Измена. Твоя долгожданная - Юлия Марлин

но до рта бокал донести не успел. Залитый мягким желтоватым светом ресторан с отделкой из мрамора утонул в агрессивном красном зареве.

Отовсюду завыла сирена, сопровождаемая железным голосом искина:

- Тревога! Тревога!

Гости ресторана оживились. Мужчины в военной форме одновременно выпрямились, немногочисленные дамы испуганно завертели головами.

Финор мгновенно связался по коммуникатору с кем-то из помощников и зарычал:

- Что? Ты уверен?

Симпатичное мужское лицо перекосило от смеси злобы и испуга.

- Проклятье.

Сорвав с коленей белую салфетку, поднялась из-за стола, поддерживая ладонью живот.

- В чем дело?

- Заключенный пират сбежал из камеры. Только что, - адмирал рывком приблизился, схватил меня за локоть и поволок на выход, куда уже хлынула основная толпа посетителей.

Я чуть не запнулась. Сердце заколотилось быстрее.

Дарэн освободился?

- На открытой местности очень опасно, быстрее, - не замечая моего воодушевления, Финор стремительно вывел нас в коридор, попутно связываясь с помощниками по коммуникатору. – Локрод, Косински, срочно пройдите к каюте тии Антей. Да, будете её охранять.

Со всех сторон выло, в потолочных панелях мигали красные светодиоды. Мимо метались офицеры и техники. Мы миновали широкую площадку, поднялись по лестнице и очутились в жилом модуле. На входе нас встретили вызванные Финором офицеры в синей форме.

- Будьте в каюте, Софи, - адмирал чуть ли не силком втолкнул меня внутрь. – И никуда не выходите. Разберусь в ситуации и вернусь.

Он бегло оглядел гостиную, темную спальню, уверился в безопасности и оставил одну. Затем бросил офицерам приказ не отходить от двери и задраил тяжелые металлические панели.

Я шумно выдохнула.

Гомон, вой и крики остались по ту сторону прочных стен. В каюте, по словам адмирала, со мной ничего не может случиться. Меня охраняют, ко мне невозможно попасть извне. Вот только обостренные до предела чувства давно вопят об обратном.

Стоя к двери лицом, я всем телом ощутила Его присутствие рядом.

Вдоль позвоночника, слегка покусывая, пробежался холодок цепкого взгляда. Я была здесь не одна. Утопая в мягкой мгле выключенных ламп, из спальни бесшумной поступью вышел мой Истинный.

Я обернулась, тотчас натыкаясь на ледяной драконий взгляд, который не смогла прочитать. Одно было ясно: ничего хорошего дочери правителя Республики он не сулит.

Сглотнув, отмахнулась от пугающих предубеждений, обхватила себя за плечи и, надеясь, что между нами всё по-прежнему, произнесла:

- Тебе надо бежать. Они поняли, что вы с Раксаном близнецы и попытаются через тебя добраться до его воспоминаний и знаний.

Шепот тонул в шелесте роскошного платья, сиплом дыхании и его грудном, предупредительном рычании.

Дракон не шевелился. Прямая осанка, ноги расставлены. Широкие плечи и хищный взгляд. Из последних сил сдерживает смертоносную энергию, клубящуюся у его опущенных ладоней.

- Дарэн, слышишь? – Повторила попытку. – Беги. Они пойдут на всё, чтобы получить интересующую их информацию. Не хочу, чтобы тебе сделали больно, - добавила, делая навстречу шаг.

- Уже сделали, - прорычал, заставив меня дернуться и отпрянуть.

Взгляд лихорадочно обежал его голую мускулистую грудь, различая глубокие свежие ссадины и кровоподтеки. Его пытали?

- Кто?

- Ты! – Выплюнул с яростью.

С изумлением уставилась дракону в лицо.

- О чем ты?

- Долго с папашей воплощали хитроумный план, жена?

- Какой план?

- Сама знаешь. С самого начала ты – невинная землянка была отправлена к драконам с единственной целью: очаровать, прыгнуть в постель и свести моего брата с ума. Я прав?

Как ему пришло такое в голову, после всего, что мы пережили?

Сипло выдохнув, попыталась достучаться до мужа:

- Всё было не так.

- А как?

- Люди гибли от экспансии орвеев! Республика утопала в крови. Мы теряли флот за флотом, терпели поражение и в отчаянии и скорби обратились за помощью к единственной цивилизации, способной помочь нам уничтожить паукообразных чудовищ.

- Красиво говоришь, - дракон одарил взглядом, от какого всё внутри заледенело. – Моему брату ты неплохо задурила голову, прикидываясь милой овечкой. А заодно и мне из-за проклятой привязки. Но теперь всё встало на места, да, Софи? Вы с отцом и всей верхушкой Республики с самого начала планировали захват трона Темной Галактики. Не важно – каким путём. Постель, беременность. «Цель оправдывает средства», так твой народ говорит?

Я отшатнулась, с ужасом осознавая, что вижу в фиолетовом сумраке второго Истинного – свой приговор.

- Не правда…

- И давно вы задумали убийство Раксана и мой арест?

- Я не имею к планам отца никакого отношения! – Не выдержав, сорвалась на крик.

- Тогда почему не успев вернуться в Республику, ты сразу согласилась на новый брак? С тем ничтожеством? – Рев Дарэна заставил болезненно сжаться.

Связь оборвалась.

Я чувствовала отголоски прохлады, но самого дракона более не ощущала. Привязка рассыпалась: сам он её оборвал или тому способствовал тот ошейник-подавитель, не представляю. Второй Истинный стал собой – жестокий, глухой к чужой боли, бессердечный головорез, для которого я всего лишь пыль под ногами.

- Клянусь, - с трудом прошептала, не в состоянии вынести груз, давивший на плечи, - я ни в чем не виновата.

- Плевать, виновата или нет! – Он оскалился, напоминая того ужасного хищника, похитившего меня с мусорной планеты насильно. – Ты в самом эпицентре бури, Софи. Жена, предавшая обоих мужей. Уверен, Раксан давно во всем разобрался и сделал похожие выводы. Не знаю, как моему брату-императору, а мне такая Истинная больше не нужна.

ЧТО?!

Размытым от слез зрением рассмотрела его решительный поворот. Дракон в одних облегающих кожаных штанах с уродливыми шрамами на запястьях от кандалов шагнул в полосу сумрака.

Я подалась за мужем, спотыкаясь о широкий, тяжелый подол.

- Дарэн, стой!

- Не смей называть меня по имени! – Рыкнул через плечо, ощетинившись стальными чешуйками. – Всё кончено. Можешь выходить замуж за кого угодно. Спать с кем угодно. Для меня пары больше не существует.

Через миг в потолке остро хрустнуло. Дракон вскрыл вентиляционный люк и нырнул в широкую шахту; каюту заполнила оглушающая тишина.

С исчезновением мужа пропали и силы. Разом ушли, оставив меня в одиночестве: уставшую, шатающуюся и в полном отчаянии. Села на краешек кресла и, изучая узоры на ковре, положила руки на колени, легонько сжимая.

Не простит. Дарэн меня не простит.

А Раксан?

Захлебываясь всхлипами, сосредоточилась на первом муже. Никаких ощущений. Раксан закрылся от пары, и отвечать на мысленный зов не собирается.

- Мне жаль, - пробормотала, сама не зная кому.

В горле застрял