(Не) родная мама. Она - мой смысл жизни - Виктория Вишневская
Сегодняшний разговор ясно показал: сколько бы времени ни прошло, она не простит меня.
Я тяжело вздыхаю, опускаюсь на стул и морщусь от резкой боли в копчике. Ничего, поболит и пройдёт, уговариваю себя. Скоро пойдём плавать — в воде станет легче, боль отступит.
Но всё снова идёт не по плану. Нас с Лизой заваливает работой, и мы до самого вечера сидим за ноутбуками, устало утыкаясь в экраны, а потом поздно ложимся спать, почти не разговаривая.
На следующее утро я надеюсь, что сегодня наконец проведём день вместе, но опять ничего не выходит. Лиза с Машей куда-то уходят, пока я сижу за документами, пытаясь решить накопившиеся проблемы.
Вдруг раздаётся стук в дверь, и я нехотя отвлекаюсь от бумаг, снимаю очки, чтобы немного размять уставшие глаза. В комнату заходит Лиза — задумчивая, сосредоточенная, с каким-то тревожным выражением лица.
— Знаешь, я опять видела ту девочку, — говорит она, проходя вглубь комнаты и садясь напротив меня за кухонный стол. — Присмотрелась. И они жутко похожи.
Её так сильно это не отпускает? Хотя, её можно понять. Я сам целый день в прострации проходил.
— Да, — просто соглашаюсь с ней.
— Август, — вдруг произносит она с каким-то нетерпением, откидываясь на спинку кресла и скрещивая руки на груди. — Я тут поняла, что мы ни разу не говорили о матери Маши. Кто она?
Я замираю. Это слишком личное. Никто не знает, как Маша появилась на свет. Ни мать, ни родной брат. Все считают, что Арина родила и ушла от нас. Да, мерзко. Да, нехорошо так лгать, выставляя в плохом свете. Но я никогда и не лгал — моя мама всё придумала за себя, а я просто не подтверждал её слова.
И уж со своей помощницей я тем более не обсуждал эту тему.
— А что? — спрашиваю осторожно, стараясь скрыть раздражение.
— Просто интересно. Мы столько лет работаем вместе… Вроде даже как встречаемся.
«Вроде как»… Это слово царапает изнутри.
— Мне хочется больше узнать о вас, — тихо признаётся она, опуская взгляд.
— Нечего узнавать, — пожимаю плечами, стараясь выглядеть равнодушным. — У Маши нет мамы. Она от суррогатной матери.
— Суррогатной матери? — её брови удивлённо взлетают вверх. — То есть, ребёнок не от твоей бывшей жены?
— Нет, — отвечаю сухо, когда речь заходит о Арине. Лиза умная женщина, сама может обо всём догадаться. Она только приоткрывает губы, чтобы что-то спросить, но я резко обрываю её: — Закроем тему. Я её ненавижу.
Лиза поджимает губы, в её глазах мелькают обида и злость. Она явно не ожидала такой реакции.
— А где Маша? — вдруг хмурюсь, осознавая, что уходили они вдвоём, а вернулась Лиза одна.
Её глаза расширяются от испуга, и она, кажется, только сейчас понимает, что ребёнка рядом нет.
— В игровой комнате? — уточняю на всякий случай, чувствуя, как внутри поднимается тревога.
— Нет… Она побежала цветы собирать, а я потом отвлеклась на телефонный разговор, увидела эту девочку, похожую на Машу, и так растерялась, что…
— Ты забыла про мою дочь?! — вскакиваю из-за стола, сердце бешено колотится. Подбегаю к окну, лихорадочно оглядываю двор. Она могла быть уже где угодно. Надеюсь, что она с садовником рвёт эти чёртовы цветы, но за это время она могла и убежать. Далеко не уйдёт — территория огорожена, но не со всех сторон… Одна сторона открыта, но вряд ли Маша доберётся туда одна.
Чёрт.
Вглядываюсь в место, где обычно растут цветы, внимательно просматриваю каждый метр — её нигде нет.
Я их убью. Обеих. Одну — за рассеянность, вторую — за то, что убегает от взрослых.
Краем глаза замечаю знакомую фигурку и с облегчением выдыхаю. За листьями высокого дерева, по краю густой листвы, вижу свою дочку — она сидит на пледе под этим самым деревом, увлечённо что-то делает. И как будто с кем-то болтает.
— Я сейчас позвоню охране, и мы её найдём… — тараторит рядом Лиза.
— Я нашёл, — цежу сквозь зубы, отрываюсь от окна и быстрым шагом выхожу из номера.
Глава 18. Арина
— Мам, — малышка дёргает меня за руку, вырывая из мыслей. — Ты чу?
— Прости, задумалась, — виновато отвечаю, спохватившись и распрямив плед.
Сегодня я совсем не могу думать и работать. И дело не только в сходстве Насти и Маши. Возможно, это простое совпадение, к чему я и склоняюсь. Но в то же время не даёт покоя. А сейчас есть проблемы поважнее.
Во-первых, дочка с утра сидела дома одна, и на обед захотела выйти на свежий воздух. Теперь я в перерыве расстилаю плед под деревом, надеясь, что Август нас не заметит и будет слишком занят своими делами.
Во-вторых... Сегодня я включила телефон. Это была вынужденная мера, после которой на меня обрушился шквал сообщений. Рекламные, из банков и... от Артура. Моего бывшего работодателя и преследователя.
Казалось бы, чего его бояться?.. Но то сообщение не выходит у меня из головы.
«Сбежать решила? Зря».
И зачем я ему сдалась?..
Нет, мне определённо не везёт с мужчинами.
— Ма-а-ам, — тянет дочка, уже нетерпеливее, когда я стою над пледом и сверлю его взглядом. — Садись! У нас времечко капает!
— Да-да, точно, — я поспешно присаживаюсь, поправляю юбку и достаю малышке её обед. Сегодня я взяла еды так много, что хватило бы на четверых. Просто я не знала, чего именно захочет дочка. — Как сегодня посидела одна?
— Смотрела мультики, — весело отвечает она, пока я выкладываю контейнеры из бумажного пакета. — Потом порисовала, потанцевала, а ещё в планшетик поиграла.
— Не скучно было?
— С Машей веселее, — улыбается мне в ответ, её глаза светятся теплом и искренней радостью.
— Вы хорошо подружились, — говорю со скрипом, всё ещё намереваясь уехать отсюда. Или уже нет?.. Сообщение Артура напугало меня, а схожесть дочери и её новой подруги не даёт покоя. Может, сейчас не время уезжать?.. Задержимся хотя бы ещё на недельку, выдохнем. Мы даже не успели толком прийти в себя после той ночи, когда в спешке уехали на автобусе.
Надо пожалеть мою малышку.
Только Август будет напрягать. Но я перебьюсь. Потерплю...
— Да! — радостно подтверждает она мои слова. — Мамуль, а давай в следующий раз устроим тут пикничок с Машей? Тут так красиво!
Я оглядываюсь по сторонам и придерживаю волосы, которые треплет лёгкий ветерок. Да,
