Дом поющих стен - Кристиан Роберт Винд

Джек не сразу оказался в своей комнате. Сперва он медленно брел вверх по лестнице, будто каждый шаг давался ему с невероятным трудом.

Стоило ему только поравняться с медными канделябрами, как беспокойные желтые свечи, освещавшие по ночам старинный особняк, принимались удрученно покачивать своими пылающими головами, то ли осуждая, то ли, напротив, убаюкивая мальчика. И даже сырой ветер за окнами дома завывал этим осенним вечером как-то особенно тоскливо, словно проникнувшись нежданным горем мальчика.

Впрочем, Джек не обращал никакого внимания на то, что происходило вокруг, поскольку был слишком подавлен. У него никак не шли из головы обидные слова дедушки Оливера. А перед его внутренним взором, будто назло, то и дело вспыхивало суровое, потемневшее лицо хозяина Дома поющих стен. Лицо, исполненное отвращения и негодования.

Кое-как доплетшись до предпоследней двери в коридоре третьего этажа, Джек остановился, а затем не слишком уверенно постучал.

– Энни! – наклонившись к замочной скважине, позвал он. – Ты здесь?

Однако за нелепой ярко-розовой дверью с нарисованными котами царила гробовая тишина. Должно быть, пронырливая девчонка в очередной раз впуталась в какую-нибудь сомнительную историю.

Осознав, что поблизости совершенно никого нет, Джек разочарованно вздохнул. В эту ночь ему как никогда прежде хотелось услышать высокий голосок Энни Стоун, похожий на звон серебряных колокольчиков. Возможно, он даже сразу согласился бы поучаствовать в одной из ее безумных и рискованных авантюр – что угодно, только бы не оставаться одному в холодном полумраке каменных стен.

– Добрый вечер, мой маленький друг, – прохрипело воронье чучело, стоило Джеку переступить порог своей спальни. – Я вижу, вы снова огорчены.

Вежливо поклонившись Пыльному Ворону в знак приветствия, мальчик тяжело опустился на краешек смятой постели. Стянул со своих ног громоздкие ботинки, подтянул коленки поближе к острому подбородку и безутешно обхватил их руками.

– С тех пор, как я сюда приехал, – протянул он с горькой усмешкой. – Это стало для меня привычным делом.

Птичье чучело ненадолго умолкло, будто бы о чем-то всерьез задумавшись. А Джек опустошенно уставился в противоположную стену, по которой сонно ползали мерцающие звезды.

За окнами спальни понемногу разгоралось таинственное алое свечение. Как и прежде, оно лилось с другой стороны мрачного небосвода, заволоченного густыми свинцовыми тучами, а потому мальчик никак не мог разглядеть источник странного сияния из этой части особняка. Да и, говоря откровенно, ему это было совершенно неинтересно. Во всяком случае, сейчас.

– Юный Джек, – осторожно скрипнул Пыльный Ворон. – Возможно, вам стоит покинуть это место, если оно причиняет вам столько страданий.

– Не думаю, что мне есть куда бежать, – покачал головой мальчик. – К тому же, я… Я бы не хотел сейчас прощаться с Энни.

Он вдруг смущенно умолк.

По худым щекам Джека разливался прозрачный розовый румянец. Почти такой же пунцовый, как и дверь, ведущая в спальню Энни Стоун.

– О, я говорил вовсе не о побеге, мой маленький друг, – возразило чучело. – Ведь сбежать из этого гиблого дома невозмо…

Мертвая птица резко умолкла, неестественно громко щелкнув клювом. Как если бы пыльное чучело сболтнуло лишнего, и кто-то незримый незамедлительно наказал его за столь непростительную оплошность, силой заставив замолчать.

– Невозможно? – догадался Джек, окинув своего друга обеспокоенным взглядом. – Вы это хотели сказать?

Но ворон лишь едва различимо кивнул огромной черной головой.

– По-моему, это совсем не так, – засомневался мальчик. – Энни рассказывала мне о том, что здесь то и дело появляются и исчезают люди. Некоторые из них так спешат, что даже забывают свои вещи.

Джек вдруг нахмурился. Какая-то скользкая, неприятная до дрожи мысль проскользнула в его голову, будто ледяной дождевой червь. И намертво засела в мозгу, противно извиваясь.

«А вдруг Пыльный Ворон прав? Что, если никто из этих людей никуда не уходил? Что, если с постояльцами Дома поющих стен произошло что-то… ужасное? Ведь никто и не говорил мне, что они покинули особняк. Скорее… Скорее, они просто испарились без следа», – размышлял Джек, слегка поеживаясь.

– Вы не можете мне ничего рассказать, верно?

Мальчик поднялся с постели и босиком подошел к большой черной птице, застывшей на комоде. Так он мог лучше различать хищные черты в сказочной звездной полутьме, опутавшей комнату.

И чучело снова лишь молча кивнуло в ответ, обронив пригоршню едких пепельных пылинок.

– Вот почему вам приходится говорить со мной загадками, – наконец догадался Джек. – По-другому нельзя!

Пыльный Ворон кивнул в третий раз.

Мальчик напряженно завис над искусно отполированным комодом. Его грудь сдавила нарастающая волна тягостного волнения.

– Хорошо, так… Я смогу догадаться, если как следует поразмышляю над тем, что вы говорили прежде, – он сделал глубокий вдох и попытался собраться с мыслями. – Когда мы только встретились, вы сказали мне, что я должен найти ответы… Ну, так мне показалось. Значит, вы хотели, чтобы я что-то узнал…

Он озадаченно поскреб взлохмаченный затылок. Не так-то это просто – искать тайный смысл в чьих-то намеках. Во всяком случае, для Джека это уж точно была задачка не из числа простейших.

– Узнал что-то… – пробормотал он, покусывая нижнюю губу. – Что-то об этом доме? Или, может быть, о дедушке Оливере? О Матильде?.. Или же о тайнах первого этажа, доверху напичканного комнатами с кошмарами?

– Мой маленький друг, – чучело таинственно блеснуло черными глазами. – Если желаете отыскать истину, всегда начинайте поиски с самого начала.

– Начало… Поиски… – кивнул мальчик. – Я это помню. Вы и об этом говорили…

«Начать с самого начала. Звучит логично, вот только где же это самое начало? Откуда мне следует начинать? Как жаль, что Пыльный Ворон не может просто взять и ответить на все эти вопросы», – с досадой думал Джек.

Словно уловив в воздухе отчаянные нотки смятения, стремительно поглощавшие скомканное сознание мальчика, чучело приоткрыло окостенелый клюв и коротко добавило:

– Всегда следуй тропой сердца, юный Джек. Лишь этот путь ведет к истине.

«Тропа сердца…», – задумался мальчик. – «Что он хотел этим сказать? Что это может быть? Это чувства? Любовь? Я должен следовать за любовью?.. Как же глупо звучит…».

Должно быть, он бы продолжил засыпать мертвую птицу вопросами, однако в этот момент дверь спальни распахнулась.

– Джек, мне так жаль, – прощебетала Энни, бесцеремонно ввалившись в комнату. – Я подслушала, что мистер О говорил Матильде. Это просто ужасно!

Она пронеслась мимо мальчика, с разбега запрыгнула на его кровать и принялась болтать босыми ногами в воздухе, возбужденно накручивая на тонкий фарфоровый пальчик темную прядь волнистых волос.

– Но я здесь вовсе не поэтому, – понизив голос, заявила Энни. – Я хочу тебе кое-что показать. Почему-то мне кажется, что ты непременно должен это увидеть.

Джек прикрыл входную дверь и оперся спиной о шкаф, в который он так и не