Невеста по ошибке. Забудь о разводе! - Рина Фиори

исчезает, когда муж уходит наверх, демонстративно меня проигнорировав.

Обидевшись, плюхаюсь на диван рядом с медведем и машинально прижимаю игрушку к себе.

Мми, какой мягкий, милый, не то, что этот мужлан, которого я вынуждена называть своим мужем.

Ещё и командует направо и налево, приказы мне раздаёт. Обзывается опять же, да это не мужчина – это один сплошной минус.

И ничего я не худая, вполне нормальная, зато не говорю гадостей всем, кому не лень. Вполне себе положительная черта характера, разве нет?

«А ведь противоположности притягиваются!» – неожиданно в голове всплывает известная фраза.

Этого только не хватало!

Да и не нравится мне Мирон Сергеевич, как мужчина.

Нет в нём ничего, что могло бы меня привлечь.

Ну, разве что только высокий рост: он когда смотрит на меня сверху вниз, я чувствую, что у меня начинают дрожать коленки.

А ещё у Мирона такие синие глаза…

Я знаю, что у меня цвет глаз необычный – зелёный, но к себе я привыкла, а вот синева взгляда моего мужа удивляет и восхищает одновременно.

– Ты ещё здесь? – голос Красногорского выдёргивает меня из глупых, совершенно ненужных размышлений.

Ой-ой, о чём я думаю вообще?

– А ну-ка марш завтракать! – звучит совсем близко.

Я поворачиваю голову и понимаю, что лицо Мирона находится буквально в нескольких сантиметрах от моего лица. Мужчина упёрся руками в спинку дивана, на котором я сижу, и имеет наглость бессовестно меня рассматривать в непозволительной близости.

Я даже чувствую тепло его дыхания на своей коже и неожиданно подаюсь вперёд. Практически незаметно, буквально на сантиметр приближаю своё лицо, чтобы…

Чтобы что?

Перед глазами яркой вспышкой проносится наш поцелуй в ЗАГСе, и этого оказывается достаточным для того, чтобы мне мгновенно прийти в себя.

Мамочки! Что я творю?

Вскакиваю с места и резвой козочкой убегаю на кухню.

Глава 15

– Я готова, – произношу уверенно и устанавливаю свой чемодан в вертикальное положение.

Оглядываюсь по сторонам, но в огромной гостиной Мирона не видно.

Ладно, подожду, может, мужчина никак не выберет, какую рубашку надеть или, например, брюки.

То, что женщины любят много крутиться перед зеркалом и примерять наряды – стереотип, выдуманный мужчинами. Теми, которые сами часы напролёт посвящают себе любимым и собственной внешности.

Насчёт Красногорского не скажу, пока не поняла, но ведь вполне может быть, что он как раз из таких нарциссов, которых мёдом не корми, дай только волосы уложить.

– Замечательно, – раздаётся за моей спиной, и я едва не подпрыгиваю на месте.

Что за привычка подкрадываться?

– А то я тебя уже заждался, – ехидно ухмыляется муж.

Вот же…

Окидываю мужчину взглядом и мысленно отмечаю про себя, что выглядит он, как всегда шикарно. При этом не похоже, чтобы Мирон часы напролёт проводил перед зеркалом, добиваясь в итоге замечательного результата.

Простой, но весьма симпатичный джемпер, джинсы, никаких укладок, зато щетина, как и всегда, одной длины.

По началу, мне образ мужа казался немного неопрятным, а сейчас я каждый раз с любопытством смотрю на небритость его мужественного лица, и понимаю, что Мирону безумно идёт.

– А я не понял, ты сама чемодан спустила? Со второго этажа? – Красногорский мгновенно меняется в лице, надвигаясь на меня тёмной тучей.

Останавливается буквально в полуметре от меня.

– Сама, а что? – искренне не понимаю, почему мужчина злится.

Да, было нелегко, но я справилась. Что такого?

– Ты в своём уме, Лиль? Не глупая вроде, а такие фертели выкидываешь! – продолжает отчитывать меня, как школьницу. – В общем, чтобы я больше такого не видел, – едва не грозит мне пальцем, подхватывает наши чемоданы, сразу оба, одним махом, и идёт к выходу.

Я пожимаю плечами и иду вслед за мужчиной в прихожую.

Давно пора привыкнуть, что муж вечно чем-то недоволен, а я каждый раз удивляюсь и ищу причины такого поведения. Но уверена – их нет, просто нравится Красногорскому цепляться без повода, вот и всё.

Загрузив чемоданы в багажник машины, мы выдвигаемся в путь.

До весны осталось совсем немного, буквально неделька, но солнышко уже греет как-то по-весеннему, особенно.

Пока едем, у Мирона то и дело звонит телефон. Его беспокоят из банка, ведь сегодня пятница, рабочий день, но мы уехали, потому что запланировали эту поездку заранее.

Прошедшие дни я провела возле кабинета босса. Аня в самом деле взяла больничный, и на её место Мирон выбрал меня. Правда, к великому моему удивлению, загружал в основном рабочими моментами, не дёргал без повода, и в целом, всё было нормально.

Одно только насторожило меня: постоянное ощущение присутствия чужих глаз в приёмной. Возможно, у босса там установлена камера видеонаблюдения, я не знаю, но даже если так, зачем ему смотреть на меня в монитор, не отрываясь?

Вот и я думаю, что незачем, а потому глупые, навязчивые мысли от себя прогоняю.

– Ещё долго ехать? – спрашиваю, чтобы разбавить сгустившуюся тишину.

Мы останавливаемся возле железнодорожного переезда и ждём, когда проедет электричка.

– Нет, мы совсем близко, – отвечает мужчина и неожиданно накрывает мою коленку своей ладонью.

– Вы что? – резко дёргаюсь, скидывая с себя лапу мужчины.

– Лиля, – предупреждающе хмурится Красногорский, – хватит каждый раз реагировать на мои прикосновения так, будто я домогаюсь тебя.

«А разве нет?» – хочется спросить мне, но я держу язык за зубами.

– Буквально через двадцать минут мы приедем в дом моего деда, где помимо старика будет ещё как минимум шесть пар любопытных глаз. И поверь, если ты будешь так себя вести, кто-нибудь точно догадается о том, что наши отношения – фикция.

– И что теперь делать? – развернувшись вполоборота, с вызовом смотрю на мужчину.

На самом деле, я не жду ответа на свой вопрос, он больше риторический. Но мне интересно узнать, как видит всё это Красногорский.

Хотя нет, не интересно, пусть не рассказывает.

Мы проезжаем переезд, и Мирон, вместо того, чтобы двигаться дальше, неожиданно паркует машину на обочине.

– Возможно, стоит потренироваться, – отстегнув ремень безопасности, Красногорский подаётся вперёд и застывает буквально в нескольких сантиметрах от моего лица.

– В смысле? – дёргаюсь назад, больно ударяясь затылком о стойку. – Ммм, – морщусь, касаясь пальцами ушибленного места.

– Неужели я настолько противен тебе, что ты даже готова причинить себе вред, лишь бы со мной одним воздухом не дышать? – спрашивает совершенно серьёзно и переводит взгляд на мои губы, которые я машинально облизываю.

Что так делать не стоило, понимаю не сразу, позже, когда в следующую секунду Мирон рывком впечатывает меня в сиденье, нависая мрачной тучей.

– Нет, всё не так, – отвечаю полушёпотом, причём сама не