Развод в 45. Я тебя не прощаю - Александра Салиева

светлым балконом, выходящим на дворовую сторону, где нет дороги. Вполне ожидаемый выбор. Я почти наяву вижу, как в скором времени он будет заставлен комнатными растениями. А первый этаж позволит высадить лишнее ещё и на улице.

– Думаю, не стоит так вестись на фотографии. Нужно посмотреть своими глазами предлагаемое и уже тогда решать, – напоминаю то, о чём мы с ней однажды уже разговаривали.

– Да, – соглашается Лида и прикусывает губу в волнении. – Именно поэтому я хотела попросить тебя составить мне компанию в этом походе. Например, в воскресенье. Пойдёшь? – смотрит на меня с неприкрытой мольбой.

С учётом, что я сам говорил ей, чтоб без меня туда не ходила, не могу не пойти, конечно. Хотя и до сих пор не в восторге от её поисков.

Да и…

– С риелтором тоже уже договорилась? – прищуриваюсь.

На этот раз она заискивающе улыбается.

– Да, – добавляет на словах.

– Всё-то ты успеваешь, – не могу не улыбнуться.

– Просто грамотно планирую время, – деловито парирует она, но через паузу расслабленно смеётся и прижимается ко мне ближе.

Хотя бы эту возможность точно не упускаю. Обнимаю её в ответ за плечи свободной рукой и полной грудью вдыхаю аромат рыжих волос. Будь моя воля, так бы и застыл в моменте. Но у Лиды иное мнение.

– Может прогуляемся? – предлагает она через продолжительную паузу.

– Просто прогуляемся или у тебя созрел конкретный план и маршрут? – смотрю на неё.

Вино в бокале к этому времени почти заканчивается, так что просто отставляю в сторону, прежде чем подняться на ноги и подать ей ладонь, чтобы помочь тоже подняться.

– Никакого плана, – качает головой, принимая мою помощь. – Прогулка, куда ноги приведут. Не хочу ничего сейчас планировать. Только наслаждаться тишиной вечернего города в приятной компании, – улыбается.

Киваю с ответной улыбкой.

– Оденусь только сперва, – отпускаю её руку, как только убеждаюсь, что она выпрямилась.

Лида осматривает спортивное одеяние на себе и задумчиво щурится.

– Давай. Потом я.

– Я воспользуюсь гардеробной, так что не помешаю, если твоя одежда до сих пор в чемодане в спальне, – отзываюсь.

– Точно, – соглашается Лида.

А я, прежде чем развернуться в обозначенном направлении, не удерживаюсь от колкого:

– Но если ты свой чемодан и завтра не распакуешь, я сделаю это за тебя сам. Давно хотел поближе познакомиться с коллекцией твоего нижнего белья.

Ответную реакцию не жду. Ухожу. И едва не смеюсь, заслышав за спиной тихое:

– Наглый засранец!

Поспорил бы, но зачем?..

Ещё через десять минут мы покидаем квартиру. В вечернее время становится прохладнее, но ветра нет – самое то для пешей прогулки. Рядом через дорогу есть парк, и я беру направление к его входу. На Лиде белоснежная блузка с длинным рукавом и широкая бежевая юбка до колен. Тонкую талию подчёркивает кожаный коричневый ремень в тон плаща. Невысокие каблучки отсчитывают каждый наш шаг. Рыжие волосы моя спутница на этот раз распускает, и теперь они ярким пламенем горят в свете фонарей вдоль аллеи. А я опять залипаю на них, как какой-нибудь маньяк, которому всегда мало.

– Совсем забыл, – вспоминаю запоздало. – Как прошло сегодня в больнице? Как там Дина?

– Она спала, когда я приходила. Но кровотечение вроде как остановили. Угроза ещё сохраняется, поэтому ей придётся там задержаться. Тимур попросил перевести её в отдельную палату. Григорий тоже приходил…

– Серьёзно? – ушам своим не верю.

– Да. Оля ему позвонила, когда до нас с Тимуром так сразу не дозвонилась.

– И как прошло? – смотрю на неё уже с беспокойством.

Я ведь, после того, как отвёз её в областную, хоть и сказал ей звонить, если вдруг что-нибудь понадобится или случится, Лида не делает этого. А на мой вопрос пожимает плечами.

– Как и тогда. Я умалишённая, наговариваю на него, потому что злюсь из-за развода. В общем, всё, как обычно. Но Оля, кажется, верит ему. Не знаю. И если честно, знать не хочу. Вообще думать о них. Давай просто погуляем и забудем о проблемах на этот вечер? – предлагает с очередной улыбкой.

– Это его защитная реакция. Обвинять других всегда проще, чем признавать собственные ошибки, – вздыхаю, сворачивая неприятную для неё тему.

– Знаю. Но менее обидно не становится.

Как говорит, так и замирает, глядя на киоск с яркой вывеской кофе. Без лишних раздумий тяну её туда. Лида любит латте с двойной порцией карамельного сиропа, а я предпочитаю самый заурядный американо, но сегодня решаю взять то же, что и она. Поймав на себе её полный скептицизма взгляд и вовсе добавляю:

– Сахарную вату тоже, пожалуйста.

Теперь её полный скептицизма взгляд становится ещё и задумчивым, пока она смотрит на меня. Не перестаёт смотреть на меня в своих подозрительных раздумьях Лида и тогда, когда я вручаю воздушное облако сахара именно ей.

– Я ведь давно не маленькая, – делает круглые глаза.

– И что? – ухмыляюсь. – Всё обязательно должно соизмеряться годом рождения по паспорту?

– Нет, но…

– Вот и отлично! Жуй тогда, – отрываю кусок ваты и заталкиваю ей прямо в рот, пока она говорит.

Конечно же, Лида мычит возмущённо на такое моё самоуправство. Но недолго. Почти сразу же довольно улыбается.

– Вкусно, – сдаётся.

И вообще больше со мной не спорит, уминая любимое лакомство из детства.

– А помнишь, как мы на спор съели пять порций этой ваты? Клянусь, у меня три дня после этого ещё болел живот и тошнило от одного вида сахара, – припоминает наши проделки школьных времён.

– С тех пор я сладкое и не люблю, – соглашаюсь с ней по-своему.

– Слабак! – шутливо корит она меня.

– Просто ты меня, видимо, загипнотизировала или приворожила, ничем иначе и не объяснишь, как я на это повёлся, – качаю головой с ответной улыбкой.

Лида смеётся, запивая сладкое кофе.

– Я и сама не знаю, чем я думала, предлагая эту игру, – признаётся. – На неё же все наши с тобой карманные деньги ушли тогда. Папа мне, после этого, кажется, месяц не давал никаких денег.

– Зато я тебя победил, – заявляю самодовольно. – Хотя бы в этом, – добавляю уже с насмешкой.

И понимаю, что зря я всё-таки латте выбрал. Первые два глотка ещё ничего, а третий уже явно лишний, поэтому просто несу его в руке, дожидаясь, когда Лида допьёт свою порцию, чтобы вручить ей и мою.

– У тебя просто рот шире открывался всегда! – возмущается она между тем. – Один твой укус, как два моих!

– А когда ты этот спор предлагала, чем думала? Или мой рот был меньше, вырос сразу после заключения пари? – дразню её.

И почти захлёбываюсь своим весельем, когда Лида, вместо того, чтобы ответить, переводит