Чужая раса - Андрей Воин

Хиз, ты частично прав, связь была очень нужна. Но, Второй легион подойдёт в лучшем случае через двое суток, а силы нам нужны сейчас. И то, что у Сина теперь ослабленно ментальное поле может плохо отразиться на его командных качествах, — без укоризны произнёс первый легат. — Ну да ладно. Что было, то прошло! Син, я прошу тебя, перед началом манёвров отдохни. Поручи сотникам подготовить когорту.

— Хорошо, Тизан. Я отдохну немного после совещания.

— Так, давайте ещё раз уточним диспозицию, — вымолвил первый легат. — Син, сколько у тебя легионеров?

— Двести четыре в строю и два десятка раненых средней и тяжёлой степени.

— Ясно, — вымолвил Тизан. — Хиз, у тебя?

— Двести тридцать шесть в строю и полтора десятка раненых.

— Ясно. У меня двести восемьдесят семь в строю и два десятка раненых. Итак, — продолжал Тизан, — у нас остались боеспособными две неполные когорты. Стрел и оружия предостаточно. Около пяти десятков раненых средней и тяжёлой степени, которых нужно нести, и до двух сотен легкораненых в строю.

С продовольствием проблем нет. Кругом финиковые пальмы, ананасы и прочее. Нам нужно продержаться минимум двое суток до подхода Второго легиона. Ваши предложения? — Тизан окинул взглядом второго и третьего легата.

— Как младший по званию, пожалуй, начну, — вымолвил Син. — Я вижу только два приемлемых пути из Сумеречной лощины. Один на север, через поле в лес. Там мы можем создать несколько рубежей обороны из поваленных стволов деревьев и сдерживать противника до подхода Второго легиона.

Положительные стороны: вода и еда в избытке. Мы можем долго держаться, используя естественные укрытия. Отрицательные: есть вероятность окружения противником со всеми вытекающими последствиями, — Син сделал паузу. — Второй путь через Чёрное ущелье на соединение со Вторым легионом. Этот путь предпочтительнее, так как мы идём навстречу собратьям, сокращая время нашего опасного положения.

Отрицательные стороны второго варианта в том, что противник нас так просто не пропустит, и на открытом поле перед входом в ущелье нам нужно будет выдержать бой.

Есть ещё третий путь вдоль Юзжебых болот, но там слишком узкая дорога между скалами и болотом. Легионеры не смогут должным образом держать строй.

— Что скажешь, Хиз? — первый легат взглянул на воина с оранжевым плюмажем.

— Я склоняюсь ко второму варианту. Но после того, как мы минуем ущелье, арьергарду придётся всё время сдерживать противника, и мы вынуждены будем на равнине за ущельем постоянно держать оборону и, — он вздохнул, — есть серьёзная опасность окружения.

Тизан повернул голову и негромко произнёс:

— Передать по рядам: «Сотники к первому легату!»

Потом он взглянул на офицеров:

— Верно говоришь, Хиз. Куда бы мы ни повернули, на север или на юг через ущелье, батальоны противника сделают всё возможное, чтобы нас окружить, навязать бой, и уничтожить. Они превышают нас по численности в четыре раза, к тому же у нас много раненых.

Если мы пойдём на юг, они постараются взять нас в клещи ещё перед входом в Чёрное ущелье, а дальше, если мы всё же войдём в ущелье, закроют другой выход и, выстроив там батальоны, заставят нас прорываться сквозь них на равнину.

При прорыве мы потеряем очень много бойцов, а тех, кто прорвётся, они окружат на открытой местности и, используя численное преимущество и наши ограниченные возможности манёвра из-за большого количества раненых, постепенно добьют стрелами и мелкими атаками, разрушая строй «черепахи».

Вокруг трёх легатов собралось одиннадцать сотников с длинными белыми перьями на шлемах.

— Сотники, слушайте боевой приказ, — обратился к ним первый легат. — Скрытно проверить построение когорт и перестроить по необходимости, благо это не займёт слишком много времени. Третья когорта стоит первой, направление на север. В середине когорты двенадцать крыш. Первая когорта остаётся в центре. Ей оставить только шесть крыш. Раненым придётся потесниться. Вторая когорта в арьергарде. Всё лишнее оружие и запасы стрел в первую когорту. Вопросы? — Тизан обвёл взглядом сотников. — Вопросов нет. Выполнять! Итак, — он повернулся ко второму и третьему легату, — вот, что я придумал…

* * *

Через полчаса «черепаха» начала движение в северном направлении. За время вынужденного бездействия она подровняла свои шеренги и теперь представляла собой вытянутый с севера на юг прямоугольник. Но ползла она слишком медленно, шаг за шагом преодолевая низкорослые кусты, в изобилии рассыпанные на её пути к выходу из лощины, где за небольшим полем виднелось начало обширного вечнозелёного леса.

Птицы, стайками летающие над лесистыми склонами лощины, с удивлением наблюдали, как отряды атлантов с луками, круглыми щитами и короткими мечами, неспешно лавируя между деревьями и высокими кустами, также начали продвигаться по обоим склонам лощины в северном направлении.

Другие отряды воинов с круглыми щитами и копьями, которые до сих пор расслабленно сидели в густых рощах на северной оконечности западной группы холмов и противоположном склоне высоких гор, начали строиться в шеренги.

Ещё один отряд воинов, численностью до четырёхсот атлантов, который прятался в подлеске южной оконечности холмов и блокировал путь «черепахи» на юг, в сторону Чёрного ущелья, построился и начал выходить на открытое поле между южным концом западных холмов и Юзжебыми болотами, расположенными к западу от него.

«Черепаха» медленно, но неуклонно ползла в северном направлении. Видя такую неторопливость, противник решил, что «черепаха» перегружена ранеными и тоже не спешил.

Но вдруг «черепаха» разделилась на две неравные части. Меньшая часть ускоренным темпом пошла на север. Противник оживился, послышались выкрики командиров батальонов.

Щебетание птиц смолкло. Теперь в напряжённой тишине был слышен только лязг оружия и топот марширующих батальонов. Лучники к этому времени уже спустились с гор и холмов, и приблизились к шеренгам воинов с круглыми щитами, образуя вспомогательные отряды по бокам выстроенных в прямоугольники батальонов.

Меньшая часть «черепахи», выглядевшая с высоты птичьего полёта почти как идеальный квадрат и состоявшая приблизительно из трёхсот воинов, по крайней мере, так казалось сверху, подошла к ручью, сходу форсировала его и устремилась дальше на север. Расстояние между двумя частями, или лучше сказать между двумя «черепахами», неуклонно увеличивалось. Создавалось впечатление, что вторая «черепаха» с ранеными внутри необратимо запаздывает, и что ей уже никогда не догнать счастливую товарку, ушедшую далеко вперёд.

Видя такую оплошность, батальоны противника ринулись на добычу. Первый батальон слева, от северной оконечности холмов, и второй батальон справа, от скалистой гряды, скорым маршем направились наперерез первой «черепахе», стремясь