В ожидании зимы. Черный ельник - Анна (Нюша) Порохня

— Ой, это суеверие дурацкое! Сказка, — засмеялась Марьяна. — В общем, есть такая легенда, что в нашем ельнике давным-давно, еще, когда на землю спускались древние боги, появился сам Морок. Ему так понравилось это место, что оставил он в ельнике свою рубаху. Именно в этот день Морок появляется здесь, садится на оставленную вещь и наблюдает за смертными. И все бы ничего, да только если кто-то помешает ему, он того с собой утащит через темные врата.

— Какой гадкий персонаж, — насмешливо фыркнула Зина. — Вот что смертные мужики, что мифические, все одинаковые. Лишь бы пакость какую сделать.

Мы засмеялись и пошли по ухабистой дороге, волоча по очереди мой чемодан.

2

Дом Марьяны стоял на отшибе у оврага, за которым начинался лес. Рядом было только жилище тети Шуры и старая библиотека. Меня всегда мучил вопрос, кто придумал устроить «избу-читальню» на краю деревни, но Марьяша тоже этого не знала.

— Сюда вообще ходит кто-то? — Зина будто прочла мои мысли. — Сколько приезжаю к тебе, ни одного человека не видела.

— Может и ходит, — пожала плечами Марьяша. — Мне за заботами некогда наблюдать, кто сюда заглядывает.

Я посмотрела на окна библиотеки и заметила чей-то силуэт. Кто-то смотрел на нас из-за шторы.

— Кто это там? — шепнула я, кивая в сторону деревянного строения, на что подруга ответила:

— Да это Агапа Корниловна. Она за библиотекой приглядывает.

— Что-то я раньше ее не видела, — мне было не по себе. Все-таки неприятно когда за тобой подсматривают.

— Она нелюдимая очень, незаметная. — Марьяна открыла калитку. — Я сама ее очень редко вижу.

Мы вошли во двор и я улыбнулась с легкой грустью. Старые качели, усыпанные желтой листвой, стол в беседке, на котором лежали еловые шишки и орехи. Летом мы здесь провели много приятных минут.

В доме было тепло и уютно. Здесь всегда пахло какими-то вкусностями, а еще чистотой. Этот свежий запах напоминал мне аромат белья, занесенного с мороза.

— Переодевайся и пойдем завтракать, — сказала Марьяна, направляясь на кухню. — Пойду чайник поставлю.

Они с Зинкой скрылись за шторками, а я вошла в комнату, которую всегда занимала, когда гостила здесь. Она была небольшой, с квадратным окном, выходящим в сторону леса и старинным шкафом со скрипучей дверцей. Кроме шкафа здесь стоял диван, круглый стол, накрытый скатертью, несколько стульев, темный комод и огромный фикус в деревянной кадушке.

Я надела спортивный костюм, теплые носки, всунула ноги в тапочки, после чего потопала на кухню к подругам. Так хорошо мне уже давно не было.

— Садись. У нас уже все готово. — Марьяна засуетилась у стола. — Позавтракаем и пойдем в лес за клюквой. Как смотрите на такое времяпровождение?

— С удовольствием смотрим, — закивала Зинка с набитым ртом. — Чего дома сидеть?

— Я поддерживаю, — мне тоже нравилась эта идея. — Надеюсь, не в ельник?

— Нет, — засмеялась Марьяна. — Он в другой стороне.

— И что, много у вас людей пропало? — Зина хмыкнула. — Или вот прям никто в этот день ни разу в ельник не ходил?

— Не знаю как в ельнике, но вообще люди пропадали, — ответила Марьяша. — Леса здесь глухие, если с тропки свернешь, то можно ее и не найти потом. Но в основном это летом бывает и ранней осенью, когда грибов полно.

Мы позавтракали, надели старые куртки и сапоги, чтобы не вымочить ноги в траве, а еще теплые шапки. Сияющее с утра солнышко затянуло серыми плотными тучами, которые висели так низко, что казалось еще немного и они зацепятся за верхушки сосен. Поднялся промозглый ветерок и шапки отлично справлялись, защищая от него уши.

Перейдя по мостику через овраг наша троица вошла в лес.

Лес стал почти прозрачным, из-за гoлых деревьев, на которых кое-где еще слабо трепетали одинокие листочки. Тени темных стволов всегда погружали меня в состояние грусти, они напоминали о тщетности бытия. Лишь белые стволы берез и изумрудные ели разбавляли мрачность леса своими красками.

— Пойдем к озеру, — сказала Марьяша, указывая на едва заметную тропку. — Там всегда много клюквы.

Тропка вела нас все дальше и дальше и наконец я увидела застывшее под сенью деревьев лесное озеро. Здесь еще сверкал ночной иней и среди серебристого мха горели алые огоньки на еще зелененьких кустиках с упругими овальными листочками.

— А вот и наша ягодка… — тихо сказала Марьяна, словно боялась, что клюква услышит ее и покатится яркими бусинами в озеро. — Собирайте осторожно, чтобы не помять.

Мы уже собрались выйти из-за куста, за которым стояли, как вдруг где-то впереди раздался подозрительный шорох.

— Что это? — испуганно прошептала Зина. — Медведь?

— Не выдумывай! Нет здесь медведей! — шикнула на нее Марьяна, выглядывая из-за веток. — Не поняла…

— Что там? — мы тоже высунули носы, чтобы увидеть то, что видит она.

— Так это же Агапа Корниловна… — изумленно протянула подруга. — Она тут что делает? Неужели тоже за клюквой пришла?

— А куда она ее собирать будет? В подол? — усомнилась Зина. — С пустыми руками тетка пожаловала.

Я же с интересом наблюдала за странной женщиной, которая остановилась на берегу озера и потянула воздух длинным носом, словно принюхиваясь. Какая удивительная у неё внешность… необычная. Мне она кого-то напоминала, но я никак не могла понять кого.

— Давайте присядем. — Марьяна опустилась на траву. — Не хочу, чтобы она нас видела.

— Почему? — Зина удивленно взглянула на нее.

— Не знаю. Не хочу и все.

Мы спрятались за нижней, более плотной частью куста и продолжили наблюдать за Агапой, которая так и стояла на берегу, сложив худые руки в замок.

И тут над нами раздался шорох крыльев и противное карканье, от которого по моей коже пробежали мурашки страха.

Агапа Корниловна повернула голову в нашу сторону и я закусила губу, чтобы случайно не пискнуть. Не знаю почему, но эта женщина пугала меня.

Ворона снова закаркала, а потом спикировала на нас, черкнув меня крылом по голове.

— Что происходит?! — прошипела Зинка, когда птица улетела. — У вас тут какие-то птицы бешеные!

— А где Агапа? — я осмотрела берег озера быстрым взглядом, но никого не увидела. Женщина словно сквозь землю провалилась.

— Ушла наверное. — Марьяна поднялась. — Странная история…

— Может ваш библиотекарь на свиданку приходила, а мы ее спугнули? — хохотнула Зина. — Эх вы, не дали женщине с зазнобой встретиться со своей клюквой!

— Какие свиданки? — тоже засмеялась Марьяша. — Она нелюдимая. От всех шарахается, будто ее обидел кто. Ладно, пошли ягоды собирать, чего сидеть под кустами…

* * *

— И что теперь будет со всеми нами? Неужто станем прятаться под корягами, да в