В ловушке лжи - Мария Андреевна Владыкина

даже фотки показывал мне, где вся компания стоит, и его там реально нет.

Я это уже знала, но то, что информация от Кирилла и от сына начала совпадать, говорило лишь об одном: всё действительно так и было. Наверное, мне стоило перестать притворяться, что всё ещё может наладиться.

Слава, думая, что поделился со мной большими секретами, виновато смотрел куда-то в стену. Ему было не просто принять чью-то сторону, и я подошла к нему и обняла.

- Спасибо, что поделился, – я поцеловала сына в макушку.

- Теперь вы разведетесь, да? – не поднимая на меня головы, проговорил Слава куда-то в уровень моего плеча.

- Всё слишком запутано, сынок. Твой отец ещё плохо себя чувствует, я пока не знаю, как из всего этого выпутаться. Я просто хочу, чтобы в любой ситуации, что бы между нами не происходило, ты помнил, что оба твои родителя тебя очень любят. И старайся больше не слушать ребят, когда они будут говорить про эту ситуацию. Мы сами во всем разберемся, внутри семьи. Не будем выносить всё наружу.

- Да ничего не запутано. Он предал нас с тобой, и начал встречаться с этой учительницей. А он сам говорил мне, что предательство прощать нельзя. Пусть теперь она забирает его и ухаживает за ним. Как ты можешь говорить, что он меня любит, если он так поступил?

Я просто крепче обняла сына, а после решила оставить его ненадолго одного. Мне хотелось знать, чем закончилась вся эта ситуация с учительницей.

Распахнув дверь комнаты, я увидела, что Егор стоит рядом с ней. Значит, он слышал последние фразы Славы. Судя по его перекошенному лицу – точно слышал.

- Она ушла? – я смотрела на него, но он не встречался со мной взглядом. Просто кивнул. – И что, куда нам теперь переехать, чтобы она больше не досаждала нам визитами? На луну? Или, может, я что-то не знаю, и ты действительно хотел жить здесь с ней?

- Не говори глупостей. Она больше не придёт.

- Откуда такая уверенность? Здорово, что ты умеешь, похоже, в отличие от меня, так хорошо находить общий язык с учительницами нашего сына.

- Раз я сказал, что не придёт, значит, так и будет, – я фыркнула, и, пройдя мимо, скрылась в нашей спальне. Егор за мной не пошёл. Возможно, разговаривал со Славой, хотя сын вряд ли захотел бы вести с ним какие-то беседы, а может, ушел в гостевую спальню, потому что в коридоре никаких звуков я больше не слышала.

Я зашла в приложение, которое транслировало изображение с камер в подъезде. Записи с камер можно было просмотреть за последние двадцать четыре часа, так что я отмотала видео на момент, когда Екатерина позвонила в дверь, и я её открыла, и с жадностью стала наблюдать, что же было, когда мы со Славой ушли внутрь.

Жалко, что камеры не писали звук, но даже посмотреть изображение – было уже не плохо.

Мы ушли, а Егор остался стоять в дверях. Прикрыл входную дверь и начал что-то объяснять учительнице. Судя по лицу, вряд ли это было признание в любви. Сама учительница сначала стояла, скрестив руки на груди, но в какой-то момент вдруг подошла к Егору и попыталась обнять его за шею. Он выставил руку перед собой, не давая ей подойти ближе.

Потом она что-то ему ещё сказала. Он вопросительно выгнул брови, но замер. Переспросил. Достал из кармана телефон и кому-то позвонил.

Всё закончилось, когда учительница получила на телефон какое-то сообщение и прочитала его.

Конечно, для полноты картины очень не хватало звука, но меня порадовало как минимум то, что Егор не вёл себя как влюблённый парень, и никак не проявлял симпатии в её сторону.

Когда во входную дверь позвонили через пару часов после инцидента, а я всё ещё никого не ждала, первой моей мыслью стало, что это снова вернулась она. Я могла поклясться, что если бы увидела на своём пороге учительницу во второй раз, то уже не стала бы сдерживаться, и она почувствовала бы, что это такое, когда я в гневе.

Но за дверью оказалась не она, а улыбающийся друг моего мужа. Которого, к слову, я так же не сильно горела желанием видеть.

- Привет. Я так понимаю, вас можно поздравить с воссоединением семьи? – спросил он, а его улыбка выглядела максимально неискренней.

- Привет. Если ты к Егору, то он в гостевой спальне. Он на костылях, так что будет лучше, если ты сам к нему пройдёшь.

- Оу, гостевая спальня…

- Кирилл, ни слова. Мы сами разберемся, без твоего участия.

Кирилл поднял руки вверх в жесте капитуляции.

- Ладно, прости, я тут к чаю принёс, – Кирилл достал из-за спины мои любимые пирожные, которые делали только в одной кондитерской города, и за которыми Егор постоянно ленился ехать, даже на праздники.

Глава 26

- Небольшой презент – протянул мне пирожные Кирилл. Я немного погипнотизировала их взглядом, но всё же в конце концов протянула руку и взяла. Отказываться было глупо.

- Спасибо, – уже не так зло ответила я.

Наверное, из-за стресса, мне, как оказалось, действительно очень хотелось чего-нибудь сладенького, и я тут же представила, как сейчас заварю себе большую кружку чая и полакомлюсь любимым десертом.

- Ну, я тогда пошёл к Егору, – как бы спрашивая разрешения, уточнил Кирилл.

- Угу, – промычала я, направляясь в кухню.

Пока кипятился чайник, я стояла, смотря невидящим взглядом в окно, и пыталась понять, как же мне жить со всем этим «чудом», свалившимся мне на голову, дальше.

Близких подруг, таких, чтобы с ними можно было обсудить всё произошедшее, у меня, можно сказать, и не было. В школе я дружила с девчонками, но в старших классах уже начала встречаться с Егором и проводить всё свободное время с ним, а потом и вовсе, когда закончили школу, наши пути с подругами разошлись.

Сейчас всё, что осталось от наших отношений, это открытки в соц. сетях по случаю каких-то значимых праздников.

Наверное, именно в этот момент я и осознала, насколько вообще была одинока. Сознательно оградила себя от всего, кроме семьи. Общалась ближе всего с мужем, дружила с его друзьями, была словно тенью Егора все эти годы.

А где в своей жизни была я? Даже когда кто-то говорил о его бизнесе, никто не