Любовь по рецепту - Юлианна

побледнела.

— Хорошо, но…

— Поцелуй не обсуждается.

— Слишком много пожеланий, Аврелий.

— Так и ты непроста, шоколадка.

— Почему я слышу подвох в твоих словах?

— Хороший вопрос, — усмехнулся он и, выключив двигатель, повернулся к ней. — Приехали, принцесса.

Обернувшись, она и вправду поняла, что они во дворе высотки, где располагалась квартира Миры. Поняв, что он говорил правду, она повернулась к нему.

— Когда?

— Скажем в субботу. В семь вечера.

— Где?

— Я заеду за тобой.

— Я поеду с тобой, только в людное место.

— Людей я тебе обеспечу, — улыбнулся он так широко, что она насторожилась.

— Я говорила тебе, что в моих венах течет кровь цыган? Смотри, обидишь меня, прокляну.

Марк отпрянул, насторожившись, и тут же улыбнулся.

— Я знал, что ты не такая как все.

— Неужели не боишься?

— Чего? Проклятий?

— Что мои родители цыгане? — настороженно пояснила Даша, не понимая, почему он веселится.

— Нет. К таким предрассудкам я спокоен. Есть ещё что-то?

— Нет.

— Тогда до завтра, шоколадка.

— До завтра, Аврелий, — не осталась в долгу Даша, вылезая из машины и смотря на то, как ее преследователь спокойно покидает двор. — Точно что-то задумал, засранец!

21

Хлопнув раздраженно входной дверью, Марк вбежал по лестнице и зашел в свою комнату.

— Привет братик, — ворвалась следом Дея, его младшая сестра. — Папа звал тебя, но ты не услышал. Спустишься?

— Конечно. Беги малышка. Я сейчас.

Сбросив куртку, он спустился вниз и вошел в кабинет.

— Искал меня?

— Где ты был? Почему не отвечаешь на мои звонки?

— А что случилось? — спросил он, понимая, что при разговоре присутствует мачеха, значит это серьезно. — Привет Роза.

— Здравствуй Марк.

— Звонил Ратмир. Приедет в субботу.

— Зачем?

— Что значит зачем? Соскучился. Хочет повидаться со всеми.

— Я не хочу его видеть, — бросил грубо Марк.

— Все еще не можешь простить ему Лейлу?

— Я уже давно забыл эту историю, — тут же бросил Марк. — У меня дела в субботу. Меня не будет.

— Свои дела либо перенесешь, либо привезешь с собой, — категорично заявил отец, и Марк едва сдержал себя. — Семья, есть семья.

— Лейла тоже с ним приедет?

— Конечно. Она его жена.

— Как удобно, — хмыкнул Марк.

— Не ёрничай!

— Что-то еще отец?

— На следующей неделе поедем свататься.

— Я уже сказал, что не хочу.

— А я тебя предупреждал, чтобы ты не косячил больше, правда?

— Я и не косячил! — взревел Марк.

— Тогда объясни, как ты умудрился оскорбить Давида Каримова.

— Эрман нажаловался?

— Закрой рот, сопляк! И скажи спасибо, что Эрман позволил тебе остаться в своем ресторане. Будь моя воля, ты бы уже завтра…

— Так в чем проблема? — разозлился Марк. — Только скажи. Я найду другую работу.

— Юнец, — хмыкнул он. — Завтра же извинишься перед Давидом.

— Не стану.

— Я не спрашиваю, Марк.

— Роза? — Марк решил, что мачеха поддержит его, но она, покачав головой промолчала. — А если он за дело получил?

— Какое?

— Он к девочкам приставал.

— Официантки в ресторане Эрмана все совершеннолетние, поэтому не надо убеждать нас в безнравственности Давида, — отец Марка поднялся с кресла. — Завтра я жду его звонка. Если он скажет, что ты не извинился, можешь забыть о машинах, доме и наличных.

