Рэй - Сергей Викторович Вишневский

— Это способ применять силу с предсказуемым результатом, — не согласился Карл. — А то, что ими когда-то обучали рабов, то тут только ты и я помним об этом.

Фил поджал губы, взял бутылку и принялся снова разливать.

— Господи, мой ученик будет пользоваться техниками рабов... Кому бы сказал — засмеяли бы.

— Знаешь, если уж на то пошло, то стоит их ему дать таким образом, чтобы он был достоин звания твоего ученика, — произнес Карл. — С анализом и... может ему «Око» сделаем?

— На кой черт ему око? Эримии вымерли. Еще при нас с тобой последнего добили. Нет смысла превращать глаз в способ увидеть потоки силы.

— А ты сам подумай. Он сможет без труда разглядывать то, что делает противник. Это уже половина победы, в любом случае. Да и должен же он хоть в чем-то превосходить этих выскочек? Секретное оружие, так сказать.

— Самое сильное оружие, — произнес Фил, взглянув на ученика. Он постучал пальцем по виску и добавил: — Оно вот тут. Ничто не может быть опаснее и эффективнее мозгов. Разум — самая удивительная и самая опасная вещь на этом свете. Запомнил?

Рэй молча кивнул и откусил пирог.

— Как бы там ни было, но я предлагаю пойти этим путем. К тому же, если вдруг выяснится, что основа у него все таки есть, то никто не мешает ему заняться полноценными техниками после. Одно другому точно не помеха.

Друзья подняли рюмки, чокнулись и молча выпили.

— В общем, ты подумай. Практика ему в любом случае нужна, а так... Так будет хотя бы немного самостоятельным.

— Тоже верно, — нехотя кивнул Фил. — Думаю, дам ему основы Ромула, а там потихонечку дотянется до местного уровня.

— Хах, ты оптимистичен, — фыркнул Карл.

— Думаешь не справится? — покосился на Рэя учитель.

— Я не про мальчика. Я про местных. У них нет никакой основы Ромула. Эти идиоты просто зубрят заклинания и хранят наработки в секрете, чтобы другие не узнали.

— В смысле? — хлопнул глазами маг. — А как они... как они вообще создают заклинания? Они их... тупо зубрят?

— Ага, — кивнул с довольной мордой Карл. — Я еще не вникал, что случилось со времен последней большой бойни, но факт есть факт. У них есть какой-то пул заклинаний, но никакой систематики в плане построений нет. И что-то мне подсказывает, что уже и не будет.

Фил, уже подовдинувший к себе тарелку с жареным картофелем, в котором виднелись грибы, опустил ложку и буркнул:

— Ты сейчас серьезно?

— Серьезнее некуда. Если все пойдет так, как идет сейчас, то пара тысяч лет — и они окончательно деградируют в шаманов и травниц.

— Слушай, вот за шаманов не надо...

— Да — да, — махнул рукой друг. — Духи имеют разум, шаманы либо проводники их воли, либо угнетатели духов. Я помню. Кстати, давно их не видел. Куда все подевались?

— Свалили от тупоголовых кретинов, что обучаются по технике рабов и делают вид, что так и надо, — буркнул Фил и положив ложку на стол, потер лицо руками. — Слушай, мне моя псевдосмерть уже не кажется такой хорошей идеей.

— Ну, начнем с того, что ты живой. А ведь мог двинуть кони по-настоящему. Так? Так. Ты выкрутился из ситуации почти без потерь. Так? Так. На секунду, метку смерти получить — это тебе не в бездну прогуляться.

— Я ее не получал, — буркнул Фил. — Мне ее поставили, как поставили и ей.

— Только вот она не смогла обмануть мироздание и смерть, а ты смог, — выразительно взглянул на него Карл. — Признаться, были моменты, когда я действительно думал, что метка тебя достала.

— И ты испугался. Испугался, и принял одну из сторон?

Толстячок шмыгнул носом и кивнул.

— Я тоже боялся, — признался Фил. — Боялся, что встречу тебя где-нибудь в астрале. Это был бы один из самых дерьмовых вариантов.

Друзья умолкли. Карл взял бутылку и молча принялся разливать. Фил же, молча наблюдал за ним и поэтому слегка вздрогнул, когда подал голос Рэй:

— Зачем вы... бегаете от смерти? Вы так боитесь умереть?

— А ты не боишься? — хмыкнул Карл.

— Боюсь. Боюсь и не хочу. Но рано или поздно я состарюсь и умру. Так со всеми будет.

— Так будет только с теми, кто не готов идти до конца, — хмыкнул Фил. — Идти ради своей цели на край земли, заглянуть за него и пройти дальше. Если есть цель, то даже мироздание можно обмануть, а со смертью — договориться. Понимаешь о чем я?

Рэй задумчиво кивнул.

— Не уверен, что точно, но я думаю, что у вас есть какая-то цель. Ради нее вы стараетесь, и сумели обойти смерть. Так?

— Так, — кивнул Карл.

— И что это за цель? — спросил Рэй, вглядываясь в лицо учителя. — Ради чего вы это делаете?

— Ты понимаешь, что на тебе ученическая метка? Ты не сможешь мне навредить и рассказать мою тайну. Даже если захочешь это сделать?

Рэй молча кивнул и откусил пирог со смородиной.

— Мы с Карлом не рождены этим миром. Нет, в смысле, наши тела из этого мира, но вот душа — нет. Нас сюда засунули... или засунуло... Мы не знаем, как это объяснить, но мы оказались в этом мире. Памяти у нас не осталось, но периодически мы встречаем слова, которые возвращают кусочки. Кусочки из нашего родного мира.

— Иногда из-за одного слова на нас вываливается ушат воспоминаний из прошлой жизни. Как мы жили, что любили есть, что пили. Как одевались, или кого любили. А иногда — вообще ничего, — пояснил Карл. — И непонятно, по какому принципу это работает.

— Мы перебрали сотни гипотез, — кивнул учитель. — Но все без толку.

Рэй перестал жевать. Он с задумчивым видом наблюдал, как учитель и его друг разливают прозрачную жидкость, после чего спросил:

— Вы хотите вернуться обратно?

— Да, но есть нюанс, — кивнул Фил, подняв рюмку. — Чтобы вернуться обратно — надо знать... куда возвращаться. А мы этого не помним.

— Поэтому слоняемся по земле и собираем слова, — кивнул друг.

Рэй несколько минут молчал, наблюдая за двумя друзьями, что опрокинули содержимое рюмок