На предельных скоростях - Ники Сью

простому Фёдор Коновалов ещё десять лет назад, будучи выпускником десятого класса. Тогда они гоняли здесь нелегально и больше по приколу, но позже, когда Фрек засел в мягкое кресло благодаря родителям в администрации города, он многое узаконил на этом треке. Например, купил землю, тогда как раз менялись мэры города и была лазейка приобрести то, что собственно, принадлежало народу. Но у нас как говорится… были бы связи, а они у семьи Феди имелись.

Трасса, по которой проходили звезды здесь была небольшой и скорее напоминала автодром с резкими поворотами. Однако Фрек год назад расширил её, добавил пару интересных участков и гонки стали проходить бодрее. Тем более народ мог спокойно подтягиваться туда, платить деньги за вход, ставить ставки и ни о чем не переживать. “Стрела” была единственным местом в городе, где можно легально гонять, не боясь последствий.

Дорога до трека пролегала через тропу, обычно полностью погруженную во тьму, но сегодня здесь было довольно светло. Машин собралось достаточно: света от их фар хватило бы, чтобы осветить целый рынок. Даже мест свободных впереди было чертовски мало, поэтому мне пришлось припарковаться за пятьсот метров до главных ворот.

– Ого, – присвистнул Арт, выходя на улицу. Следом за ним вылезла недовольная Лина, наморщив маленький аккуратный носик от холода.

– Развлечение богатых и экстремальных. Ладно, идемте, разведаем обстановку. Заезд начнется через час.

Пока шли, я то и дело, оглядывался, будто пропитываясь энергетикой гонок. Не сказать, что это было давно забытое чувство, однако мне его не хватало однозначно. Ведь в моменты, когда я крепко сжимал руль, выжимал скорость на спидометре, то ощущал себя живым, тем Ярославом, который кажется, умер в зале суда.

В пальцах волнительно покалывало от предвкушения заезда, прошло уже где-то пять месяцев с моей последней схватки. И даже ямы на дороге, все-таки местность была не городская, ничуть не умиляли томительного ожидания.

В нос ударил запах выхлопных газов и стертых покрышек, а громкий шум ритмичной музыки и голоса людей добавляли треку какую-то особенную атмосферу. Вдоль очищенной от снега тропинке, по которой мы вышагивали, в ряд стояли припаркованные машины: какие-то совсем крутые гоночные спорткары, а какие-то обычные, видимо на них приехали зрители. Я шел прямо к стартовой линии, где уже толпились будущие игроки. Мне надо было сообщить Фраку, что я буду участвовать вместо Ол.

– Яр! – окликнул мужской голос. Я обернулся и увидел Лекса, высокого блондина, с которым мы несколько раз гоняли. Он хорошо держал трассу, правда, до моего уровня не дотягивал.

– Здоров, – мы стукнулись кулаками, здесь было принято здороваться именно так. Лекс заглянул мне за спину, видимо не ожидая, что рядом со мной будут гости.

– Это мои близкие, – поспешил представить ребят. – Арт и … – хотел было сказать Лина, однако она стояла чуть дальше от нас, разглядывая с интересом темно-синий форд мустанг от шелби. Модернизированная подвеска, с шестипоршневой тормозной суппортам Brembo на передней части. Охренный двигатель под капотом. Одним словом не тачка – огонь.

– Чья это? – спросил я, продолжая держать в поле зрения Ангелину.

– Роба, ты его не знаешь. Он пару лет жил в Токио, недавно вернулся в наши края. Кажется… – Лекс задумчиво вытянул губы трубочкой, потом добавил. – Амиров вроде у него фамилия. Вроде как, они родня с Ол.

– Разве у нее не Вяткина фамилия?

– По матушке, а по отчиму Амирова.

Пазл у меня в голове сложился мигом, выходит хозяин этой тачки был свободный брат Оли, из-за которого она собственно и не хотела ехать на трек. Интересно, как этот парень поведет себя в игре…

Пока я обдумывал полученную информацию, какой-то левый товарищ подошел к Ангелине. Он что-то у нее спросил, в ответ она ему мило улыбнулась. В груди у меня вспыхнуло пламя ревности, еще со школьной скамьи в отношении этой девчонки я был тем еще собственником.

Я подошел к Абрамовой и протянул ей руку.

– Держись рядом, – сказал строгим тоном. И не дожидаясь ответной реакции, сам переплел наши пальцы. Не хотел, чтобы она хотя бы на секунду отходила от меня или оставалась одна.

– А то что? – Лина прищурилась и посмотрела с неким вызовом, однако руку не отдернула. Мне нравилось, как она на меня смотрит, в этом взгляде сочеталось игривость, легкость, а главное – ни капли пошлости. Он стирал из моей памяти воспоминания о тюрьме, которые порой напоминали яд, проникший в сердце.

– Хочешь проверить?

– Нет, – произнесла девчонка. – Пока нет.

– В смысле “пока”?

– А вот так. Ой! – она вздрогнула от рева мотора, что раздался позади нас. Какой-то будущий участник заехал на территорию трека.

– Не бойся, – я наклонился к Лине, положил руку на талию, которую прятала от меня дутая крутка, и рывком прижал к себе. – Я не дам тебя в обиду. Ни сегодня. Ни завтра. Никогда.

Она ничего не ответила, но и не оттолкнула. Время вокруг нас словно поставили на паузу, и я перестал слышать посторонние звуки. Тело больше не будоражил предстоящий заезд, адреналин, который мог ударить по венам. Пожалуй, если бы меня попросили выбрать, чем заниматься следующие сорок минут: стоять в обнимку с Абрамовой или держать руль, я бы не задумываясь, выбрал первое.

И хотя головой понимал, что я не лучшая партия для этой милой девушки, что человек со штампом в паспорте навечно получил некое клеймо, все равно не мог почему-то отойти от Ангелины.

– Эй, – она прервала наше молчание первой. Подняла голову и положила ладонь на мою щеку. – Легкая щетина делает тебя старше.

– Это плохо?

– Не очень, – уголки ее губ изогнулись в улыбке. – Просто ты кажешься… другим.

– Я итак другой. – С некой грустью и раздражением ответил ей.

– Значит… – Лина говорила немного загадочно. Потом она окончательно отдалилась от меня и неожиданно протянула руку. – Давай познакомимся. Я – заядлая домоседка Ангелина Абрамова. Боюсь насекомых, имею коллекцию книжных крашей… и мне нравится фисташковое мороженое.

– Да ну? – короткий смешок сорвался с моих губ.

– Да, тебе не нравится твоя новая знакомая? – она изогнула в удивлении бровь. Тогда я протянул руку в ответ и принял ее игру.

– Меня зовут Ярослав Громов и… я тоже люблю фисташковое мороженое.

– Что ж… – немного певуче протянула Абрамова. – Будем друзьями?

– Нет, – покачал я головой. – Не получится, госпожа Абрамова.

– Значит, ты можешь дружить только с такими как та Ол, – фыркнула Лина и дернула руку. В стороне трека раздались свисты и крики. Происходящее говорило о том, что участники собираются у линии старта. Мне надо было поспешить.