Орден Кракена - Дмитрий Ангор

думать, в первую очередь, головой, если силенок не хватает, чтобы позволить себе работать на голой силе.

Когда я вернулся в зал, то как и рассчитал, особей там почти не осталось. Поэтому я громко прокричал, чтобы на шум сбежались последние выжившие.

— У-гу-гу! Есть кто дома? А если найду?

Но, как я не надеялся, король крысолюдов не явился на мой зов. Мне осталось добить лишь жалкую горстку существ, глядящих на меня злобными глазами. Наверное, уж больно я помешал им своим присутствием, так как они уже принялись делить добро погибших сородичей. Я подумал, что, вероятно, это было не самое крупное логово их народа. Всего лишь территория, принадлежавшая незначительному племени крысолюдов. Раз это всего лишь одно племя, то возможно в катакомбах этих племён может быть и до трехсот, на разных уровнях, а возможно и ещё больше. Скорее всего, не менее пяти тысяч обитает под городом, и это только приблизительно. Главная же особенность крысолюдов в том, что хоть они и любят питаться человечиной и мясом зверей, но также способны жрать практически всё. В канализацию сбрасывают различные отходы, и тут есть выходы к рекам. Во влажной среде растут грибы и, не удивлюсь, если в катакомбах имеются пещеры с питательной флорой, которая любит сумрак. Так что, вероятно еды у этих тварей навалом, да и размножаются они, словно на дрожжах.

Я спустился вниз к оставшейся кучке особей и перестрелял часть из арбалета. Самого же дерзкого и быстрого, который подскочил ко мне с оскалившейся пастью, отметелил по роже кулаком и свернул ему шею. Ещё одного его сородича, схватил за шкуру и утопил в грязном мутном ручейке, текущем вдоль стены. Когда в живых никого не осталось, и в помещении наступила тишина, тогда я принялся рассматривать их добро, чтобы не уйти отсюда с пустыми руками. Это же, минимум, неприлично, как для пиратов из Ордена Кракена.

Я обнаружил пару небольших сундучков, где лежала одежда и медные украшения. Но сразу отбросил такой хлам в сторону, незачем мне тратить на это время, ведь всё это стоит очень мало. Я забрал из ещё одного ящика только золотые и серебряные украшения: женские браслеты, кольца и серьги. Но увы, их было не так уж и много.

Ещё нашёл четыре десятка крупных круглых фибул — застежек с плащей местных стражников, на которых была выгравирована буква «М», обозначающая принадлежность к портовому городу — Мальзаир. Их, пожалуй, пока что я припрячу, а не стану сразу сдавать, а то могут появиться лишние вопросы. И не то, чтобы я боялся последующих за ними проблем, но лучше оставаться умным и не рисковать, когда оно того не стоит.

Итак, мне удалось насобирать четыре баула со всякой всячиной. И в моих мешках, помимо украшений и значков, оказались артефактные камни, кое-какая посуда, сосуды с лекарственными мензурками, и прочее. А вот всё оставшееся и разбросанное под ногами напоминало кучу мусора. Где-то виднелись ржавые подковы, валялось недоеденное копыто лошади и рыбные кости. Возле некоторых нор торчали сапоги, дырявые от зубов, обслюнявленные шляпы, а ещё сворованные из мастерских гайки и инструменты. Закончив сбор трофеев, проверив каждый шалаш, и собрав свои арбалетные болты, я прошёл мимо трупов и двинулся к выходу.

По пути в таверну мне пришлось немного задержаться, так как не мог проехать. На дороге я наткнулся на раненого одного бедолагу, тело которого переехало каретой. Над этим пострадавшим склонился местный лекарь в широкополой чёрной шляпе, он смазывал ему раны вонючей мазью из трав, а на открытые переломы вообще какие-то листья накладывал. Да уж, несчастный мужик на земле умирает, а этот странный лекарь ещё бы поплевал на него и постучал костяшками пальцев по дереву, произнося: «Болячка уйди, и на другого перейди! И вообще, до свадьбы заживет!» Хотя у больного уж точно, помимо переломов, имелось и внутреннее кровотечение. Тут, как минимум, для оказания реальной помощи нужен Архимагистр целительства из Ордена лекарей, и никак не меньше. Вот он бы, точно смог даже голову обратно пришить, если понадобится.

Когда я, наконец, добрался до своей таверны, сразу закинул баулы в специальную арендованную телегу, которая служила мне чем-то вроде сарая для всякого, ещё толком неразобранного хлама. Что мне точно нравилось в этой таверне, это то, что здесь имелась своя охрана и внутри помещения, и в примыкающей к заведению конюшне. А ещё рядом частенько патрулировали два стражника. Я заметил это до того, как хозяин таверны им доплатил, чтобы они рядом крутились, так как тут останавливаются и торговцы, и моряки, а потому, место было не совсем для бедных. Хотя мне и досталась самая дешёвая комната, видимо, есть места и подешевле, однако гораздо хуже, а меня это не устраивает.

Я вошёл в таверну, и её владелец окинул меня любопытным взглядом. Оно и понятно, ведь от меня попахивало, а вся одежда была забрызгана канализационной грязью.

— Что с вами такое стряслось? — спросил он меня.

— Да упал просто! — отмахнулся я рукой. — У вас в городе не везде факелы зажжены по ночам, так и голову расшибить можно.

— Есть такое, это точно! — кивнул тот головой.

В таверне было малолюдно в столь поздний час, но понятно, почему хозяин не спал, ведь надо кормить и поить посетителей. За одним из столов я вновь увидел своего информатора — бродягу, которого не раз угощал выпивкой. И тут мне стало интересно, как у него получается постоянно здесь околачиваться, если сюда не пускают нищих или тех, кому нечем платить. Такие долго в гостинице точно не задерживаются. Но потом всё встало на свои места, когда трактирщик всучил прощелыге тарелку с мясным супом и сказал.

— На, поешь хоть горяченького, а то только за шиворот крепкое заливаешь. И вообще, брат, когда ты работу уже найдешь? К чему нашу семью позоришь? Ведь не молод уже.

— Уж такой у меня смысл жизни, — усмехнулся в ответ прощелыга, который, судя по разговору, оказался родным братом трактирщика, иначе его давно взашей отсюда выгнали бы. — Не хочу я работать, понимаешь! Хочу отдыхать и наслаждаться каждым деньком, не горбясь при этом ни на кого! — пояснил он.

Я плотно поужинал и пошел спать. Утром у меня ломило всё тело и болели мышцы. Конечно, ведь вчера так много энергии ушло, и я хорошенько пропотел, бегая по катакомбам и орудуя мечом. Но открыв глаза, я улыбнулся.

— Кракен, проглот