Поздравляю со смертью - Маргарита Малинина

class="p1">Федор начал куда-то звонить, потом нахмурился, поднял телефон вверх, поводил им над головой, видимо, в поисках связи.

— Здесь ловит плохо, — подтвердил он мою догадку. — Оставайся на месте, я пойду поищу место, с которого можно позвонить.

— Я пойду с тобой! — почти взмолилась я. Почему-то оставаться здесь одной не хотелось. Красивый, почти идеально круглый пруд, высокая, густая изумрудно-зеленая трава и… вещи умершей подруги. Взятые ее исчезнувшей сестрой…

— Нет, это место нужно отметить, здесь будут работать эксперты. А то мы его потеряем. Поэтому тебе придется остаться здесь. Видишь тот пригорок? — Федор показал на возвышенность, которая начиналась сразу за перелеском. — Я пойду туда, там наверняка поймаю сеть.

— Но это так далеко, — заныла я. У меня сразу разболелись все зубы. У кого-то они реагируют на холод или кипяток, у меня же — на психологический дискомфорт и моральные страдания. А еще на сильный страх.

— Инесса, — он дотронулся до моего плеча, сначала легенько погладил, а затем ободряюще сжал, — я буду видеть тебя, я буду постоянно оглядываться. Ничего с тобой здесь не произойдет. Перелесок не густой, он виден насквозь. Я потороплюсь и буду на вершине минут через десять-пятнадцать. Справишься?

Господи, как с ребенком… Впрочем, сама напросилась.

— Да, — нехотя сказала я, будто из меня выбили показания, из которых точно следовало, что я убила всех, кого только можно, и лишь смертная казнь искупит все мои грехи.

— Отлично.

И он быстро направился вперед по тропинке. А я осталась стоять.

Сначала я просто водила глазами по сторонам. Казалось бы, бояться нечего, но чувство тревожности меня не покидало. Затем мне и вовсе послышался шорох где-то поблизости. Я подпрыгнула и стала вращать головой уже энергичнее. Откуда шел звук? Потом я услышала его еще раз, уже отчетливее, будто звуки приближались. Это было похоже на шелест сминаемой травы и сломанную ветку. И это, увы, не мог быть Федор — он удалялся в другом направлении. На всякий случай я повернулась в сторону пригорка — Федора не видно, но зачем ему бегать по лесу кругами? Чтобы напугать меня? Но это же глупо. Я ведь должна увидеть его на пригорке через обещанные пятнадцать минут, а если не увижу, то стану задавать вопросы. К тому же поймать связь и позвонить — ему даже нужнее, чем мне, это его дочь все-таки пропала. Значит, явно не он. Но кто тогда? Может, какая-нибудь корова заблудилась и гуляет в лесу? Или коза?

Снова шелест. Я повернулась на звук. О боже, нет… Что-то красное мелькнуло между деревьев. Федор одет в темно-синюю ветровку. Это кто-то другой. Так, спокойно. Это просто житель деревни отправился на послеобеденный променад. Ничего страшного со мной не случится.

Однако сердце, не слушая доводов умиротворенного разума, колотилось как бешеное, словно готовилось с минуты на минуту получить удар какого-нибудь ритуального кинжала, а я, его хозяйка, в свою очередь, должна готовиться принять мученическую смерть, как жертвенный агнец в глазах ополоумевших деревенский жителей, поклоняющихся каким-нибудь древним богам. Господи, какая чушь лезет в голову…

Солнце, клонящееся к западу, стыдливо прикрылось крупным облаком, окутывая окрестности серым полумраком. Низко пролетевшая ворона села на ближайшее дерево на краю перелеска, посмотрела на меня недобрым глазом и ворчливо каркнула. «Тебе здесь не место, уходи», — прочитала я в ее бессловесном послании.

— Знаю, — хмуро ответила я.

Внезапно все это начало меня доставать. Что я тут делаю? Поле на краю деревни, где живет человек, нашедший Алкину (читай: Изольдину) сумочку. И я жду, когда отец пропавшей, даже не заглянув внутрь сумки, найдет место, откуда можно вызвать полицию. Но что если я ошибаюсь? В смысле сумка-то выглядит точь-в-точь как Изина, но что если это просто сумка из той же партии, но чужая? Почему же он не заглянул в нее?

Отпечатки… Да, знаю. Федор умнее, опытнее, он знает, как нужно поступать в таких ситуациях. Но я бы заглянула…

Сумочка манила, она лежала в пакете возле моих ног. Что, если разгадка исчезновения Аллы и смерти Изольды в ней? Конкретно внутри нее, лежит, прямо сейчас, ждет… Что делать? Глупо было считать, конечно, что сумка не их, ведь открытка-то, найденная мною в кустах по пути к деревне, явно принадлежит девчонкам, одной из них…

Что же все-таки произошло? Она бежала от кого-то? Выбросила сумку, открытую; возможно, из нее поэтому и вывалилась открытка. Затем Рауль пошел домой, нашел ее, на открытку, конечно, не обратил внимания, лежит по соседству какая-то картонка с цветочками, и пусть себе лежит. Вполне вероятно, что какая-нибудь любопытная ворона, любящая все яркое, схватила открытку в клюв и немного с ней успела пролететь, пока она не выпала. Или, что еще проще: Рауль, напутав, назвал другое место, ведь до открытки мы все-таки шли минут пять… Но как сумочка оказалась здесь, на этом поле? Почему жена ушла, не предупредив его, и почему соседка бежала к Раулю сломя голову? Уж не с плохой ли новостью? Может, к похищенным стоит добавить жену Рауля? И пропала она примерно там же, где и Алла… Но получается, что все дело именно в сумочке. Что же в ней такого? Это ведь изначально сумка Изольды. Вдруг ее смерть тоже связана с этим модным аксессуаром? Вдруг их всех убили и похитили из-за коричневой сумочки, что лежит сейчас у меня в ногах?

Вот такие мысли бродили в моем сознании, когда я решительно потянулась к пакету. Осторожно двумя пальцами вытащила сумку из полиэтилена за цепочку-ремешок и только собиралась открыть молнию, застегнутую наполовину, как снова услышала шелест — еще громче, чем до этого. Я повернула голову и увидела, что некто в красной куртке стоит между деревьев и смотрит на меня. Я вздрогнула и выронила сумку. Я вдруг вспомнила странноватого старичка из Царицына. Вдруг это он? Но что он здесь делает? Почему стоит и смотрит на меня? Он был достаточно близко, чтобы можно было не сомневаться: он меня заметил, ведь я разгуливаю посреди открытого поля, хоть и заросшего травой почти по пояс, и по росту и фигуре это, скорее всего, мужчина; однако он при этом стоял в тени деревьев, среди богатых листьями веток, и невозможно было разглядеть его лицо, а также что-либо еще, кроме этой пресловутой красной куртки. Может статься, что это была даже толстовка или какой-нибудь свитер, так как молнию и фактуру ткани разглядеть отсюда было нереально.

Я начала думать, как мне среагировать, если человек вдруг бросится на меня (бежать в сторону деревни к