Охотник на ведьм - Виктор Чернов

последний раз? Месяца два назад. Или три? В уведомлении мне предлагалось в десятидневный срок связаться с ними и оплатить задолженность. Настроение стремительно полетело в пропасть. Темную, как моя квартира.

Открыв дверь во временно обесточенную Нору, я затащил пакет с условным ужином на кухню и плюхнул его на стол. Открыл окна, чтобы стало немного светлее и пошел в душ. Камень засунул под спортивный напульсник, который не пойми как появился у меня в квартире. Казалось бы, что может быть сложного – помыться в темноте? А вы попробуйте! Я три раза обратно возвращался, мыльную пену смывал.

Наконец покончив с водными процедурами, чистый, свежий и немного успокоившийся, я пошел делать свои бутерброды. Достал из пакета продукты, взял самый острый нож (он же – самый тупой, потому что всего один) и принялся кромсать колбасу. Настрогав целую тарелку, зацепил бутылку пива и пошел в зал, где плюхнулся на диван. Поискал глазами пульт от телека, потом понял – электричества то нету! Да и фиг, поем и спать завалюсь, а завтра что-нибудь решу.

Где-то на третьем бутерброде, когда первый голод был утолен, я достал из кармана халата Камень Власти и принялся вертеть в руках.

- Какое же у тебя ключ-слово.. Откройся! – приказал я камню. Камень не отреагировал. Ну да, чего то туплю, вряд-ли ведьма зачаровала свой пространственный карман на такое простое слово.

- Покажись! Распечатайся! Расчехляйся! – перебирал я бредовые варианты. Ничего умнее в голову не лезло, но я вошел в азарт, - Гони бабло! Открывайся Сезам!

Бутерброды были забыты и я, вскочив с дивана, начал нарезать круги по квартире, держа в одной руке – камень, а в другой – бутылку пива.

- Оупен! Откупорить карман! – азарт гнал меня вперед все быстрее, я уже не смотрел куда шагаю, на ходу продолжая бормотать всякую ересь, как вдруг…

- Ай, бля! Сукаептваюмать! – споткнувшись о край ковра, я со всего маху рухнул на пол. Недопитая бутылка пива выскочила из моей руки, и красиво блеснув в полете стеклянным боком, влетела в стену. Естественно разбилась. Живописное пятно растеклось по стене, а я сел на полу, баюкая зашибленную коленку.

- День говно. – мрачно констатировал я, хмуро посмотрел на самолично устроенный бардак, медленно поднялся с пола и потопал в ванную за веником и тряпкой.

Вернулся в комнату, с надеждой взглянул на стену, все-таки оставалась надежда, что пятно одумалось и куда то уползло само, по своим пятновым делам, но увы. Пятно было на месте, как и осколки. Я принялся сметать на совок битое стекло.

- Вот же раньше были времена.. – бормотал себе под нос, высыпая в мусорное ведро под раковиной останки пивной бутылки, - Жрать захотел, позвал слуг. Спать захотел, сказал слугам, чтоб постель приготовили. Настроение плохое – отлупил слугу за конюшней розгами. Про уборку-то поди и вовсе не слыхали…

Почему-то не подумав о том, что, будь мир населен господами и слугами, я скорее всего, оказался бы в числе вторых, я начал немного злиться в пустоту. И до того обидно стало, бросил совок, встал в горделивую позу, указал тряпкой на пятно на стене и картинно откинув голову, важно выдал:

- Слуга, ко мне! Убрать тут все, живо!

В комнате раздался такой грохот, что я аж присел. Потом раздалось какое-то птичье воркование и чавканье. Прям такое конкретное чавканье! Первая мысль – ведьмы! Я на цыпочках прошел по коридору и взяв с полочки в коридоре свой револьвер, аккуратно направил его в дверной проем.

- Эй, кто там! Выходи по одному! – держа на прицеле вход в комнату, медленно двинулся на звук. Чавканье прекратилось. Затаились гады! – Оружие на пол, руки за голову, всем лежать, мордой в пол!!

С таким криком я ворвался в комнату, водя стволом из стороны в сторону и готовый стрелять на движение. Однако увидев, ЧТО стало источником шума, отпустил ствол и изумленно застыл.

- О-ху-еть… - протянул я. И было от чего. Посреди обломков от раздолбанного журнального столика сидело.. как бы это назвать.. сидела болотного цвета хрень, человекоподобная, с маленькими рожками, острыми ушами и длинным, облезлым, как у крысы, хвостом. Сидела и пялилась на меня большими глазами навыкате. Зрачок был вертикальным. А еще у существа был рот на всю рожу и зубов, штук пятьдесят, и это только из тех, которые было видно.

- Что. Ты. Такое? – я снова направил ствол перед собой, точнехонько на непонятного пришельца. Правда тот сидел вроде смирно и признаков агрессии не проявлял. Хотя кто его знает, сейчас как колданет на меня какую-нибудь фигню и привет родителям!

Тварюшка вся как-то сжалась, и судорожно затряслась, пряча морду и согнувшись. Я подошел поближе и повторил вопрос, - Ты разумный? Че ты за хрень такая??

"Хрень" продолжала трястись, не реагируя на мои слова. Я присмотрелся. Да оно же бутерброды мои жрет!

- Стреляю на счет два! Раз.. – я взвел курок на своем карманном минигане и нацелился твари в голову. Она, видимо поняв, что шутки кончились, подняла на меня взгляд своих больших и мокрых глаз, сделав могучее глотательное движение, хриплым голосом сказала:

- Бес. Авессалом меня звай! Не надо стреляй, я не жри человеков!

- Авессалом?? – у меня мои глаза стали больше чем у беса. – Еврей что ли?

- Кто такая еврей? Моя не знать. Она вкусная? – тварь похоже поняла, что стрелять в нее прямо сейчас не будут и подняв кусок колбасы с пола, засунула его в свой огромный рот. – Авессалом точно не еверей. Авессалом сильный бес и еще Злобный Ужас!

И тут меня накрыло. Многовато для меня оказалось сюрпризов для двух дней. Опершись спиной о стену я заржал. Ржал громко, хлопая себя по коленям и утирая выступившие из глаз слезы. Напряжение искало выход и нашло его. Бес даже жевать перестал, глядя на меня и прижав острые уши как кот, нассавший в тапки хозяину.

- Ужас.. Злобный.. – кое-как выдавил я, когда немного успокоился. – Видел бы ты, гроза колбасы и журнальных столиков, какую тварь я недавно завалил. Вот там ужас был, а ты так, херня какая-то.

Авессалом заинтересованно закрутил носом.

- Каво прибил? Можно жрать? – закрутил головой, словно пытаясь в комнате углядеть таинственную тварь, что я убил.

- Не знаю насчет жрать, а звали