Под маской дьявола - Юлианна

Кэти! — рычит он, и она поворачивается к нему, и показывает средний палец, а у него рвет крышу и он бросается к ней, вцепившись в плечи.

— Иди к черту!

— Уже там…

Он впивается в ее рот с остервенением и такой болью, что она скулит, но он не выпускает ее, намеренно кусая и провоцируя. Его захват слишком сильный, поэтому она не может вырваться и даже голову повернуть, потому что его ладонь, обхватившая шею, сжимает с чудовищной силой, не позволяя увернуться.

Кэти чувствует, как его язык врывается и ласкает губы, слизывая кровь с ранок, что оставили его зубы и плачет, потому что понимает, он вновь использует ее.

Она повисает и Мэтью пользуется этим, вжимаясь сильнее, чтобы почувствовать ее всю. Она упирается кулачками в торс, но он буквально распластывает ее на груди, упираясь своим возбуждением ей в бедро.

Она открывает глаза, замечая, как он смотрит на нее, тяжело дыша, слегка оторвавшись от губ, и как нежно трогает рукой ее скулы.

— Не заставляй меня причинять тебе боль, Кэти, я этого не хочу!

Она закрывает глаза, и слезы градом рвутся наружу, пока он прижимает ее к себе не в силах понять, что сейчас произошло. Как только ее плечи прекращают трястись, и она пытается вырваться из его стальных объятий, он вновь смотрит на губы, которые уже припухли и налились синевой.

— Прости, я не хотел. Не знаю, что на меня нашло…

— Хотел, потому что ненавидишь меня, — прошептала она, пытаясь отодвинуться от него, но он держит.

— Не правда.

— А как тогда это называется? Урок? Наказание?

— Кэти, ты снова начинаешь…

— Да я еще и не заканчивала!

— Захлопнись, Кэти.

— Иначе что? Снова накажешь?

— Скорее залюблю, — он улыбнулся, опуская глаза на ее губы и дотрагиваясь до них языком.

— Ты что творишь? — она выворачивает руку и бьет его. — Совсем уже с ума сошел?

— А что, ты вроде как рассталась с Эндрю, нет? Прости, твои слова: «Я больше не хочу тебя видеть», мы видимо восприняли неправильно, как и ситуацию с твоим братом, да?

Она отвешивает ему пощечину, и он сжимает ее руки, прижимая к себе.

— Еще раз ударишь, и я тебя трахну, чтобы ты научилась выбирать противника по себе!

Его слова тихие и от того, как он смотрит на нее исподлобья, ее начинает трясти от страха.

— Прости за это, — указал он рукой на губы и, отошел от нее, а она сразу обняла себя за плечи, отворачиваясь.

— Они скоро приедут, уходи.

— Подумай над моими словами по поводу Эндрю, он любит тебя.

— Интересно, что он скажет, когда я ему признаюсь, что ты целовал меня против воли, уже второй раз?

— Всего лишь набьет мне морду! — улыбается он и исчезает, оставляя ее наедине со своими мыслями.

19

«Борьба со своими чувствами самая трудная…»

Неизвестный автор.

Мэтью неспешно подходил к своей машине, потирая уже в который раз свои губы.

Поцеловал ее. Снова. Черт… Ты идиот, Мэтью, самый настоящий идиот!

Пока Эндрю сходит с ума от ревности, злости и беспомощности, он целует его девушка и не для того чтобы успокоить, хотя возможно поначалу он себя именно этим и успокаивал, нет…

Онхотелее целовать. Точнее не так. Он хотел целовать толькоее- Кэти Леман.

Какого хера?

Он ударил себя по лицу и уставился в зеркало заднего вида, кривя ухмылку и обзывая себя идиотом. Взревев мотором, он вырулил с парковки и, вдавив ногой, педаль газа, рванул по шоссе.

А ведь тебе еще придется как-то это всё, объяснить Эндрю!?

— Какого черта, меня угораздило так влипнуть, Леман? Точно ведьма, — рычал он, ударяя по обмотке руля несколько раз и выпуская пар, крича на подрезающих его водителей.

Он заглушил двигатель и несколько минут сидел у дома, понимая, что совсем не хочет ругаться с Эндрю.

— Ну что там? Она все еще злится? — Эндрю с порога набросился на него, задавая вопросы и нервно дергая волосы на своей голове.

— Она в порядке, пришлось слегка успокоить ее, — ответил Мэтью, бросая куртку на пуфик и обернувшись, добавил. — Своим способом, конечно.

— Не понял?

— Ты только не злись, ладно? Я ее поцеловал… два раза, — Мэтью замолчал, а Эндрю ошарашенно уставился на него.

— Зачем?

— Ну, в первый раз, я просто пытался отделаться от синьоры Витторио, и она зашла в аудиторию, когда та уже почти сняла с меня брюки. Пришлось выкручиваться, и я сказал, что она моя девушка, — Мэтью замолчал и Эндрю кивнул, намекая на продолжение. — А сейчас она меня просто разозлила, сказав, что я не могу понять ее, потому что у меня есть семья. Вообщем малыш, ты не злись, потому что это был просто рефлекс, не более.

— То есть Мэтью Ковак, который никого никогда не целует в губы, просто рефлекторно присосался к моей девушке? — друг начал заводиться и Мэтью бросился его обвинять, потому что знал, нападение — лучшая защита.

— Все потому, что ты не можешь держать язык за зубами и растрепал своей подружке о моей семье, разве нет? И теперь она каждый раз умудряется козырнуть этим!

— Не перекидывая все на меня, Мэт, ты виноват не меньше!

— Я и не отрицаю. Прости чувак, я не специально ее поцеловал, это было как помутнение, я просто разозлился, а потом бах — она в моих руках, зареванная от шока.

— Она испугалась?

— Боится что ты не простишь ее после того как узнаешь, что я целовал ее дважды, — пожимает плечами Мэтью и уже хочет уйти, но Эндрю вскидывает руку и тот замирает.

— Мэт, чтобы это было в последний раз, понял? Если такое повторится, я тебя так отделаю, мало не покажется. И еще, наша дружба сейчас держится на волоске от одного твоего неправильного шага.

— Ни хрена ты завернул, малыш?!

— И я хочу, чтобы ты извинился перед ней, — бросил Эндрю, уходя в свою комнату.

— За что?

— За поцелуй без спроса и за то, что заставил ее переживать это! Дважды!

— Как будто я ублюдок какой?! — крикнул Мэтью и, стукнув кулаком по стене, ушел в свою комнату. — Чтоб тебя, Леман!

Его «таблетка» исчезла, и сейчас он был рад этому, потому что хотел убивать. Кулаки чесались так, что настольная лампа первой полетела на пол, а за ней следом и остальные вещи. Решив, что так просто ему это не поможет, он взял свою сумку и вылетел из дома, решая выпустить пар в другом месте.

Клуб «Франко».

Клетка была пуста, а внизу в зале, парни оттачивали удары на грушах