Раскол - Аня Леонтьева

Шли и молчали. Каждый думал о своём.

Я понимала, что нужно поговорить, прежде чем закрутиться всё заново.

Но с чего начать?

Да и, честно говоря, начинать не хотелось.

Хороший тихий вечер. На душе спокойно, как никогда. И даже молчать вместе, мне нравится больше, чем кричать поодиночке.

Но как только в голову приходит эта мысль, она начинает тревожить меня.

- Кир, нам нужно поговорить, - сдаюсь я под натиском своих размышлений о том, что если мы не поговорим, то обязательно повторим все ошибки заново.

Кир кидает на меня короткий взгляд, видимо оценивает, насколько серьезно я настроена.

- Не сегодня, - отвечает, и сжимает мою руку, словно прося поддержки. - Сегодня у нас первое свидание и мы ещё не успели накосячить друг перед другом. Сегодня всё легко и просто. Ты нравишься мне, я тебе, и мы просто гуляем.

- Ты серьёзно, - смущенно улыбаюсь.

- Сначала, Юль. Всё сначала.

- Ну, тогда, ты должен знать, что я дважды разведена и у меня двое детей, - включаюсь я в эту игру.

И действительно, если принять эти нехитрые правила, становится легче.

- А ты ничего не хочешь рассказать о себе? – спрашиваю его.

- Не-а, - крутит головой этот нахал, - ты мне нравишься, и если я расскажу тебе про своё прошлое, то у нас не будет второго свидания.

- Неужели я такая поверхностная?

- Нет, просто за мной много косяков. Напугаешься и сбежишь.

Его слова заставляют меня задуматься о том, если бы мы встретились сейчас, была бы я с ним.

Но как не стараюсь, никого рядом не могу представить. Даже недавние отношения с Никитой меркнут, словно сон это был, а уж про Юру, и говорить нечего, там и вовсе другая жизнь. Только Кир гармонично вписывается, только он рядом.

Мелькнувшая мысль о Никите омрачает моё хорошее настроение. Наверное, нужно рассказать Киру, ведь мы начинаем заново, но сегодня такой чудесный вечер, и портить его разборками так не хочется.

- Ты чего нахмурилась, красивая, - замечает Кир, - вспомнила колесо обозрения.

И вот он мой шанс признаться ему, который я трусливо упускаю.

- Да, нет, колесо мне очень даже понравилось, - отзываюсь я.

Не знаю, когда будет подходящий момент, для подобной информации, ну уж точно не сегодня.

Сегодня у нас первое свидание.

10.

10.

- Надо вставать, скоро Андрей вернётся с тренировки, - говорю я, прижавшись щекой к горячей груди Кира.

Мы лежим на полу в гостиной, я на нём, мы полураздеты, и все, что было до, как в тумане.

Родители повели Ромку на представление, Андрей на тренировке, а у меня выходной.

Мы с Киром сегодня договорились сходить в кино, но, похоже, мы туда не попадем.

- Угу, - говорит Кир, вроде как, соглашаясь, но в противовес своим словам прижимает к себе крепче.

У нас какой-то медовый месяц. Мы не можем оторваться друг от друга.

На протяжении всей этой недели, с того дня, когда мы решили начать всё заново, я счастлива, как никогда.

Всё то, что было пропущено в начале наших отношений, цветы, ухаживания, поцелуи, комплименты, всё это восполняется многократно.

А сегодня, между нами как-то заискрило по-особенному.

Я поцеловала его при встрече, и больше мы не смогли остановиться, обоюдно остро ощущая потребность воссоединения.

Мы срывали друг с друга одежду.

Кир сыпал матом вперемежку, с признаниями в любви.

Я подстраивалась, и подставлялась его жалящим губам, и сильным рукам. И кричала, не боясь, что меня кто-то услышит, когда он, наконец, вошел в меня.

Меня топило в любви и страсти. Все его прикосновения, поцелуи, чувствовались острее, словно в первый раз у нас. Мне хотелось отдать ему не только своё тело, но и душу. Пусть забирает, без него всё равно все это мертво.

И нас крутило в этом бешеном водовороте. И когда наступил предел, я на мгновение даже отключилась, а очнулась, лежа на Кире, в нашей гостиной, на полу.

- Твои родители зовут нас к себе на новый год, - проворковала я, рисуя пальцами на его плечах, по трафарету татуировок. – Поедем?

- Ты хочешь? – Кир, тоже не мог лежать спокойно.

Его ладони беспрестанно поглаживали мои бёдра, поднимались на ягодицы, потом на спину, и обратно.

- Почему бы и нет, - я удобнее устроилась, понимая, что мы нескоро поднимемся, - главное вместе.

- Тогда поедем.

- Ты такой сговорчивый сейчас, - рассмеялась я, и, оттолкнувшись, села на нём. - Можно просить о чем угодно?

- Проси, - разрешил он, довольно жмуря глаза, и закинул руки за голову.

Я склонилась, раскинула полы его расстегнутой рубашки, и провела ладонями по разрисованной коже. Потом и вовсе нависла над ним, смотря прямо в глаза.

- Скажи, почему ты решил вернуться?

- Говорил, по-моему, - отозвался он, - потому что люблю тебя.

- Но ты любил меня, когда уходил. Разве нет?

- Любил. Но на тот момент себя любил больше.

- Что же изменилось?

- Я изменился,- ответил Кир.

- Ты про ранение?

- Откуда знаешь?

Я пожала плечами.

- Понятно, - Кир аккуратно ссадил меня на пол, и сел рядом.

Было видно, что тема ему неприятна, и я не стала настаивать, но Кир продолжил сам:

- Когда находишься между жизнью и смертью, начинаешь ценить простые вещи. А ещё четко понимаешь, как она коротка, и что самое ценное ты уже похерил.

Мы замолчали, погружаясь каждый в свои мысли, но кажется, думали об одном.

- Помню, после операции ко мне пришел хирург, и сказал, что у меня второй шанс на жизнь. И тогда я четко понял, что использую его по максимуму.

- Ты знаешь, я думала, что смогу без тебя, - решилась я тоже на откровение, - и мне казалось, что я справляюсь... А потом увидела тебя и поняла, что жизнь на паузе стояла...

В голову тут же пришли мысли о Никите. Скрываемая информация не давала мне покоя.

- Кир... - я села напротив него, - мне нужно тебе кое-что сказать.

Кир притянул меня к себе и зарылся носом в волосы.

- Скажи, - пробормотал он, а сам чувствительно прикусил тонкую кожу шеи, запуская дрожь в моём теле.

- Кир, - простонала я, - это серьезно...

- Я слушаю, - приглушенно отозвался он,