Почувствуй - Маша Драч

у меня лежит парочка новых купальников. Я довольно живо представляю себе этот вечер. Музыка, теплая вода в бассейне, легкие закуски. Мы со Смолиным. Такая обстановка определенно должна помочь расслабиться. А потом… Потом можно переместиться в джакузи и… Заняться сексом под открытым небом.

От этих мыслей у меня бегут приятные мурашки по коже, которые разлетаются на ошметки, когда я читаю ответ:

«Нет, Левин зовет в сигарный клуб. Обсудим там детали стартапа»

Возможно, если бы Мира с Раевским тоже поехали на форум, я бы не чувствовала себя так… ущербно. Провела бы время с подругой и ничуть не обиделась на Смолина. Но Маришка приболела, и Раевские решили остаться дома.

Компания Насти меня, мягко говоря, не прельщает.

Получается, я снова одна?

Мне обидно и в то же время я злюсь. На себя — потому что как последняя идиотка поверила, будто эта поездка и в самом деле чем-то поможет. На Смолина — потому что он снова выбирает не меня.

Ставлю палец вверх его сообщению и ничего больше не пишу.

Всё понятно.

— Ваша минералка, — слышу вежливый голос бармена.

Забираю бокал, разворачиваюсь и буквально налетаю на человека, стоящего позади меня. Я его и не заметила. Слишком глубоко ушла в себя.

— Поаккуратней нужно быть, — ворчу вместо того, чтобы элементарно извиниться.

Не могу. Нужно же куда-то выплескивать свой негатив.

— Может, я хотел освежиться?

Вижу, как мужская рука дергает за край белой футболки-поло. Половина моей минералки разлилась как раз на нее.

Поднимаю взгляд и встречаюсь глазами с Наилем. Они у него словно улыбаются.

Я бы на его месте уже разнос устроила и нахамила в ответ, а он… даже и не планирует этим заниматься.

— Ты преследуешь меня?

— Нет. Я приехал на форум, — разводит руками и прислоняется бедром к барной стойке.

Макс говорил, что такие люди как Наиль вряд ли посещают подобные мероприятия.

Смолин, ты ошибся. Или снова напиз… наврал мне?

— Понятно. Извини, я не хотела, — киваю на свой бокал.

— Что опять с глазами? — Наиль за секунду становится крайне серьезным.

— У нас уже возникла какая-то ненормальная традиция. Ты появляешься ровно в тот момент, когда, — осекаюсь и делаю глоток, чтобы смочить горло. — Всё будто летит к чертовой матери, — иронично усмехаюсь. — Ты точно за мной не следишь?

— У меня другая отрасль бизнеса, — один уголок рта приподнимается, чуть смягчает черты мужского лица.

— Точно, — допиваю свои минералку и оставляю бокал бармену.

— Иванна, так что с глазами?

— Тебя так просто не сбить с толку, да? Кстати, можно просто Ива.

— Ива, что с твоими глазами?

— Тебе бы стоило уже догадаться, что на такие вопросы я не даю ответы посторонним.

Наиль обходит меня. На секунду думаю, что он просто хочет уйти. Но нет. Заказывает у бармена две бутылки холодного элитного пива. Расплачивается и одну из них вручает мне.

Запотевшее стекло приятно холодит кожу ладони.

— У меня уже голова трещит от всего этого пафоса и официоза. До моря за эти три дня так еще и не дошел, представляешь?

— Да я в общем-то тоже не дошла. А с пафосом перегибаешь, не так уж его и много.

— Для меня — слишком. Прогуляемся по берегу?

Я взвешиваю в своей руке бутылку. Сомневаюсь всего лишь несколько секунд, а затем всё-таки рискую согласиться. Пошло всё к черту.

— Не смешиваете рабочее и личное, Иванна Михайловна, да? — подтрунивает.

Вот же засранец.

— Делаю вам одолжение, господин Рунаев, — не остаюсь в долгу.

Мы неспешно идем вдоль берега. Мою и свою обувь Наиль несет в одной руке, в другой — бутылку пива.

Я глубоко вдыхаю соленый воздух и стараюсь отвлечься от гнетущих мыслей созерцанием морского пейзажа.

— Чем откроем? — спрашиваю у Наиля и перекатываю в руке бутылку.

— Один момент.

Наиль кладет нашу обувь на песок. Я слежу за каждым его движением и округляю глаза, когда он зубами открывает сначала мою бутылку, затем свою.

— Ты… Ты что, блин, делаешь?

— Да ладно тебе. Всё ок. Смотри, — Наиль демонстрирует мне свою широкую безукоризненную улыбку. — Этому приему я еще в детстве научился во дворе.

— Это опасный прием, — ворчу и забираю бутылку.

— Тебе сложно расслабиться. Зачем кусаешься?

— Я просто говорю правду.

— Тогда выпьем за правду?

Мы чокаемся горлышками наших бутылок и отпиваем. Не помню, когда я в последний раз пила пиво: хоть элитное, хоть обычное. Его колючки кажутся мне острее, чем в шампанском, но мягкий хлебный привкус приятно контрастирует с ними.

— Почему ты здесь? — спрашиваю после недолгой паузы, когда мы возобновляем нашу прогулку.

— А где я должен быть?

— На встречах. Налаживать контакты. Не знаю. Заключать сделки.

— Я полностью укомплектован работой. А сюда приехал просто посмотреть на людей, себя, конечно же, показать.

Смолин тоже укомплектован работой, однако… Он всё еще не рядом, а в каком-то гребанном сигарном клубе.

Меня так и подмывает спросить о том, приехал ли Рунаев сюда один или же со своей подружкой. Изо всех сил заталкиваю этот вопрос поглубже в глотку. Иначе подумает еще, что мне не всё равно, с кем он проводит свое свободное время.

— Вкусно? — Наиль указывает взглядом на мою бутылку.

— Да. Я не помню, когда пила пиво в последний раз. Но оно определённо лучше того пойла, что я пробовала в студенчестве.

— А что пробовала в студенчестве?

— Всякое. Вкус был разный, а голова болела одинаково. До сих пор стыдно вспоминать, когда я пару раз выходила на работу с похмельем. А всё потому, что кто-то из однокурсников подливал мне водку в сок, — невольно улыбаюсь, вспоминая прошлое.

— Мы над девочками так же шутили. Но без криминала. Потом, правда, от них по голове получали.

— Я по голове никого не била. Не было времени из-за учебы и работы.

— Кем работала?

— Официанткой в ресторане. Банально, знаю, — делаю еще глоток.

— Ну и что? Я в маке подрабатывал, потому что девушки любят, когда за ними красиво ухаживают. А на красиво нужны деньги.

— Главное, чтобы «красиво» не оказалось по итогу пустышкой, — философски замечаю и скребу ногтем стекло бутылки.

— Из-за этого ты такая? Из-за пустышки?