Не здесь и не сейчас - Андрей Волковский
— Кислым, как что? — заинтересовался Дженс.
Бен повёл плечом:
— Не знаю. То ли растением, то ли тестом. Но неприятно.
Пивное сусло! Это должен быть пивовар.
Дженс поднялся со стула и начал ходить из стороны в сторону.
Пёс внутри подобрался: давай, мол, пойди и заставь его признаться. А потом убей!
Дженс ощутил, как оскал обнажает зубы, как тянутся ногти на руках, обретая нечеловеческую остроту, как... нет, ещё не время. Он заставил себя замереть.
Осади пса в себе. Этому отец его тоже учил. Покажи, кто хозяин. Будь сильным.
Бенни замер, стараясь не дышать, но Дженс не заметил.
На секунду мир вокруг взорвался всполохами запахов и звуков, недоступных человеку. Цвета выгорели в серый и чёрный. Но Дженс мысленно рявкнул на пса — и мир снова стал пёстрым, тихим и пресным.
В Пивную слободку Дженс отправился утром.
Старого Хью здесь знали все. И его отца, и деда. Дом у них раньше стоял на соседней улице, в Каменном тупике, за пределами слободки. Пивом-то только отец Старого Хью начал заниматься, дед всё путешествовал. В молодые годы, говорят, клад нашёл — его, видать, и спускал весь остаток жизни. А прожил старикан долго. Да и папаша Старого Хью только в позапрошлом году преставился — девяносто девять стукнуло! И до последнего дня сам на пивоварне распоряжался. Ох, и крепкий был старик!
Долгожители, значит. Интересно.
Дед заморскими настоечками баловался, а вот папаша Старого Хью стал пиво варить. Поначалу его принимать в гильдию не хотели, но он и взнос огромный не чинясь заплатил, и пивом по особому рецепту угостил Совет Пивоваров. Хорошо пошло то пиво!
А старый дом сгорел, когда Хью был ребёнком. Семейство перебралось в новый дом в Пивной Слободке, где нынче Хью с женой и обитает.
Дженс попробовал все сорта здешнего пива и сосисок. Заработал головную боль от обилия громких голосов и дурманящих запахов. Невозможно устал от людей и разговоров.
Как просто всё было, когда отец был жив... Нет, не время думать о прошлом. Надо сходить в Каменный тупик.
Дженс на всякий случай проверил, на месте ли Старый Хью: тот самозабвенно отчитывал мальчишку-помощника, — а потом кружным путём пробрался к пустырю на месте старого пожарища.
Пустырь, обнесённый высоким забором, отвратительно вонял травинником. Дженс недовольно поморщился и яростно почесал нос, сдерживая чихание.
Из-за проклятого травинника не разобрать, бывает ли здесь кто-то кроме Старого Хью. Может, и сейчас на пустыре кто притаился: густой кустарник да кроны трёх больших деревьев могли спрятать целый отряд злодеев. Придётся вернуться сюда ночью, чтобы соседи не видели, как чужак перепрыгивает через забор.
Всё это Дженс рассказал брату, вернувшись в дом нанимателя.
Бенни с тревогой спросил:
— А если, пока этого Хью нет, его сообщники навредят мальчику?
— Да может и нет никаких сообщников.
— Надо проверить, — Бенни покосился на дорожную сумку, в которой покоился украденный башмак.
Дженс вытащил башмак и протянул брату.
Бенни погрузился в видение. Мальчик жив. Ему холодно и страшно. В подвале темно. Важно только первое, хотя для Дженса и смерть мальчишки ничего не меняла: злодея надо найти и уничтожить — так велел отец, и это правильно.
Выглядел Бенни скверно: тёмные тени вокруг глаз, бледная кожа приобрела синеватый оттенок, но Дженс уже видел брата таким. Может — пусть работает. Тем более сейчас, когда он сам захотел взяться за дело. Потом отоспится.
— Я пойду с тобой.
Вот тут Дженс по-настоящему удивился.
— Зачем? Я сам справлюсь. Ты же не любишь улицу.
— Я должен.
Дженс почувствовал раздражение.
— Ты будешь мешать. Ты остаёшься.
Он решительно встал и покинул чердак.
Ещё чего не хватало!
Выйдя на улицу, Дженс откинул раздражение, удивление и лёгкую досаду. Нужно сосредоточиться на деле. Глупые чувства не смогут помочь ему, а вот помешать — запросто.
Ночью город уже казался знакомым. Нет, не приятным или приветливым, просто чуть менее чужим, чем вчера.
Дженс принюхался. К привычным запахам примешивался тонкий аромат далёкого дождя. В воздухе ощущалась почти незаметная сырость. Наверное, к утру город накроет морось.
Осторожно, но быстро, Дженс пошёл к Пивной слободе. Старого Хью не было дома: его жена одна спала в широкой постели. Дженс прислушался: нет, пивовар не отправился в уборную или на кухню закусить или промочить горло на ночь.
Пёс внутри жаждал броситься в Каменный тупик: пивовар там! Он украл детёныша. Бежать. Догнать. Убить!
Тихо, тихо. Ещё не время. Подожди немного.
До обострённого слуха Дженса донеслись неуверенные, тихие шаги. Кто-то медленно плёлся по улице, застывая на каждый лай из-за заборов.
Дженс принюхался и почти не удивился, учуяв Бенни. Осторожно запрыгнул на крышу сарая и соскочил на землю перед носом брата. Тот шарахнулся, дрожа, как мышь. Еле на ногах удержался.
— Джей...
— Какого беса ты за мной потащился? — прорычал Дженс.
Бенни молчал. Глядел на мостовую под ногами, комкал края рукавов. Его тощую фигуру оплетали ароматы страха и тоски. Брат казался бы жалким, если б не тонкие нотки решимости в шлейфе привычных запахов.
— Я тебя обратно не поведу. И как дорогу нашёл?
— Посмотрел. С твоей кружки, — неловко прошептал брат.
Поднял наконец глаза.
— Мальчику может понадобиться помощь. А ты... ты ведь будешь занят.
В последнем слове Дженс ощутил азарт погони и запах крови. Махнул рукой.
— Ладно. Пошли. Оставлю тебя за забором где-нибудь в неприметном месте. Только не лезь. Не хватало ещё на тебя отвлекаться.
Бенни кивнул и двинулся за развернувшимся братом.
***
Через забор Дженс перемахнул легко. Бенни послушно остался стоять у дома напротив: собаки там нет, а густая тень от раскидистого дерева худо-бедно спрячет братца от случайного взгляда.
Пожарище давно заросло травой. Слева от того места, где когда-то был дом, ютилась крошечная постройка: то ли сарай, то ли ещё что. Справа темнела провалом ворот заброшенная конюшня.
Вонь травинника оглушала и заставляла слезиться глаза. Нос зачесался так, что захотелось его оторвать и выкинуть.
На первый взгляд травинник рос сам по себе. Но он никак не мог вырасти так ровно, окаймляя, насколько различал в темноте Дженс, чёткий квадрат, поросший в середине невысокой травкой, кустиками лебеды и одуванчиками.
Из сараюшки послышался какой-то шум. Дженс вскинул голову, напрягая слух, проклял мерзкую траву раз двадцать и замер. В сарае кто-то топтался. Наверное, Старый Хью.
Жаль, нельзя подкрасться к нему и спросить
