Измена или холодный расчет - Настя Ильина

своего возможного

отца со стороны, послушаю их разговоры краем ушка. мне нужно понимать, что это за

человек такой, и как действовать правильно. Ты сам его практически не знаешь и не

сможешь сказать мне что-то новое о нём.

Мужчина театрально закатывает глаза и снова посмеивается.

- Я говорю с тобой на полном серьезе, а ты смеёшься. Да что с тобой не так?

- Наверное, твоя серьёзность кажется мне забавной. Прости, Малинка. Я не хотел обидеть

тебя. Однако вынужден отказаться принимать твоё предложение. Вдруг Лаврентьев что-то заподозрит?

- Ну и хорошо. Посеем сомнение в его сердце по отношению к обожаемой дочурке.

- А если там окажется она? Ксяожи говорила, что однажды он брал Светлану на встречу

вместе с собой. Он вроде как вводит её в курс дела, поэтому я не уверен, что следует

рисковать.

Это не ключевое. Денис почему-то пытается оградить меня от всего мира, и его эта

озабоченность изрядно раздражает Замолкаю и понимаю, что моё молчание не нравится

мужчине.

- Ты хочешь поступить по-своему. Ладно. Я поговорю с Эдуардом и попрошу его провести

тебе краткий экскурс, если тебе так хочется. Но как ты будешь совмещать это со своей

второй работой? Вдруг Величаеву приспичит в это же время встретиться с партнёрами?

Или на встрече с Лаврентьевым будет кто-то из них? Не думаешь, что официантка, подрабатывающая переводчиком, покажется странным явлением?

А 0б этом я не подумала. Считая себя умной, расчётливой, я всё чаще начинаю сдавать

позиции. Наверное, Денис прав.

- Хорошо, отметаем эту идею. Уверен, что официантке можно будет доверять?

- Вообще-то, у меня появилась кое-какая идея. Вы можете сработать в паре с Людой. Если

у тебя не получится выйти, то сестра справится со всем на «ура».

И как мне в голову не пришла такая идея? Я словно теряю хватку. Полтора года жила

мыслью отомстить бывшему, а теперь начала воплощать план мести в реальность и

запинаюсь на ровном месте. Пусть в мои изначальные мысли совсем не вмешивался

неожиданно появившийся отец. Интересно, а раньше Денис догадывался о моём родстве

с Лаврентьевым? Или только когда увидел у Светы кольцо со знакомым гербом?

Спрашивать смысла нет — он мне всё равно не ответит Денис держит меня на расстоянии.

Я ведь мало что знаю о нём и его семье. У мужчины нет родителей, а что с ними

случилось — не имею понятия. Я пыталась как-то поговорить с Денисом об этом, но он

поступил, как обычно, -просто ушёл от неудобного разговора. Порой с ним очень

непросто. Может, мне стоит поговорить с Людой? Она точно о Денисе знает поболее

моего. Раньше я не интересовалась его прошлым, а сейчас хочется разгадать его.

- Сегодня я смотрела картины у тебя в коридоре. Раньше я так сильно не приглядывалась

к ним, но теперь понимаю, что все пейзажи пропитаны холодом, мрачной атмосферой и

одиночеством. Почему твой выбор пал именно на них?

- Я не увлекаюсь живописью, - отстранённым голосом отвечает Денис.

- Не увлекаешься? Тогда почему они.

- Большинство картин купил мой отец. Он находил в них успокоение. Это был чем-то

вроде хобби. Позднее я лишь докупил несколько недостающих, чтобы коллекция

выглядела полной. Вот и всё.

Делаю жадный глоток сока, потому что в горле застревает ком. Слюна во рту собирается

слишком вязкая. Я думала, что эту коллекцию собирал сам мужчина.

Раньше он отнекивался, говорил, что ему нравятся картины, потому и покупает их время

от времени. Сейчас решил открыть мне душу? Или это просто секундное помешательство?

- Ты чувствуешь себя одиноким? — задаю ещё один вопрос.

Денис смотрит на меня несколько секунд. после чего на его губах появляется тёплая

добродушная улыбка.

- С чего ты взяла, Малинка? Рядом с тобой невозможно чувствовать себя одиноким.

Его слова проникают глубоко в сердце, пробирают до глубины души и оставляют

неприятный осадок. Вроде бы Денис начинает открываться передо мной, а я не могу

избавиться от внутренних блоков, ведь всё это время считала мужчину монстром.

Ошибалась? Или всё-таки мне следует остерегаться его и дальше?

10.

Утром я просыпаюсь настолько раздражённая, что даже на саму себя злюсь.

Давненько не считала своё тело настолько немощным. На первых ступенях реабилитации

я постоянно сталкивалась с трудностями, превозмогала их через боль, делала всё, чтобы

поскорее встать на ноги, а теперь я стою на них, но всё равно слаба. Ноющая боль в

позвоночнике становится невыносимой, и я готова волком ВЫТЬ. На глаза

наворачиваются слёзы, когда встаю. Я так сильно привыкла к таблеткам, что сейчас, когда

их нет, чувствую себя никчёмной. Так получается я и не становилась сильной? Всё это

была лишь иллюзия, созданная проклятыми препаратами? Злюсь на себя, готова рвать и

метать. Взбешённая вылетаю в коридор и стучусь в комнату Дениса. Он не отвечает Уже

уехал? Вроде бы рановато. Открываю дверь и вхожу. Забрав у меня таблетки, Денис

пошёл к себе в комнату: я слышала, как открывалась дверь. Оставил их где-то здесь?

Мечусь по чужой совершенно незнакомой мне комнате и ловлю себя на мысли, что

впервые оказалась здесь. Хоть провела в доме мужчины немало времени, я не заходила в

его спальню. И вот теперь смотрю на такую простую просторную обстановку и понимаю, что она разительно отличается от того, что я себе представляла. Логово холостяка со

скверным характером виделось мне иначе. Я думала, что тут всё тёмное, на стенах

чёрные обои, где-нибудь в углу обязательно шкафчик с выпивкой. Ничего подобного.

Удивлена ли я? После того как Денис потихонечку начал открывать мне свою душу, удивить меня крайне непросто. И всё же да — я удивлена.

- Не меня ищешь? — бархатистый голос заставляет обернуться и посмотреть на его

обладателя.

- Где таблетки? — рычу я, скользя взглядом по обнажённому торсу мужчины, по которому

стекают тонкие струйки воды.

Он только что вышел из душа и толком не обтёрся полотенцем, которое сейчас

опоясывает пояс мужчины, скрывая его мужское достоинство. Вспыхиваю, понимая, что

держится полотенце еле-еле, и если оно упадёт…

Так, Алина, возьми себя в руки!

Мужика голого не видела, что ли?

Это же Денис. Просто Денис, и если даже увижу то, что сейчас скрыто, я не должна

смущаться. И всё же румянец становится ещё гуще.

- Какие таблетки, Малинка? — удивляется Денис.

- Которые ты забрал у меня. Прошу