Няня без башни - Инга Максимовская

– Утопили в буайбесе челюсть Ба, – хмыкнула Анечка. – Она за это в Янку половником бросила, но промахнулась и сбила кастрюлю со стола, в которой остывал холодец. Она упала на Мармеладика. Хорошо уже не горячая была, чуть теплая. А он с испугу уронил столик с пирожными, и пока Ба орала, сожрал почти все. В общем наш бедный садовник замучился чистить газоны. Жирноваты оказались эклеры для собачьего желудка. Короче, Ба сказала…

Я вас поняла, – ну да. В кухню сейчас лучше не соваться. – А как Мармеладик то в кухне оказался? Ба же ненавидит собак.

– Ба? Да этот подонок ушастый скоро в двери пролезать не будет, – с интонациями моей любимой бабули пробормотала Януська и ее словами.

До ужина осталось каких то два часа. Представляю, в каком состоянии…

– Где вы, исчадья? – загрохотал в пространстве голос Ба. Все, ни спрятаться, ни скрыться. Если Ба кричит на весь дом, голосом, похожим на камнепад, остается только лечь на пол, ногами к взрывной волне и притвориться мертвым. Но это так себе помогает. Спастись от разъяренной Ба еще более нереально, чем от ядерного взрыва. – Люуууууся, поганка. Я тебя найду и ногами об потолок ударю. Я вас…

Ба ворвалась в детскую, как торнадо. Я даже не успела в шкаф спрятаться, как хотела. Девочки оказались гораздо проворнее, метнулись в ванную, и судя по звукам там забаррикадировались.

– Ба, привет, – вякнула я, глядя на топорщащуюся ершиком волос родственницу. – а я тут…

– Ты то тут? А баба, на чье место ты влезла где? – прорычала моя любимая бабулечка.

– Ба. Девочки в ванной. Ты бы не орала так.

– Да ну? Девочки в ванной? Девочки? Это не девочки, это черти. Они страшнее тайпанов. Такие же, как ты, внуча. Я бы не знала, что вы не родня… За мной, быстро, – сухие пальцы впились мое ухо, как гидравлические клещи.

– Куда? – взвизгнула я, понимая, что не смогу от приглашения отказаться.

– Смотреть верблюда. Я тебя когда учила врать? Когда, спрашиваю? И меня заставляешь брехать хозяину дома, – зашипела бабушка, впихнув меня в свою спальню, выделенную ей в крыле для прислуги. В самом дальнем крыле. слвава богу. А то бабулин вой слышно, наверное, даже в австралии.

– Ба, а что мне делать было? К нему не подберешься, а тут все срослось, как по маслу, – заныла я, потирая горящее огнем ухо. – Мне надо пять дней всего. Жабыч дал задание, а то уволит. а я… Потом расчет попросим. Ты получишь зарплату, а я просто сбегу.

– А то, что настоящая нянька в дурке, тебя не смущает? Я с охранниками побакланила, они ее еле скрутили. Она ведь выйдет, и тебя в землю вобьет. И правильно сделает. Бабу там в смирительной рубашке держат на лекарствах. Я б точно убила тебя на ее месте, – крякнула бабуля. Черт, вот зачем она рану расколупывает? Я и так не нахожу себе места. Бедная тетка из-за меня страдает.

– Так ненадолго же. Я ее потом вытащу. Извинюсь. Денег заплачу.

– Извинится она, блин. Тут дело такое, внуча, я кажися Льву то этому наболтала маненько лишнего. В общем, мне кажется, он подозревает, что ты самозванка.

– Ба, – застонала я.

– Предупреждать надо, что ты у нас ядром метаешься и на кораблях кухаришь. Знаешь же, что я врать не умею вообще. В общем. Сама разгребай. Хотя, даже странно, что тебе еще пинка не дали под зад, ну и мне заодно. Ой, я кажется забыла дверь в кухню запереть. Тут этого нельзя, – засуетилась бабуля, у которой вместо языка помело, такое, что она летать может им размахивая, похлеще чем крыльями.

Через час я вывела девочек в холл дома, наряженных, умытых до скрипа, улыбающихся, вот уж странность, от уха до уха. Может я им косы заплела слишком туго? Иначе с чего такие эмоции на мордашках. Искренние даже, кажется. Блин, я знаю такие улыбки, и это вот совсем не хорошо, чую печенкой.

– Вы творите чудеса, няня Зайка, – ухмыльнулся Лев Александрович. Рассматривая дочек. И в его глазах светилось столько любви, что мне даже как-то стало не по себе. И что-то в чертовой моей душе снова зашевелилось, такое ненужное и вбсолютно излишнее. – Я звонил в контору, где вас нанял. Хотел похвалить вас, но…

Говорят «душа ушла в пятки». Я думала, что это просто смешной фразеологизм и так не бывает. Но сейчас… Сейчас я в полной мере ощутила на себе всю прелесть этого состояния. Метельский, стоял рядом, смотрел на меня сузив глаза, и мне казалось, что я на молекулы разлетаюсь в чертовом, слишком ярком свете, заливающем огромный холл. И сейчас в его взгляде была подозрительность и насмешка. Он наслаждался моим страхом, чувствовал его, так мне сейчас казалось.

– Так чего же не похвалили?

Он не успел ответить. Звонок в дверь показался мне оглушительным. Черт, как не вовремя. Я так и не узнала, уже мне копать себе удобную могилку, или… Надо бежать, точно, пока еще есть возможность. Надо…

– Люся, – прошептала совсем рядом Яночка, слушай…

– Детка. Давай потом. Сейчас надо встречать гостью, – вздрогнув сказала я, пытаясь в уме разработать дерзкий план позорного побега.

– Потом будет поздно. – вздохнула Анечка, стоящая по другую сторону от меня. И папа вас убьет.

Глава 13

Лев Метельский

Улыбнитесь и скажите «Сырные шарики»

– Елизавета Аркадьевна в отпуске, – щебечет трубка звонким деловым голоском секретарши рекрутингового агентства. – Нет, связи с ней нет. Она на островах, мобильник выключен, в интернет не выходит. Я могу вам чем-то помочь?

– Мне нужна полная информация по няне, которую вы мне прислали, – рычу я в трубку. – Вплоть до того, какие трусы носит эта чертовка и что ест на завтрак. Судя по повадкам, питается она кровью девстенниц и младенцами.

– Господин Метельский, у вас проблема с женщиной, которую вам прислало агентство? – голос секретутки становится напряженным. – Что-то пропало из дома? Или няня груба с детьми? Вам хамит?

– Нет, просто… – я замолкаю. Не знаю, что сказать. Претензий к адской няньке у меня выше крыши, но… Мои дочери счастливы, и этот факт перевешивает все мои параноидальные всплески. Хотя да, нянька мне хамит. Черт, может еще поплакать сейчас, и пожаловаться этой щебетливой бабе на судьбину мою горькую? Я совсем поплыл. Надо просто вызвать начбеза, и сказать ему фас. А когда Лиза нажарит свою накаченную задницу на островах и вернется к работе, размотать ее проклятое агентство к чертовой матери.

– В таком случае, простите. Я ничем не могу вам помочь. Мы не даем информации о наших служащих, это некорректно. Кроме того, в трудовом договоре, который вы, господин Метельский, наверняка, заключили с няней, есть исчерпывающая информация, которой достаточно для приема на работу служащего, как то адрес,