Мой младший сосед - Ася Федотова

class="p1">— И что дальше? — спрашиваю как бы между делом.

При этом очень волнуюсь, потому что сама не знаю ответа на этот вопрос. Поймет ли?

— А что дальше? — отвечает вопросом на вопрос, загребая из упаковки очередной наггетс.

— Не прикидывайся, Кирилл. Я имела ввиду между нами. Ты скоро поступишь, может, свалишь, куда, я не знаю…

Бросает взгляд на экран, упрямо поджимает губы и откладывает еду на панель приборов.

— У меня все серьезно. Я же тебе говорил — кладет руку на мое бедро, и мурашки от затылка к пяткам волной. Его туалетная вода, совсем мужская, будоражащая мои рецепторы… И эта чертова белая футболка, которая совсем не способна скрыть рельеф тела. — Я конкретно попал. Ты у меня из головы не выходишь совсем. И никуда не свалю, буду поступать в Ломоносова. Переедешь ко мне на квартиру, если захочешь. А если не захочешь, сам перевезу, потому что мне нужно тебя постоянно.

Внутри все тает от его слов. Хоть и страшно, но я бы хотела. Только вот думаю, что ничего из этого не случится.

— Считаешь, до того времени мы еще будем… — подбираю слово. — Видеться?

Сжимает ткань платья на моем бедре.

— Мы будем встречаться. Уже встречаемся.

Как в омут с головой. Накрываю его ладонь своей. Кирилл подхватывает мое лицо под шеей и целует. Я отвечаю, я уже плавлюсь и от слов, и от переполняющих через край эмоций. Становится горячо. Поцелуй плавно перетекает из невинного и нежного в откровенный секс языками. Его рука живет своей жизнью. Поддевает легкую ткань и движется по внутренней стороне бедра. Распаляемся. Рваное дыхание на двоих. И я понимаю, что Кирилл мне нравится. Не так, как раньше — просто симпатичный мальчик. А очень, очень сильно нравится. И уже совсем не хочется его терять. Безобидная интрижка перестала быть безобидной.

Глава 19

Кирилл

Я плюхаюсь на крело и откидываю со лба взмокшие волосы. Ульяна весело визжит, подпрыгивая на месте.

— Уделала опять — вскидываю руки вверх, типа сдаюсь, и тянусь к бутылке с минералкой.

Сегодня я сдал ЕГЭ по математике, а Улька защитила курсовую. Мы на радостях завалились в боулинг и налакались каких-то ужасно сладких, разноцветных коктейлей.

Специально выданные ботинки натерли ноги, пришлось взять на размер меньше, потому что нужного не оказалось. Хотя это не причина моего очередного проигрыша, просто я реально не силен в этом метании мячей, а еще мне понравилось, как Ульяна радуется победе, и решил немного подыграть. В итоге она сделала меня в четвертый раз.

В зале долбит музыка, и все тонет в дикой пляске разноцветных огней. Чувствую, как меня развозит от усталости и смеси алкогольных напитков.

— У нас время вышло, пойдем — Улька выхватывает из моих рук бутылку с водой и осушает до дна.

Я лишь лениво киваю в ответ.

В такси моя рука покоится на ее коленке, то и дело съезжая по внутренней части бедра. Уля пыхтит, но в мою сторону не смотрит. Видимо, стесняется водителя. А мне пофиг. Я пьян, мне весело и охренительно хорошо.

— Сейчас пойдем ко мне. Познакомлю тебя со своим хомяками, Чипом и Дейлом.

— Что? — прыскает Уля. — У тебя еще и хомяки есть?

— Ага — поглаживаю ее ногу под джинсой.

— Почему Чип и Дейл? В мультике это же, вроде, бурундуки?

— Ну, а у меня хомяки — растягиваюсь в полупьяной улыбке, закусывая губу.

— А как же твой отец?

— Он укатил к маме на пару дней.

Уля вмиг становится серьезной, но не протестует.

Целоваться начинаем уже в лифте. Кое-как попадаю ключом в замочную скважину, не отрываясь от девчонки. Буквально, вваливаемся в квартиру. Щелкаю выключателем в прихожей и снова целую, стягивая ногами кроссовки.

— Пойдем — тяну ее за руку к своей комнате.

— Крутая квартира у вас — Уля бегло оглядывается по сторонам.

Открываю дверь и обхватываю ее за талию, прижимая к себе. Она обнимает меня за шею и сама тянется к губам. Вслепую двигаемся, не отлипая друг от друга, к кровати. По пути останавливаюсь. Так, ради приличия. И киваю на клетки, расположенные на стеллаже.

— Знакомься в верхней Дейл, а в нижней Чип.

Уля хихикает.

— Привет Дейл, привет Чип — машет им рукой и снова тянется ко мне.

— С ума сводишь — уже серьезным тоном шепчу в приоткрытые губы и провожу по ним языком. — Даже не представляешь, как сильно мне нравишься.

Подталкиваю ее коленом к кровати и укладываю поверх покрывала с Дартом Вейдером. А сам нависаю сверху.

— Ты мне тоже — шепчет в ответ, и у меня тормоза летят к чертям.

На Ульяне желтый топ с молнией на груди, который весь вечер мне покоя не давал, и просторные голубые джинсы. Целую в губы и провожу ладонью по шее к груди. От нее вкусно пахнет карамелью.

Нащупываю молнию и тяну вниз до упора. Распахиваю полы, добираясь до лифчика. Отрываюсь от губ. Хочу рассмотреть. У нее крышесносное тело. Просто охренеть можно.

Дышу рвано и часто.

Влюбился. Я, блядь, влюбился в первый раз по-настоящему до розовых соплей.

Ее распущенные волосы разметались по кровати. Уля следит за мной, прикусив губу. Меня уводит.

Как бы не спустить прямо так, в трусы. Это бы было позорным финалом.

Тянусь за спину и щелкаю замком у лифчика. Снимаю его вместе с топом. Грудь упругая с темными ореолами. С катушек слететь можно. Я помню ее на вкус. Снова хочется.

Наклоняюсь и обхватываю один из сосков, засасывая и втягивая внутрь, а второй зажимаю пальцами. Уля выгибается мне навстречу.

Хочу все сделать медленно, на деле же понимаю, что долго не продержусь, поэтому с прелюдией лучше не затягивать.

Спускаюсь губами к животу и расстегиваю джинсы. Снимаю их вместе с узкими трусиками и следками.

Она лежит голая. Подо мной голая. Красивая. Глаза с поволокой, частое дыхание, румяные от возбуждения щеки.

Самое прекрасное, что я видел.

Стягиваю с себя одежду до конца, запутываясь в штанах. Уля привстала на локтях и наблюдает. И от ее пошлого взгляда у меня коленки трясутся.

Она судорожно обизывает губы, когда я устраиваюсь между ее разведенных ног и целую живот, вдыхая сладкий запах. Спускаюсь ниже к лобку, а рукой провожу по клитору.

— Мокрая — шепчу в кожу. — Офигительная просто.

Ласкаю ее между складок, зажимая пальцами клитор. Уля откидывает голову назад и протяжно стонет.

— Тебе нравится? — смотрю на нее, пытаясь поймать эмоции.

— Да — отвечает охрипшим голосом.

— А так? —