— Если ты не забыл, я итак живу на свои деньги. Дом никогда не был мне родным, а насчет машины…

— Пошел вон, сопляк! — взревел отец, и мачеха, подскочив на месте, быстро вывела его.

— Марк, ну зачем ты подначиваешь его, когда он так зол? И что значит, дом никогда не был тебе родным?

— Ратмира вы всегда любили больше меня. Даже Дея купается в лучах любви и ласке, в отличие от меня.

— Марк, ну что ты говоришь…

— Что чувствую, Роза. В субботу я и вправду не могу. У меня свидание, — улыбнулся он быстро и, поцеловав ее в щеку, стал подниматься к себе.

— Марк? — позвала его мачеха и он повернулся. — Не привязывайся к ней. Ты же знаешь, отец одобрит брак только с нашей девочкой.

Усмехнувшись, он кивнул и продолжил подниматься.

Приняв душ, Марк упал на постель и открыл мессенджер, ища знакомое личико.

«Привет шоколадка. Чем занимаешься?» Марк Аврелий.

«Психологией» Шоколадка.

«Кого-то лечишь?» Марк Аврелий.

«Скорее психую» Шоколадка.

Марк рассмеялся и, зайдя в закладки, открыл ее фото. На нем она в красном платье с закинутыми за голову руками, заглядывает в глаза, будто в душу просится. Темные глаза, она подвела карандашом и тенями, отчего они казались совсем черными, но это не так.

Шоколадные, с янтарным оттенком, они переливаются на солнце и вспыхивают огнем, когда она злится. Губы растянуты в улыбке, а ряд белых зубов, манит провести по ним языком, а после впиться в пухлые губы, пробуя на вкус.

Густые темные волосы, перекинуты на одно плечо и свисают тяжелыми гроздьями, уговаривая зарыться в них, вдыхать аромат этой колючки и улыбаться.

Именно этим он и занимался каждый вечер, вот уже несколько месяцев. По началу, у него был чисто спортивный интерес, но как только девчонка отказала ему, его интерес стал другим.

Ему ещё никто не отказывал. Ему даже не приходилось уговаривать, скорее это он выбирал. А тут такой экземпляр и вдруг отказ. Девчонка оказалась крепким орешком. Как только он не пытался к ней подкатывать. И цветы, и конфеты, даже украшения носил. А она только фыркала и крутила у виска.

Он даже на ревность пытался вывести ее, но все тщетно.

Скала. Гранитная.

Но теперь, он, кажется, понял причину ее неприступности.

Цыганка.

От судьбы не убежишь. Да, Марк?

— Ча́юри. Ча́юри мири́,* — усмехнулся он, предвкушая субботний вечер.

* * *

Даша, приняв душ, пыталась справиться с духовкой, но когда поняла, что та не ответит ей взаимностью, выключила и заказала доставку.

«Детка, ты скоро будешь дома? Умираю с голода» Цыганка Сэйра.

«Эрман не отпускает. Прости)))» Мировая Слава.

«Википедия говорит, что тело начинает разлагаться через сутки. Поспеши» Цыганка Сэйра.

«Даш, закажи доставку. Сегодня точно не приеду» Мировая Слава.

— Нет, ты посмотри на нее. Даже мои шутки больше не вызывают у нее острый приступ злости, — улыбалась Даша, чувствуя радость за подругу или скорее сестру.

Звонок в дверь и она хмурится, вспоминая, что доставка не могла бы так быстро доехать.

— Если ты маньяк, имей в виду, соседка напротив, пишет все на диктофон, — крикнула она через дверь и тут же резко её открыла. — Ты кто?

— П-простите. Вам доставка, — испуганно заблеял курьер, передавая букет и пакет с лейблом известной кондитерской.

— Тебе сколько лет, красивый? — улыбнулась Даша.

— Пятнадцать.

— Жаль, хотела подразнить Веру Ивановну. Спасибо, малыш, — улыбнулась она