Бумеранги. Часть 1 - Варвара Оськина

Ложь легла на язык криво и колко, отчего Джиллиан испытала острое желание сплюнуть слова прочь.

– Боюсь представить, что стало с нашей гостиной после твоих парней, – хмыкнул Бен.

– При первой леди они вели себя прилично и разлили только две банки пива, но я не могу их винить. Повод был существенный.

– Отлично, мы наконец-то избавимся от этого ужасного ковра, – сдавленный зевок исказил последнее слово.

– Иди спать, – пробормотала она и снова повернулась набок, поджимая ноги к груди.

– Надо ещё немного поработать… Джил… – Бен прервался, послышался стук отложенного телефона, шуршание и глухой щелчок зажигалки. А она почти наяву увидела, как в тёмных глазах мужа отразился красный огонёк сигареты. – Что бы ни случилось в будущем… что бы ни произошло в прошлом, вы с Эми в безопасности.

– Бен…

– Ты услышала меня?

– Да.

– Отдыхай, мартышка.

Звонок прервался, и стало тихо.

«В безопасности…»

Утро следующего дня принесло с собой нависшие над городом тяжёлые тучи, что терроризировали купол Конгресса. Они наматывались на бронзовую Статую Свободы, точно сладкая вата на палочку, но влекли к себе не толпу радостных детей, а угрюмых работников государства. Штампованными солдатиками те вышагивали по влажной плитке площади, поправляли на ходу весь спектр отвратительных галстуков и бездушно втаптывали лакированными ботинками хрупкие жёлтые листья.

Джиллиан чуть повернулась и задумчиво вгляделась в скрытый облаками шпиль монумента Вашингтона. Она машинально взяла из рук дочери засохший лист и положила его к остальным. Обязательно жёлтым. Обязательно с чуть порванным краем.

В этот час Национальная аллея была пуста, так что никто не мешал Эмили выискивать у корней деревьев те самые листья. Нужные. Почти неотличимые друг от друга для любого, кроме придирчиво разглядывавшей свою добычу девочки. Она копошилась среди жёлтой листвы в своей канареечной куртке и походила на крошечное солнце.

Сидеть на сетчатой металлической скамейке оказалось не очень удобно, но место встречи выбирала не Джил. Она теперь вообще не могла что-либо решать. А потому мирилась и с сыростью утра, и с запахами подгоревшего масла из расположенной рядом закусочной. Конечно, Джиллиан понимала, что приходить сюда с Эми было глупо и безответственно, но ускользнуть по-другому не вышло. В их доме теперь толклось слишком много людей. Предвыборная гонка достигла максимума, и потому историческая резиденция вице-президентов отныне напоминала базар.

За Джил, разумеется, немедленно попробовали проследить, но истерика дочери при виде охраны длилась полтора часа и прекратилась лишь с приходом улыбающегося Баррета. Несмотря на все успехи, с Эми по-прежнему было сложно. Но сегодня, борясь с чувством стыда, Джиллиан оказалась этому рада. Она сбежала из дома…

И вот теперь, наплевав на мокрую после дождя скамейку, за соседним столом расположился Элвин, а она смотрела на игравшую в листве дочь.

– Так ты хочешь сказать, камеры не видели, как конверт с фотографиями оказался у тебя на столе, – Джиллиан продолжила прерванный разговор.

– Нет. – Баррет с силой ударил по клавише и в сотый раз запустил видео из приёмной. – Вот стол пуст. А вот конверт лежит прямо поверх всех бумаг.

– Ну не с воздуха же свалился! – фыркнула Джил.

Элвин поднял на неё обиженный взгляд покрасневших глаз. Он сегодня не спал. Этой ночью в штабе вообще никто не сомкнул глаз. Десять человек молча следили за прыгающей планкой рейтингов и суммой пожертвований, пока Джиллиан висела на телефоне и выдёргивала из тёплых постелей нужных ей журналистов и политологов. К утру результаты внушали скромный оптимизм, но ситуация по-прежнему оставалась напряжённой. Ещё не прочитаны первые статьи, не прослушаны аналитические программы и сводки новостей. Так что Джил почувствовала укол совести и опустила глаза. Баррет не виноват. Здесь вообще нет иных виноватых, кроме неё.

– Я не знаю, как это произошло, – наконец произнёс Элвин. – Они вырезали кусок. Стёрли или временно остановили запись, не знаю.

– Восхитительно. Мы в шпионском боевике.

– Звонок на мой мобильный прозвучал сразу, как я нашёл конверт. Значит, следили по видео. Можно уволить службу безопасности и провести проверку. Выяснить последние контакты, – тараторил Баррет, но замолчал, стоило Джил снисходительно улыбнуться.

– А смысл? Уберём одних, придут другие.

– Но…

– Мы под прицелом, Элвин. И на три ближайшие недели – немые рыбёшки в аквариуме, – спокойно проговорила Джиллиан и повернулась, взглянув на дочь.

Со стороны картинка наверняка казалась идиллической – ребёнок с охапкой пожелтевшей листвы. Но стоило чуток присмотреться, и вот взгляд цеплялся за слишком упорядоченную последовательность, навязчивую зацикленность действий, и даже маршрут, по которому то и дело немного одеревенело шлёпали резиновые сапожки, будил лёгкое чувство неправильности своей повторяемостью.

– Эми, может, перекусим? – мягко спросила Джиллиан и осторожно дотронулась до детской руки. Глаза Бена на мгновение встретились с её и тут же немигающе уставились в сторону. Подождав немного и не получив ответа, Джил вздохнула и спокойно повторила, чуть изменив вопрос. – Эмили, ты хочешь есть?

– Я хочу леденец, – наконец ответила дочь, и Баррет тихо хмыкнул.

– Фруктовый салат и йогурт? – Элвин забавно пошевелил бровями, отчего Эми заливисто, но слишком громко рассмеялась. Что же, чрезмерная, неестественная эмоциональность всё ещё оставалась проблемой. – Пойдём со мной.

Элвин работал с Джиллиан уже третий год, а потому знал о важности расписания – как и все подобные дети, Эми была зациклена на порядке. Также она боялась толпы и громких звуков, иногда непредсказуемо реагировала на совершенно обычные вещи, вроде клаксона машины или звонкого колокольчика в лифте. Эмили испытывала проблемы с координацией и пониманием двусмысленных фраз… А ещё паниковала при виде бумаги. Она с визгом отказывалась даже коснуться белых, жёлтых, матовых или глянцевых страниц. Так что чтение книг перед сном было той ещё пыткой.

Однако, несмотря на все сложности, Баррет умел оставаться с Эми до чудесного непосредственным и подкупал своим дружелюбием даже таких замкнутых бук. Вот и сейчас. Резко, немного визгливо смеясь, Эмили неуклюже подпрыгивала на одной ноге, пока чуть прихрамывавший секретарь терпеливо вёл неожиданно развеселившегося ребёнка.

Джиллиан отвернулась и подняла воротник пальто. Они пришли рано, так что от долгого сидения стало зябко. Ну а в следующее мгновение Джил и вовсе застыла, когда услышала голос.

– Рад, что вы всё же согласились встретиться, миссис Рид.

Пересилить себя и спокойно посмотреть через плечо оказалось невероятно трудно, но Джиллиан справилась.

– Музей воздухоплавания… Мне следовало догадаться, что это ты, Джим, – спокойно произнесла она и встретилась взглядом с глазами бывшего мужа.

7