Мы - последствия баланса - Ирина Игоревна Голунцова

В порыве чувств, она, похоже, ослабила защиту, и джедаи вновь напали на ее след. Кто-то из стражей открыл огонь, но хуже всего и то, что сзади к ним подлетело несколько аэрокаров, забитых охранниками. Защищаясь Силой от атак, Алена прижалась спиной к спине мужчины и активировала меч, приготовившись пробиваться с боем.

— Что же ты такого сделала? — Задумчиво уточнил Гавриэль.

— Алена! Хватит! — Раздался голос Энакина.

Выстрелы прекратились, однако от количества людей, которых подняли на уши, у девушки невольно перехватило дыхание. Десятки стражей, вооруженные винтовками и плазменными мечами, отрезали путь к храму, а на парковке уже стояло человек пять. Их зажали на мосту, как беглых крыс.

— Прошу, мы все можем решить мирным путем.

Неожиданно в груди вспыхнула столь острая и жгучая злость, которую девушка едва не выплюнула с ругательствами:

— Ты обещал! Ты обещал сохранить это в тайне! Ты предал меня, Энакин, а теперь хочешь, чтобы мы решили все мирным путем?

Ее трясло от огорчения и негодования, Алена чувствовала себя втоптанной в грязь и униженной, обманутой.

— Успокойся, — шепнул Гавриэль, — держи себя в руках.

Для нее это оказалось ударом под дых.

— Они управляют тобой!.. — В отчаянии крикнула Алена, и ее голос сорвался. — Ты что ли сам думать не мог?

Энакин хотел что-то сказать, но не стал, ему нечем оказалось крыть. Он испытывал жгучую вину, хотел извиниться, но что-то, возможно, гордость или страх, остановили его, заставили избавиться от слабины.

— Вы окружены, — констатировал Энакин, крепче сжав меч. — Сдавайтесь, или мы применим силу.

Он сдался, отдал себя в распоряжение чужих умов и законов. Алена видела в Энакине не только сильного союзника, но и потенциал, живой ум, которому стоило лишь дать простор для мысли. Только он испугался. И в итоге подставил ее.

Алена могла бы его простить, но своим поступком, несдержанным словом, он обрек ее на непредвиденное бегство. И хуже всего другое — он заставлял ее бросить Иону, не дал возможности попрощаться и пообещать, что она вернется за ней. Они не просто не поняли ее мотивов, а ложно обвинили в пристрастии к Темной стороне.

Они боялись даже мысли о Темной стороне.

О том, что лежит за пределами их умов и сил.

Нет неведения — есть знание. Но вы все невежи, а в неведении рождается страх.

— Вы даже не знаете, что такое сила.

Убивать эмоции, душить. Но сейчас? К черту.

Поддавшись волне злости, Алена не стала брать ее под контроль, а позволила влиться в поток Силы, пройти сквозь себя. Она копила энергию целый год, и мощь, которую подавляла, вырывалась с каждой секундой.

Гавриэль понял, что девушка собиралась сделать, но ничего не успел предпринять.

Выпустив волну Силы, Алена оттолкнула от себя мужчину, чтобы он не мешал ей, и выставила перед мостом щит, который теснил неприятелей назад. Стражей на парковке сдуло, кто-то из них хватался за машины, чтобы не упасть, но основной удар пришелся на храм. Девушка давила врага назад, ощущая, как давление в теле росло, и мышцы сжимались, становясь твердыми как камень.

Она уже не раз высвобождала столь мощный поток энергии, но никогда не применяла его в бою. Сила дробила каменные колонны, подпирающие основания у выхода из храма, но противник не мог отступить, он завяз в невидимых сетях, которые с трудом преодолевал даже Энакин.

Алена не спускала взгляда с парня, и чем дольше она смотрела на него, тем злее становилась. В ней горела обида, служа отличным топливом, которое медленно сжигало и ее организм. Перед глазами вспыхивали темные пятна, из носа начала течь кровь, а мышцы сковало столь сильным спазмом, от которого наверняка останутся синяки.

Но сейчас ей было все равно. Алена хотела, чтобы от нее отстали! Раз и навсегда поняли, что они допустили огромную ошибку, перейдя ей дорогу!

Для нее, ослепленной эмоциями, удар по голове стал неожиданностью. На секунду все померкло, связь с Силой оборвалась, исчезла и буря, за которой разнесся оглушительный треск камня. Колонны, измельченные в камень, рухнули в облаке пыли на лестницу, заставляя людей разбегаться с криками.

Бурое облако поглотило стражей, а также голубой свет светового меча, и помчалось девушке навстречу. Она зажмурилась, ощущая, как мелкие песчинки царапают кожу.

— Поднимайся, быстро.

Гавриэль подхватил ее под руку, заставляя встать с моста, и направился к парковке. Алена следовала за ним в полусознательном состоянии, ее подташнивало, ноги дрожали, она то и дело оглядывалась, пытаясь что-то разглядеть, почувствовать. Но ее хватило только на то, чтобы забраться в машину.

Лицо было липким и холодным от крови, уши заложило треском рушащихся колонн, а руки до сих пор дрожали. Алена смотрела на них в недоумении и никак не могла отделаться от мысли, что ее предали. А по факту предала их она.

Джедай. Нет смерти — есть Великая Сила (2)

Музыкальная тема:

Audiomachine — Toil and Trouble

Audiomachine — The Land Beyond Time

Если бы Алена знала, какая агония ее ожидает, то задумалась бы дважды, прежде чем спускать собак с цепи. Мало того, что тошнота не отпускала, малейшее движение пробуждало в мышцах огонь — неприятную боль, словно после тренировки, — складывалось ощущение, что тебя избили битой или арматурой.

Было бы прекрасно провалиться в беспамятство, но девушку не отпускало состояние бреда, она переживала моменты бегства вновь и вновь, помня в основном отчаяние и злость. Она ворочалась в кровати, плакала, кого-то звала, и пару раз свалилась на пол. Ее возвращали обратно, но из-за повышенного чувства тревоги Алене казалось, что кто-то хотел причинить ей вред. Поэтому она кричала, пыталась сопротивляться, даже пользовалась Силой, но запомнила только звук падающего барахла.

А затем падала сама и засыпала.

И так день за днем, день за днем.

Понимание происходящего пришло на двадцать третий день, хотя в сознание Алена пришла намного раньше. Именно сейчас она, наконец, добралась до сети и погрузилась в ленту свежих новостей. Война с сепаратистами, новые союзы Республики, правки в законодательстве, странные убийства на Дантуине, но ни слова о ее бегстве из ордена. Словно они с Гавриэлем стали призраками.

Где они вообще находились, Алена до сих пор не знала и не спрашивала, небольшая, но уютная комнатушка где-то на отшибе большого города. Вечно орущие соседи, конечно, раздражали, однако вид на город в предрассветные часы открывался прекрасный.

Закутавшись в тонкое одеяло, Алена заковыляла на трясущихся ногах к балкону — в полумраке то и дело спотыкалась о