Тридевятое. Книга вторая - Ирина Кизимова

— Это не моя деревня, и вообще я не из этих мест.

— Ты уже должна была замёрзнуть, времени на это было достаточно, но ты ещё крепко стоишь на ногах. Впрочем, это легко исправить. — он занёс посох.

— Погоди! Ты сказал, что тебе нужно семь девушек. Но я не совсем девушка, а только на половину.

Старец напротив нахмурился:

— Дак кто ты такая?

— Я родилась русалкой.

Он подошёл ближе к Власе, от чего та слегка отшатнулась, но собрала всю волю в кулак и осталась стоять на месте.

— Разве тебя устроит полунечисть? По-моему подсунуть божеству такую недодевицу ужасное неуважение со стороны Хрустального ключа, ты так не считаешь?

Тот нахмурился, а затем поднял её голову за подбородок, Влася как могла смело заглянула в его глаза, льдинки словно прожигали холодом, но она выдержала этот колючий взгляд.

— Теперь я вижу! Да как они посмели! — он резко отпустил её, от чего Влася отшатнулась и едва устояла на ногах, старец злился. — И хватило же духу подсунуть мне русалку! А я-то старый дурак сразу не разглядел.

— Так что, отпустишь меня, раз я тебе не подхожу? — с надеждой спросила та.

— Пусть ты и нечисть, но и для тебя работка в тереме найдётся. — он взмахнул посохом, и Влася ойкнула, ощутив, как ледяные кандалы смыкаются на её запястьях и лодыжках. — Давно здесь никто не убирался, очисти-ка стены от инея, чтобы я мог видеть мои сокровища во всей красе!

— И как же я должна это делать? — шмыгнула носом русалка.

— Руками, они-то у тебя тёплые как у человека. — расхохотался тот и направился к выходу. — Теперь ты принадлежишь Морозу до самой смерти.

Дверь хлопнула, и Влася осталась одна посреди ледяной гробнице со страхом в сердце и руками, дрожащими от холода.

— Какая же я дура… Что же теперь делать? — прошептала она, взглянув на бесконечные стены, от одного только вида которых по телу бежали мурашки, а ещё почему-то кольнуло сердце и сжались лёгкие, и только тогда Влася сообразила.

Сегодня тот самый крайний день, когда она должна окунуться в воду. И если её не освободят до утра, то оно же грозится стать её последним.

* * *

Полночь резво летел над верхушками деревьев, чудом не касаясь их своими копытами. Глеб что-то высматривал внизу, и Иван решил спросить:

— Ты знаешь, где искать Власю?

— Я предполагал, что нечто подобное может случиться, поэтому оставил на каждом из вас след своей магии, но он продержится только до рассвета, нужно торопиться.

— Ты чувствуешь её? Она в порядке?

— То, что след существует значит, что русалка ещё жива, но долго не протянет.

— Влася сильная, она сможет дождаться нас.

— Не в этом дело. — Глеб нахмурился. — У неё крайний день. Если не окунётся в озеро до восхода солнца, то сгинет.

— Глеб, пожалуйста!

— Да знаю я! Думаешь, так легко найти скрытое от глаз?

— Что мы ищем?

— Терем Мороза.

— Погоди, ты о чём?

— О Морозе. Это древнее божество, обретающее невиданную мощь с приходом зимы, однако имеющее прескверный нрав и ужасные наклонности. Посему давным-давно группа волхвов изгнала его в Навь. Видимо кто-то из деревни смог провести ритуал призыва, из-за которого и образовался тот самый Хрустальный ключ.

— Как давно?

— Не ведаю, возможно, он здесь уже столетия.

— Кошмар… Глеб, ты представляешь сколько девушек заточено в его владениях?

— Сотни, а возможно и тысячи. — холодно отозвался тот. — Но сейчас важно найти его терем. Эй, Полночь, снижайся на ту поляну. — приказал он. — Я чувствую, что слабый след моей магии обрывается здесь.

Они сошли на большую лесную опушку, на которой свободно могла бы уместиться огромная изба.

Баюн поёжился:

— От этого места ледяной стужей веет, чуете?

— Где-то здесь должен быть вход в терем Мороза. — Глеб внимательно огляделся и присел, коснувшись снега под ногами, с его пальцев слетело несколько зелёных искорок, пробежавших по поляне.

Иван и Баюн застыли в ожидании, наблюдая за чародеем.

— Слушай меня внимательно, Иван. — внезапно заговорил он. — Сейчас я выманю из логова древнее божество. Что бы ни случилось, ты не должен вмешиваться в наше противостояние, я не уверен, что смогу тебя защитить. Запомни, когда Мороз покинет терем, ты должен проскользнуть туда и вывести русалку, Полночь послушается твоих приказов и отнесёт вас до ближайшего озера. Сделай прорубь и дай ей уплыть, Баюн тоже полетит с тобой.

— Но как же ты? Ты ведь тоже человек, Глеб, и хоть и ученик Кощея, но даже тебе не под силу сражаться с божеством в одиночку.

— Поверь мне, я буду не один. Они помогут мне.

— Кто они?

— Сейчас увидишь. Но уходите как можно дальше и остерегайтесь его посоха. Баюн!

— Понял, я буду рядом. — кот выпустил когти, показывая, что примет любой бой.

— Уходите в лес, оба, быстро. У нас мало времени.

— Иван! — позвал его бегущий Баюн.

— Только попробуй умереть! Я тебя с того света достану! — бросил он Глебу и последовал за котом, скрипя зубами от досады — сейчас он был совершенно бесполезен, ведь каким бы умелым воином ни был, магией не владел.

Глеб вышел на середину поляны и глубоко вдохнул, набирая в лёгкие побольше воздуха, выпустив из рук водопад зелёных искр, волнами всколыхнувших снег на полянке и ушедших под землю. Спустя мгновение, Иван ощутил, как всё вокруг задрожало, Глеб отскочил, ощутив, как почва уходит из-под ног, а прямо перед глазами вырастает громадный терем, полностью созданный изо льда.

Влася, прислонилась к стене, она была обессилена и с трудом держалась на ногах. От холода уже давно зуб на зуб не попадал, а руки и ноги окончательно задубели. Краем уха она услышала непонятный скрежет и обернулась, глядя на слой инея, коим была плотно покрыта ледяная стена. Звук волной прокатился по периметру залы, заполняя хрустом всё пространство. И тут она ужаснулась: лёд на стенах начал давать многочисленные трещины. А в следующий момент заорала, потому что на расстоянии локтя от неё стену пронзила синюшная рука. Пленница выползала наружу, пальцами кроша вековой лёд. Это же происходило в каждом уголке — из стен ежесекундно высвобождались мертвецы. И когда Влася