Невеста по ошибке. Забудь о разводе! - Рина Фиори

из себя хорошую хозяйку и усаживаюсь за стол, с удовольствием наблюдая за тем, как Мирон принимается ухаживать за мной.

Раскладывает еду по тарелкам, сервирует стол. Садится напротив меня.

– Ммм, вкусно, – пробую блюдо.

В целом, простое: мясо и тушёные овощи, но сейчас я такая голодная…

– Ты же не умеешь готовить, – сощуриваюсь, откладывая в сторону приборы и поднимаясь за добавкой.

– А это и не я, – пожимает плечами. – Дед ест исключительно то, что приготовлено руками, но кто-то из наших приволок мультиварку, вот я и решил воспользоваться. Эти обжоры без нас весь ужин съели, – говорит тихо, будто по секрету.

Мне становится смешно, и я хихикаю в ответ, радуясь тому, что обстановку удалось немного разрядить.

Нам ещё необходимо пробыть в браке некоторое время, и ссориться не стоит. Но и играть по правилам, которые меняются вместе с настроением мужчины, я не хочу и не буду. Пусть даже не мечтает.

Глава 19

К счастью, сегодня мы возвращаемся домой.

Немного раньше, чем планировали, но это наоборот, радует. Я устала находиться в постоянном напряжении: ждать какого-нибудь подвоха. Неудобного вопроса или прокола со стороны мужа.

Впрочем, я тоже вполне могла бы выдать нашу тайну, позволь себе Мирон хоть каплю лишнего в присутствии родственников.

Мы выдумал отличную легенду, вполне правдивую и немного романтичную. Решили рассказать всем, что познакомились в банке, и это была любовь с первого взгляда. Что и является правдой, по сути, кроме последнего пункта.

Но больше нам подобных вопросов не задавали, и, похоже, всё дело в том, что муж поговорил с роднёй и попросил не смущать меня.

Сам Красногорский не признаётся мне в этом, но я догадалась обо всём, когда ко мне с извинениями пришла Алиска. Она выглядела подавленной, и мне даже стало жаль девушку.

Зато со всеми родственниками Мирона мы расстались на позитивной ноте, и это радует. Пусть у нас и ненастоящая семья, ссориться с кем-либо из-за этого мне не хотелось бы.

– Может, пообедаем в ресторане, – предлагает мне Мирон по пути к своему дому.

Утром мы собирали вещи и не успели позавтракать, поэтому есть хочется жутко.

Но я стараюсь не подавать вида, ведь и так всё время возникают глупые ситуации на этом фоне. Красногорский подумает ещё чего-нибудь не то про меня.

– Как хочешь, – пожимаю плечами, делая вид, что мне всё равно.

Спустя время мы останавливаемся возле красивого здания с огромными витражными окнами. Что творится внутри не видно, зато, я уверена, с той стороны прекрасно видно улицу.

– Проходи, – мужчина пропускает меня вперёд.

Внутри ресторана играет ненавязчивая приятная музыка, всюду снуют официанты, и пахнет аппетитно.

Мы выбираем уютный столик на двоих возле окна. Поразительно, что он оказался свободен, ведь сейчас время обеда, и в заведении полно народу.

– Это не очень дорогой ресторан, – словно оправдываясь, произносит Красногорский. – Просто я помню, что ты не завтракала, и решил не тратить время на пробки.

– Мне всё равно, – мягко улыбаюсь, потому что так и есть на самом деле.

Я не избалована в плане еды, а по ресторанам и вовсе не хожу. К тому же, в последние дни мы толком не разговаривали с мужем, и сейчас выказывать своё «фи», даже если бы мне что-то не нравилось – было бы верхом глупости.

Я устала с ним бесконечно спорить. После случившегося в доме Святослава Александровича и нашего разговора на кухне мы отправились спать. Оказалось, что Мирон привёз с собой надувной матрас, на котором и провёл обе ночи.

– Я предполагал, что могут возникнуть трудности, – сказал он мне тогда.

И я мужчине благодарна, что не стал давить на меня и продолжать домогаться. В противном случае, он окончательно упал бы в моих глазах, а мне этого почему-то не хотелось.

После обеда мы, наконец, едем домой. Я переступаю порог и почему-то чувствую на душе странное облегчение. Будто избавилась от тяжёлого груза, который сдавил плечи и не отпускал меня до конца. Здесь я чувствую себя уютно и комфортно, хотя это не совсем правильно. Так не должно быть.

– Я пойду к себе, – лёгким взмахом руки указываю на лестницу, Мирон молча кивает в ответ.

Завтра утром можно будет уехать на работу, и это радует, ведь находиться с мужем в условиях офиса куда проще, чем быть дома наедине.

Пока жду, что Красногорский поднимет мой чемодан наверх, звоню маме. Сообщаю о том, что мы уже вернулись, интересуюсь делами родных.

– У вас всё хорошо, мамуль? – меня напрягает её грустный голос.

Неужели мама до сих пор дуется на меня, что отказалась принимать подарок?

То есть, не совсем отказалась, просто уговорила маму положить деньги на счёт в банке. Всё равно планирую в будущем потратить их на первоначальный взнос по ипотеке, как только буду уверена, что твёрдо стою на ногах.

Хата бабушки, которая находилась в сельской местности, была единственной недвижимостью нашей семьи. Да, стоила она копейки, но всё равно со стороны родительницы было глупо продавать её.

Впрочем, чему я удивляюсь? В кого-то же я родилась такая наивная, видимо, в маму.

– Так что стряслось? – обеспокоенным голосом повторяю свой вопрос.

– Машу в школу не берут, – понуро отвечает мама.

– То есть, как не берут, мам? Что говорят? – я поднимаюсь с кровати, на краю которой сидела до этого, и принимаюсь нервно расхаживать по комнате.

– Говорят, что нет мест, все школы рядом с нами переполнены, а гимназию я не потяну, – грустно вздыхает мама. – Наверное, нам лучше вернуться домой, временно поживём у соседки, а потом что-нибудь придумаем. И так Маруська столько пропустила, нельзя тянуть с этим, учёбный год в самом разгаре.

– Подожди, мам, – прерываю родительницу. Закусываю губу, думая, как поступить.

Снова просить о помощи мужа?

Я и так не в восторге, что слишком зависима от него, и не только я, но ещё и мои родные. С другой стороны, он тоже от меня в какой-то степени зависим, и этим можно было бы воспользоваться, но…

– Лиля, – дверь в комнату открывается, и на пороге показывается Мирон.

– Мамуль, я чуть позже перезвоню, – прощаюсь и вешаю трубку.

– Что-то стряслось? – муж опускает на пол чемодан, но не торопится уходить.

Самое время рассказать ему и попросить о помощи, но я не могу. Он и так немало сделал, а что, если за очередную услугу Красногорский тоже что-нибудь от меня потребует?

Я же не дурочка, вижу его интерес, который совершенно не готова удовлетворять.

– Ничего, всё в порядке, – отвожу взгляд и