Невеста по ошибке. Забудь о разводе! - Рина Фиори

Неожиданно замечаю, что одна из кабинок сотрясается, будто внутри что-то тяжёлое упало и ударилось о стену.

Наверное, кому-то стало плохо, как раз несколько минут назад я в коридоре видела беременную девушку. Вдруг это она, одна из гостей чьей-то свадьбы?

Надо бы подойти, помочь…

Делаю несколько шагов и замираю, опустив ладонь на ручку двери. Слегка дёргаю на себя, но дверь ожидаемо оказывается закрытой.

Открываю рот, чтобы спросить, всё ли в порядке, но так и застываю за секунду до того, как язык повернётся произнести хоть слово.

Дверь трясущейся кабинки резко открывается, с грохотом ударяясь о стену. Я едва успеваю отскочить в сторону, боком ударяюсь о край раковины, но вместо того, чтобы отойти, продолжаю стоять, как вкопанная.

Напротив меня с неописуемым удивлением на лице, в обнимку стоят Ирина и мой Славик.

Я громко вскрикиваю, словно увидела привидение, но тут же замолкаю, прикрыв рот ладонью.

Раскрасневшиеся, помятые, с горящими глазами. Даже мне, наивной, не имеющей опыта близости девушке понятно, чем они там занимались.

– Лиля? – Славик удивлённо вскидывает брови, будто мы давно не виделись и случайно встретились на улице. – А что ты тут делаешь? – имеет наглость задавать мне подобный вопрос.

В голосе – ни капли сожаления, зато у Ирины взгляд такой высокомерный, дерзкий. Не пойму, для неё нормально спать на собственной свадьбе с братом жениха?

Так и вышла бы замуж за Славика. Да и он тоже хорош, если хватило совести сделать гадость за спиной у брата, почему было просто не забрать у него невесту честно и открыто? Она, кажется, была бы не против.

– Тебя… искала, – зачем-то отвечаю этому предателю.

И вместо того, чтобы бежать без оглядки, стою и пялюсь на то, как Ирина поправляет ленту на платье, возвращает на место сбившееся декольте.

Красивая, как с обложки, а я, наверное, слишком простая и блеклая на фоне такой шикарной девушки с модельной внешностью.

– А что здесь происходит? – голос Мирона Сергеевича раскатом грома проносится по тесному помещению туалета.

Я резко разворачиваюсь и сталкиваюсь с тяжёлым взглядом льдисто-синих глаз, в котором отчётливо читается: пощады не будет никому.

Глава 2

– Заюшка, ты всё не так понял, – Ирина кидается на шею к жениху, сдавая себя с потрохами.

– А что я понял не так? – цедит мужчина сквозь стиснутые зубы. – Ты забыла паспорт, – мужчина протягивает мне документ.

Вероятно, он просто пошёл меня искать, но услышал крик, вошёл в туалет и наткнулся на вот это всё.

– Заюшка… – Ирина продолжает сюсюкать, тиская воротник белоснежной рубашки длинными красными ногтями.

– Ир, – он брезгливо отцепляет от себя пальцы девушки, – поверь, я здесь дольше, чем тебе кажется, поэтому не устраивай балаган и вообще уйди с глаз.

– В смысле? – девушка картинно надувает губы, а я только сейчас замечаю, что стена напротив извилистого входа в туалет сплошь покрыта зеркалами. Неудивительно, что босс мог, стоя у входа, видеть всё собственными глазами.

Мне становится дурно из-за всего происходящего, Ирина пытается что-то доказать своему жениху, Славик приближается ко мне и опускает руку на талию. Дёргаюсь, как от удара током и отстраняюсь, потому что не хочу больше ничего общего иметь ни с этим парнем, ни с его семейкой в целом.

Разведусь только с Мироном Сергеевичем и забуду семейство Красногорских, как страшный сон.

Только через суд? Да мне уже плевать, сегодня, да и в ближайшее время тоже я замуж не собираюсь.

– Лиль, не кипятись, – Славик такой спокойный, будто не его я пять минут назад застала с другой девушкой. – Поженимся позже, всё будет норм.

Парень небрежно машет рукой и, хмыкнув, пожимает плечами, как ни в чём не бывало.

– Ты мне изменил, Слав, ты в своём уме? Какое «поженимся»? – восклицаю эмоционально.

Просто поверить не могу в то, что говорит мой бывший жених.

– Ой, ну Лиль, не преувеличивай, у нас ведь с тобой ничего не было ещё, так что нет никакой измены, если рассудить…

– Ещё? – меня накрывает эмоциями, как снежной лавиной. – Ты в своём уме, Красногорский? – пихаю парня, что есть силы, когда он снова пытается распускать руки, и пулей вылетаю из туалета.

Бегу, не различая дороги, горло перехватывает спазмом, слёзы душат. За мной никто не гонится, но я не могу остановиться, всё бегу и бегу, пока, наконец, не нахожу укромный уголок, в котором смогу перевести дух.

Здесь тоже всё – одни сплошные зеркала, и мне немного дурно от собственного отражения. Глаза красные, фата съехала набок, несколько прядей выбились из причёски и теперь падают на лицо и глаза.

Я такая жалкая, такая униженная сейчас, и больше всего на свете хочу побыть в одиночестве, но даже такая мелочь превращается в несбыточную мечту, когда рядом возникает старший брат Красногорский.

– Ты почему ушла? – больно хватает меня за локоть и буравит строгим взглядом.

Резко дёргает, разворачивая лицом к себе и вынуждая посмотреть ему в глаза.

– Мне… – делаю глубокий вдох, пытаясь договорить фразу, но так сложно и больно. Почему-то вгорячах, когда увидела Славика с Ирой в туалете, я и половины того не чувствовала, что чувствую сейчас.

Сердце обливается кровью от одной только мысли о том, что я могла бы связать свою жизнь с этим поддонком. И как раньше не заметила, что Красногорский представляет из себя?

Не зря говорят: мягко стеллит – жёстко спать. Вот это точно про Славика: парень так безумно красиво ухаживал и очень быстро позвал замуж. Надо было насторожиться, задуматься. Куда это он спешит так, но я влюбилась, как школьница, и бросилась на всех парусах навстречу своему счастью.

А ведь действительно, зачем позвал замуж, если с такой лёгкостью предал?

– Мне нужно было побыть одной, – с трудом выговариваю и отвожу взгляд от босса. – Давайте подадим заявление на развод, пожалуйста, и я поеду домой, я так устала… – не понимаю, к чему вообще говорю об этом мужчине.

Очевидно же, что ему плевать на меня и на мои чувства, мы посторонние друг другу люди, хоть и со штампом в паспорте.

Удивительно, но Мирон Сергеевич ведёт себя непредсказуемо. Он мягко перехватывает меня под локоть и ведёт к стоящему возле противоположной стены дивану. Усаживает, как послушную куклу, ведь на сопротивление попросту не осталось сил. Сам опускается на корточки, опирается руками о край дивана по обе стороны от моих ног и снова пытается посмотреть в глаза.

Не нравится мне эта его странная привычка постоянно добиваться зрительного контакта,