже шампанского на этот Новый Год. Мать не хочет рисковать и решила, что будем довольствоваться лимонадом.

Я за. Мне вообще за руль.

– Бать, иди маме помоги. Мне надо кое—куда смотаться.

Отец встаёт и отключив телик, отправляется на кухню. Пить не пьет, но настроение у него на нуле.

Пока переодеваюсь, на телефон приходит сообщение:

«Я уехала. Буду думать о тебе в двенадцать».

Стиснув корпус гаджета, печатаю ответ:

«Скинь адрес, где ты будешь»

«Зачем? Ты приедешь?» – приходит сразу же.

«Была такая мысль. Или ты против?»

«С ума сошёл? Я уже жду»

А следом прилетает адрес.

Со смешком убираю телефон подальше.

Этот Новый Год будет особенным.

Глава 23

– С Новым Годом!

По залу разносится всплеск радостных эмоций и стук бокалов.

– С Новым Годом, Дашунь, – мама целует меня в щеку и одаривает улыбкой.

– И тебя, мам!

– Желание загадала?

– Конечно.

– Поделишься? – хитро сощуривается, а я мотаю головой.

– Неа. Не сбудется же.

А оно обязано сбыться. Потому что не для меня моё желание. Оно для Руслана. Хочу, чтобы у него получилось всё в жизни и он добился таких высот, о которых не позволял себе даже мечтать.

– С Новым Годом, Дашка, – Слава подходит и ударяется своим бокалом о мой.

Мама тактично нас оставляет.

– Спасибо. И тебя. А ну—ка подержи, – вручаю ему бокал.

Порывшись в сумочке, достаю заранее приготовленный ему подарок.

– Это тебе.

Теперь моя очередь держать бокалы, потому что Славик распаковывает конверт.

– Абонемент в спортзал? – улыбается удивленно.

– Ты же сам хотел, – напоминаю ему, – говорил мне, что думаешь над тем, чтобы посещать зал на постоянной основе.

– Когда это было? Я купил себе его уже.

– Оу, – скисает моя улыбка. – Правда?

– Ага. Чаще с друзьями встречаться надо. Совсем потерялась. – он щелкает меня по носу.

– Прости, – пожимаю плечами.

Мы со Славой правда почти не видимся. Если раньше проводили почти всё свободное время вместе, то сейчас каждую минуту я стараюсь быть с Русланом. У меня довольно много факультативов, у него работа, поэтому если у нас получается выкроить хотя бы минут десять в сутках друг на друга, мы это делаем не задумываясь.

– Всё—равно спасибо. Он же бессрочный? – Слава крутит в руке абонемент.

– Можешь активировать в течении года.

– Ну супер. Так и сделаю. У меня для тебя тоже кое—что есть, – говорит Белозёров и снимает с запястья пакет. – Оцени.

С интересом заглядываю внутрь.

– Духи? – улыбаюсь, доставая коробочку Шанель.

– Да. Твоя мама сказала, что таких у тебя еще не было.

– Таких точно не было, – тянусь, чтобы благодарно обнять его. – Спасибо, Слав.

– Понюхаешь?

Отойдя в сторону, распаковываю коробку и открыв бутылочку, провожу носом над крышкой.

– Необычно… – произношу, пытаясь прочувствовать аромат. Он немного резковат, как на мой вкус, и тяжеловат, но, чтобы не обижать Славу, я с улыбкой киваю, – звучит интересно.

– Не нравится… – хмыкает Славик, с ходу раскусив меня.

– Нравится!

– Я не знаю тебя что ли, Даш? Врала бы лучше уже, что ли.

Чёрт…

– Слав, я думаю, мне просто непривычно пока что.

– Ну да…

Вижу, что обиделся, и в какой раз ругаю себя за то, что не умею врать.

– Вот, смотри, – пшикаю себе на запястья и тру их друг о друга, – Всё мне нравится.

Я не хочу его обижать. И так получается, что за последнее время я подзабила на наше общение.

Славик тянет моё запястье к себе и нюхает.

– Ну круто же. Сразу слышно, что дорогие духи. Я бы плохого не подарил, Даш.

– Я знаю, – прячу духи обратно в коробку.

– Потанцуем? – кивает на центр зала.

Там веселятся знакомые и коллеги отца по бизнесу. Сегодня у нас очередной не семейный праздник. Мы за городом, в арендованном коттедже. Общаться здесь ни с кем кроме Славы мне не интересно, да и не о чем. Сколько раз мы уже вот так собирались, а общий язык с детьми папиных друзей так и не нашли.

В центре зала веселятся взрослые, и мне не слишком хочется туда идти.

Сжав губы в бантик, многозначительно смотрю на Славу, и он сразу меня понимает.

– Да,