Не здесь и не сейчас - Андрей Волковский

— И знаешь, — Бен снова посмотрел на брата, — мы ведь можем даже больше, чем он говорил. Мы можем помочь кому-то вернуться домой.

Дженс захотел ответить, но ощутил, что в горле пересохло и что выдавить из себя хоть слово невозможно. Да и что он скажет?

Отец учил никого не жалеть. Сильных жалость унижает, а слабые её не заслуживают. Задача йегера — преследовать зло и уничтожать его. Кошмарей и умертвий, ночных крадунцов и топляниц — у зла десятки, сотни лиц, и йегер должен знать каждое.

А то, что предлагает Бенни, — это жалость? Пёс внутри Дженса заворчал неодобрительно, но в глубине души ему и самому хотелось выследить того, кто украл детёныша. Найти и вцепиться в глотку.

Значит, всё хорошо: они с братом хотят одного и того же?

— В городе опасно, — сказал Дженс. — И очень шумно. Надо обзавестись убежищем.

Он встал и потянулся, размял затёкшие руки и ноги.

— Пойду к родителям этого украденного. Может, наймут нас. Тогда и оплата будет, и где переночевать.

Бенни кивнул, впервые за последние месяцы отважившись проводить брата взглядом.

Заплаканная женщина и бледный господинчик, её супруг, узнав, что Дженс — йегер, обрадовались так, что ему самому стало неловко.

— Теперь-то наш малыш точно найдётся, — улыбалась сквозь слёзы женщина.

— Спасибо вам, — сдавленно шептал мужчина, едва сдерживаясь, чтоб не разрыдаться при супруге.

Дженс вздыхал и снова пояснял:

— Я ничего не обещаю. Поймите, даже если я найду вашего сына, может быть поздно. Я уверен, что днём он был жив, но пока больше ничего не известно.

— Всё равно — спасибо! — твердила женщина, норовя ухватить Дженса за руки. — За то, что не прошли мимо. За то, что дали нам надежду.

Дженс дёрнул плечом: мол, не стоит.

— Нам нужно в город. Скорее всего, ваш сын там.

— Но кто его похитил? Зачем? — мужчина смотрел на Дженса так, словно страшился ответов.

— Я не знаю. Расскажите, что именно случилось. Когда вы поняли, что ваш сын пропал?

В Глинянку они приехали позавчера. В первый день Ланс всюду ходил за родителями хвостом. А на следующий день отец и мать отправили его знакомиться с ребятнёй, чтоб самим заняться взрослыми делами.

Мать обсудила с невестой всю родню: кто приехал, кто нет, кто уже женился, кто овдовел, у кого рога растут.

Отец весь день спорил со старостой о пиве: староста утверждал, что ему привезли лучшие сорта городской пивоварни, а гость был уверен, что это не так. Пока пробы снимали да беседовали о секретах пивоваренного мастерства, стемнело.

Ланс домой с ребятнёй не пришёл. Переполненные впечатлениями, разговорами и пивом родители не заметили. А когда хватились, оказалось, что мальчика никто не видел несколько часов.

Дети рассказали, что Ланс сначала играл с ними, но потом разбил коленку, разревелся, был признан нюней и поплёлся домой. Играла малышня на Старом лугу, за мельницей. От околицы в двух шагах, для местных это считай что в родном дворе. Потому провожать Ланса никто не вызвался, хотя взрослые и наказывали за городскими чадами присматривать.

До села Ланс не дошёл. Путь его пролегал мимо телег, на которых привозили из города вино, пиво, заказанные невестой фрукты да диковинных морских гадов: староста для любимого сына ничего не пожалел. Да и надо же городским показать, что мы себе не меньше вашего позволить можем!

Извозчики, грузчики и местные, нанятые помогать, только руками разводили: весь день туда-сюда дети сновали — и именно Ланса никто не вспомнил. Насильно в телегу никто никого вроде бы не пихал.

Проверили, не свернул ли мальчонка к Пьяному пруду или в лесок, что за этим прудом, но никаких следов не нашли.

Дженс для виду осмотрел вещи ребёнка: перебирал их неспешно, стараясь принюхиваться так, чтобы никто не заметил. Так и знал. Запах тот же, что на зелёном яблоке, которое он скормил лошади.

Кто-то приманил мальчишку яблоком и затащил в телегу или закинул в седло? Нет, в седло — заметно. А вот в телегу или фургон — запросто. Раз яблоко было лишь надкушено, значит, ребёнка сразу оглушили или усыпили.

Очень дерзкий поступок. Зачем так рисковать?

Дженс сосредоточился, перебирая в уме ритуальные календари. Нет, никаких мрачных празднеств, тёмных торжеств и ночей силы в ближайшее время не предвидится. Значит, это не жертва, которую нужно принести именно сейчас.

Может, одержимый? Одержимые непредсказуемы: такой может и убить кого-то, и украсть, невзирая на опасность, потому что голос в голове велит сделать это немедленно.

Родители пропавшего о мыслях йегера не догадывались. Вручили задаток и радовались не пойми чему.

Договорились, что Дженс и Бен с отцом пропавшего поедут в город. Мать останется здесь: вдруг дитя вернётся. Дженс не верил в это ни секунды, но спорить не стал.

На прощание Дженс предупредил:

— Моего брата не трогайте. И не обращайтесь к нему. Он ясновидящий — у них свои причуды. Если вы хоть чем-то обидите брата, мы немедленно прекратим поиски.

— Что вы, что вы! Я вообще ни слова не скажу, пока сами не спросите. Только найдите Ланса.

— Заезжайте за нами через два часа.

Дженс обрадовал брата, собрал нехитрые пожитки, известил домовладельца, что они съезжают, но скорее всего на днях вернутся, так что задаток забирать он не будет.

До отъезда Дженс снова наведался к пустырю, затем нашел старосту и выяснил, кто сегодня отбыл в город. Мысленно отмёл тех, кто уехал верхом. Из “отележенных” отпали ещё двое. Один поехал в соседнее село, где остался ночевать у знакомой вдовы. Ещё один приехал и уехал вместе с женой, племянницей, двумя детьми и тестем: вряд ли все они дружно решили похитить чужого ребёнка.

Осталось двое возможных злодеев: городской пивовар и внезапно занемогший приятель кого-то из друзей жениха, спешно покинувший праздник аж в карете.

Староста объяснил, как найти в городе Старого Хью, пивовара. А насчёт приятеля только руками развёл.

Дженс ещё полчаса потратил на поиски нужного человека, еле сдерживаясь, чтобы не рявкнуть на кого-нибудь. Раньше с людьми договаривался отец — и Дженс то ли забыл, то ли и вовсе не знал, какие они шумные, бестолковые и раздражающие.

Женщины то наигранно всхлипывали, то засыпали его вопросами и ненужными подробностями, а одна даже пыталась строить ему глазки. Мужчины были не лучше, но хоть заигрывать не пытались.

Полезного Дженс выведал мало. Занемогшего приятеля толком никто