На изломе осени - Дарья Андреевна Кузнецова

— А что будет с ними? — спросила северянка шепотом.

— Как я и обещал — они предстанут перед судом. Какие бы сказки ни рассказывали про князя Запретных лесов, я не чудовище.

— Знаю, — прошептала она, открыто глядя на мужчину. — И я принимаю твое приглашение. Всегда было интересно посмотреть, что там, в самом сердце жутких земель!

— Поверь, тебе понравится, — пообещал князь.

И не обманул. Каисе действительно понравилось. Да так, что из гостьи она превратилась в полноправную хозяйку. В княгиню Запретных лесов, правящую мягко, но твердо, под руку с любимым супругом.

Кто же знал, что одна ночь на изломе осени полностью изменит жизнь маленькой магианны и Беспокойного короля. Сведет вместе два одиноких холодных сердца, разжигая сначала крохотную искру, которая затем превратилась в пламя.

Пламя, что не смогла погасить даже вечность…

Татьяна Осинская. Сердце Королевы

Annotation

Когда-то ее предали и лишили дома, ее сердце разрывалось от боли. И она была благодарна Королю Дикой охоты, когда он принял ее в свою свиту. Но могла ли она предположить, что однажды ей придется занять его место...

Сможет ли Королева выдержать это испытание и собрать осколки своего разбитого сердца?

Рассказ, вошедший в сборник «На изломе осени», вышедший в издательстве "Т8-Руграм" в 2023 г.

Длинный коридор утопал в сумерках. Из-за пасмурной погоды освещения совсем не хватало, несмотря на большие стрельчатые окна, расположенные в обоих концах галереи. Оттого гулкое эхо от размеренных твердых шагов пробирало морозом по коже. Служанки, заслышав их, замирали в испуге, а потом спешили скрыться в подсобных помещениях. Но иногда из комнат доносились сочувствующие шепотки: обитатели замка словно уже похоронили юную Анаит, сожалея о выпавшем ей жребии.

«Бедняжка, — в очередной раз доносил сквозняк взволнованный голос, — я бы не смогла держаться так спокойно, когда до страшной ночи осталось всего несколько часов».

«Анаит всегда была предана повелителю, — шелестела листва за окном, — за что же теперь ей такая немилость? Чем она его прогневила?»

«Не говори глупости, — хлестко щелкнула плеть на конюшне, — это великая честь! Но и большая ответственность! Если она не справится…»

И всхлипы, всхлипы, всхлипы со всех сторон. Но Анаит не собиралась так легко сдаваться: пусть эта ноша тяжела — она пронесет ее с высоко поднятой головой. Времени на подготовку оставалось достаточно, поэтому пока девушка медленно брела по дубовому паркету, с благодарностью вспоминая прошлую жизнь. Нет, не ту, что осталась за туманной пеленой острова. О своей жизни до того, как в чародейную ночь ее, глупую, отловил приспешник Короля Дикой охоты и закинул на коня, она давно уже не помнила. Только каждый год накануне охоты тянущая боль где-то в подреберье напоминала о том, какое черное зло бросило ее под копыта Дикой кавалькады.

Анаит перебирала в памяти первые дни пребывания в древнем замке. Как с каждым вынутым из сердца воспоминанием она становилась слабее и беспомощнее, до тех пор, пока дыхание совсем не остановилось. А мгновение спустя повелитель возродил ее, сделав частью своей свиты.

Тоска медленно перерастала в злость оттого, что опять в ее судьбе все решили за нее. Словно она вещь какая-то и права голоса не имеет. А когда Анаит злилась — это чувствовали все. Даже лепестки цветов, разбросанные по полу, мгновенно иссыхали, скукоживаясь, стоило краю ее длинного платья коснуться их, а по стенам расползалась тонкая вязь изморози. Определенно, у нее хватит сил, чтобы вынести на своих хрупких плечах эту тяжелую ношу…

Мог ли год назад после очередной охоты кто-нибудь подумать, что великий Король, встретив свою избранницу, сделает преемницей молчаливую Анаит, а не своего верного помощника, советника и «правую руку» Алистара. Однако длань осеняющая легла именно на ее светловолосую голову, склоненную перед повелителем. И словно в бабушкиной сказке, танцующие искры разбежались от макушки вниз, меняя и цвет волос, и привычный наклон головы, и взгляд… Вскоре перед подданными стояла с царственной осанкой темноволосая Королева. Ее подбородок был гордо поднят. Горящий взор пронзал насквозь. А величественная поступь не оставляла сомнений в том, что от прежней робкой Анаит почти ничего не осталось.

— Госпожа, время, — донесся робкий голос от раскрытой двери.

В проеме стояла дородная служанка, держа на вытянутых руках алое платье. Цвет огня — по традиции именно так был окрашен наряд Короля или Королевы в священный день. Чтобы поддерживать пламя, бушующее в груди. А поверх надевали черный плащ с глубоким капюшоном — как символ вечной ночи и тьмы, затапливающей сердца грешников.

Облачение вышло недолгим. Служанка споро выполнила свою работу: помогла надеть платье, сапожки, перчатки. Плащ Королеве подадут уже на улице, а пока Анаит тщательно расчесывала волосы, которые решила оставить распущенными. Выполняя этот древний ритуал, она негромко проговаривала заговор, призывая первобытные силы — мудрость и плодородие — оказать ей поддержку и не дать сломаться под тяжестью выпавшей доли.

Двор замка был полон самых разных персон: верные слуги, неупокоенные грешники, фейри и черти, бестелесные призраки и сеятели болезней — кого здесь только не было. Все они замерли в предвкушении: как пройдет эта ночь? Справится ли новая Королева с возложенной на нее миссией?

Уверенной поступью повелительница ступила на двор. Высокая, стройная, дьявольски прекрасная. Зловещая улыбка озарила женское лицо, и все присутствующие, не сговариваясь, отступили на шаг. Это будет хорошая охота.

Анаит подняла руку и призвала магию. В этот же миг со всех окрестных деревьев взметнулись ввысь черные вороны. Собравшись в стаю над шпилем замка, они сделали крутой вираж и стремительно понеслись на Королеву. Кто-то из служанок вскрикнул, испугавшись, другие закрыли лицо руками. Но ни один мускул не дрогнул на словно мраморном лице Анаит. Стоило первому клюву коснуться раскрытой ладони, как вспышка на миг осветила двор, а в следующее мгновение на руке Анаит повис черный плащ с перьевым подбоем. Накинув его на плечи, Королева направилась к замковой стене. Прикоснувшись к одному из булыжников, она начала беззвучно читать заклинания. Темная дымка не спеша окутывала стену, просачиваясь сквозь раствор, разъедая связь, отчего кладка с грохотом осыпалась, обнажая заточенных в ней скелетов. Ожившие мертвецы, с трудом разминая кости, выбирались из своей темницы. Натужно передвигая ноги, они постепенно обрастали плотью. Вскоре перед Королевой преклонило колени мертвое войско.

— Слуги мои, — разнесся твердый женский голос. — Приближается самая сладкая ночь