Пленник иллюзий - Эмма Райц

мужчина со светлыми волосами, глубоко посаженными голубыми глазами и лёгкой небритостью на лице.

– А я вас надолго и не задержу, – Фенрир расслабленно приземлился во второе кресло, положив левую лодыжку на правое колено.

– Кто вы и что вам надо? – ещё сильнее напрягся Резник.

– Зовите меня Виктор. Я тут по одному вашему личному делу.

– Катитесь вон, Виктор. Никакие личные дела я с вами обсуждать не собираюсь.

– Ответ неправильный, – Андрей выудил из внутреннего кармана бомбера небольшое фото девушки с тёмно-синей коляской. – Всеволод, вы как-то слишком легкомысленно отно…

– Это не мой ребёнок. Она от меня гуляла, так что пусть ищет других дураков.

– Это ваш ребёнок. Есть результат экспертизы.

– Я не участвовал ни в каких экспертизах, так что всё это, в том числе и ваше появление у меня тут, незаконно, – Резник свёл брови и напряжённо постукивал пальцами по столу. – Сами уйдёте или мне полицию вызвать?

Фенрир продолжал приветливо улыбаться:

– Как вы думаете, Всеволод, сколько бонусных баллов получит ваш отец на предстоящих выборах в московскую думу, если станет известно, что его сын-раздолбай сначала тыкает членом куда попало, а потом игнорирует появление потомства?

– Вы ничего не докажете.

– А мне и не нужно. В соцсетях никто не спрашивает о доказательствах. Это базарная площадь, а не заседание суда.

– Покажите мне документы экспертизы.

– Пожалуйста, – за фото последовал сложенный вчетверо листок с копией результатов. – И да, Всеволод, вы ведь не просто так купили членство в ассоциации. Не получилось добиться спортивной славы? Поэтому зудит жажда пробраться в министерство? Не сила, так власть? – Андрей задумчиво почёсывал бороду. – А ведь там тоже проверят ваше «портфолио». И не важно, будет суд или вы упрямо откажетесь от нечаянного наследника… Останетесь в итоге и без чиновничьего креслица, и без медалек.

– Не надо меня запугивать, – Резник, вчитываясь в документ, процедил тихо, но с долей угрозы. – Это чревато.

– Конечно-конечно.

– Кто вас прислал?

– Доброжелатель.

– Я не знаю, чей биоматериал использовали в тесте. Написать можно что угодно.

– Сделайте повторный анализ, если сомневаетесь. Но факт остаётся фактом: сын ваш, и признать вы его обязаны. Желательно – полюбовно. Никто не заставляет вас жениться на его матери. Нужно лишь ваше имя. И стабильные алименты, которые вас ну никак не разорят.

– Ага, сейчас! – взорвался Всеволод. – Она будет трахаться со всеми подряд, а я должен оплачивать её блестящую жизнь?! Хрена с два!

– Вам нужно было думать об этом раньше, когда вы проигнорировали элементарные методы контрацепции, – Андрей наконец перестал улыбаться и подался вперёд. – Алименты предназначены для содержания ребёнка. Вашего. Не нравится его мать? Идите в суд и потребуйте сына себе.

– Чтобы она ославила меня ещё больше?!

– Слушайте, мне, честно, всё равно. Я переговорщик, а не вершитель судеб. Но ваше имя должно появиться в свидетельстве о рождении. До активной фазы предвыборной кампании.

– Я подумаю, – плюнул Резник.

– Только не слишком долго, – хмыкнул Фенрир. – Будьте мужчиной, отвечайте за тех, кого… настрогали.

Всеволод мрачно смотрел на него, играя желваками.

– Да и потом. Это же сын, – Андрей поднялся с кресла и пожал плечами. – Можете потом реализовать через него все свои бойцовские амбиции. Главное, хребет не переломите.

– Да пошёл ты, – Резник неспешно взял в руки телефон.

– И вам хорошего дня, – Фенрир вышел из кабинета и направился в сторону лестницы, но затылком чувствовал, что его присутствие здесь несколько затянется.

Из-за угла ему наперерез вышли двое парней во влажных тренировочных майках. Оба выглядели внушительно и зловеще поигрывали мышцами, разминая перебинтованные кулаки.

– Ну и зачем весь этот цирк? – Андрей раздражённо размял шею и плечи. – Давайте вы по-хорошему вернётесь в зал, а я – к себе домой.

Бойцы переглянулись и с наглыми улыбками отрицательно качнули головами.

– Ну ладно… – Давыдов-младший стащил с себя куртку и, оставшись в футболке, пошире расставил ноги. – Гонг-то будет?

Удивлённые его внезапно достойной спортивной формой, бойцы не сразу закусили удила, но резкое приближение противника заставило их очнуться.

Тот, что был повыше и помоложе, выхватил знатный удар кулаком в плечо. Пониже и постарше – скривился от прилетевшей в левый бок ноги. Узкий коридор не давал никому из них шанса разойтись. Фенриру приходилось коротко замахиваться снизу вверх и натыкаться на быстро выставляемые блоки. Двигались бойцы технично. Попадали в противника редко, но крайне ощутимо.

В попытке сбить одного из них с ног Андрей пригнулся, но немного не рассчитал, и кулак младшего угодил прямиком по левой брови. Голову мгновенно наполнил колокольный звон, а по виску и щеке потекла тёплая кровь, остро пахнущая железом. Фенрир в полёте на пол умудрился зацепить старшего бойца ногой, и они покатились кубарём, вцепившись друг в друга не хуже бешеных псов. Молодой ринулся следом и, ухватив Фенрира за волосы на макушке, замахнулся для нового удара по лицу, но тут же бревном рухнул на пол.

– Развлекаетесь, мальчики? – Злата прицелилась во второй раз.

– Милая, ты так вовремя, – прохрипел Давыдов.

– Встали оба.

Но боец продолжал заламывать плечо Андрея, прикрываясь им от пистолета.

– Я бы с радостью… Но сама видишь… – Фенрира от боли в руке и тошнотворного вкуса крови на лице разбирал неудержимый смех.

– Пригнись, Витюш, – улыбнулась рыжая.

Андрей окончательно проиграл схватку с хохотом и подался вперёд, рискуя ткнуться носом в бетонный пол, а Злата выстрелила. Второй боец скорчился от боли, мелко затрясся и, потеряв сознание, «улёгся» рядом с товарищем.

– Сука… Я его придушу, – безуспешно смахивая кровь с лица, Фенрир резко выхватил пистолет из рук Златы и ногой вышиб дверь в кабинет Резника. – Я непонятно объяснил?! Или был слишком вежлив?!!

Всеволод, заметив направленное на него оружие, потянулся у выдвижному ящику стола, но Фенрир выстрелил первым. Пуля угодила в крышку ноутбука, и тот, пронзительно пискнув, задымился, наполняя помещение горьким запахом плавящегося пластика.

– Руки на стол!

– Хорошо! Я всё понял! Позвоню я ей! И будет экспертиза! Не стреляй.

– Эй, какого