Желанная для серого волка - Александра Салиева

помочь. Но… ничего! Здесь не было абсолютно ничего!

— Плохо спряталась, принцесса.

Кто ж спорит.

Но это не значит, что я сдамся.

На всё тех же цыпочках прокралась к балконной двери, открывая её. Совсем чуть-чуть. После чего закрыла её как можно тише, чтобы не было понятно, что это сделано нарочно. А сама я юркнула за занавески рядом, благо те были достаточно плотные и до самого пола, отлично скрыв мою тощую фигурку.

— Или не очень старалась? — послышалось уже внутри помещения.

Как он так беззвучно умудрился открыть дверь и войти?

— Хотела, чтобы я поскорее тебя нашёл… — раздалось совсем рядом.

Конечно, хотела. Зачем иначе я начинала эту игру? Чтобы нашёл. Хотя не думала, что так легко и скоро он это сделает. Но дыхание всё равно затаила, когда он приблизился.

Мужская рука потянулась к балконной ручке, открыла дверь, а затем Роман переступил порог. И не знаю зачем, но я его там закрыла. Сразу же, пока не опомнился. Широко улыбнулась, когда он обернулся и увидел меня, махнула рукой и побежала прятаться дальше.

Эйфория опутала сознание, сердце колотилось как бешеное, а на губах блуждала счастливая улыбка, пока я неслась по коридору в поисках нового убежища. И раз уж он идёт по запаху, то на бегу трогала пальцами каждую ручку и стены. А забежала я в итоге обратно в наш с ним номер. Как забежала, так и оказалась в плену стальной мужской хватки. Как схватил, так и прижал к стене рядом.

— Поймал. Теперь придётся расплатиться… — вкрадчиво проговорил Роман, нависнув сверху, а продолжил совсем тихо: — Что ты знаешь о наказаниях, принцесса?

Прижал собой, гипнотизируя пылающим медью взором улыбающуюся меня. Его ладонь властно легла мне на горло, слегка сдавливая. Но в этот раз я не испугалась.

— Что они бывают очень даже приятными, как оказалось, — прошептала на выдохе всё с той же улыбкой, подаваясь вперёд к нему всем телом.

Мужчина слегка ослабил хватку, склонившись ближе, так, что смогла уловить его дыхание. Пальцы снова надавили, медленно соскальзывая вниз, обрисовывая линию декольте, разжигая во мне новое пламя желания.

— Хорошая девочка, — похвалил он в явном обещании, продолжая испытывать на прочность мою выдержку.

Пальцы вновь и вновь медленно скользили по груди, и… всё. Он больше ничего не делал! Ничего! Когда мне хотелось так много. И поскорее. Но он медлил. И это промедление стало подобно настоящей пытке. Даже когда он подцепил застёжку лифа, раскрывая его, ничего не изменилось. Также неспешно он продолжил выводить спирали поочерёдно вокруг каждого соска. А они такие чертовски чувствительные, что меня вынесло из реальности с одного касания. Отразилось такой яркой вспышкой между ног, что я невольно сжала бёдра крепче и ухватилась за мужские плечи для опоры, так колени резко подкосило.

— Хватит, — попросила в настоящей мольбе.

Ещё бы меня кто послушал.

— Ну, так останови меня, сокровище, — продолжил он на своей волне.

И я хотела. Честно. Чтобы продолжал. Несмотря на то, что неспешность касаний сводила с ума. Доводила меня до приступа эмоциональной несдержанности. Хотелось побить Романа и вместе с тем притянуть к себе ближе, впиться в губы со всей разбуженной им во мне ненасытностью. Возможно, укусить до крови. Чтобы понял, как мне сейчас… хорошо. Чертовски хорошо. Несмотря на то, что плохо. И этот раздрай приговорил мою выдержку крепко спать.

Руки с мужских плеч соскользнули на грудь, оставив на ней росчерк из десяти красных полос до самого низа живота. И тут же оказались в плену хватки рук Романа. Завёл их мне за спину, удобнее перехватив за запястья, крепко сжав одной ладонью. Второй продолжил опять истязать меня своей художественной медлительностью.

Мужские пальцы обхватили груди, смяли и отпустили. Сперва одну. Затем вторую. Переместились ниже, принявшись снова выводить невидимые рисунки теперь на моём животе. Над пупком, сбоку, под ним… И я, затаив дыхание, ждала, когда же касания спустятся ещё ниже.

Клянусь, мне хватит всего одного, чтобы кончить!

Мужская рука уместилась между моих ног, ласково погладила, а затем пальцы медленно погрузились, растягивая изнутри.

Да…

Наконец-то!

Вся моя суть сконцентрировалась на его действиях и том, как же хорошо они ощущались. Я…

Не кончила.

Роман не позволил.

Отстранился!

— Ну как? Понравилось наказание? — поинтересовался, глядя на меня с усмешкой. — Насколько оно приятное?

Что?!

— Опять? — вырвалось из меня против воли.

Сказала и озадаченно зависла, переваривая, когда же у нас такое было.

Не важно!

Потом подумаю.

Важно, что он распалил и бросил меня!

И всё из-за того, что я его заперла?

Ну не сволочь ли?

Ладно, сам напросился.

Подалась вперёд и прижалась губами к его губам. Прикусила нижнюю и тут же отстранилась, когда он ответил на поцелуй. Проложила дорожку из новых вдоль скулы к шее, задержавшись на стыке надплечья. Вспомнила, как на меня действует его ласка на этом участке тела, и принялась воспроизводить его действия. Провела кончиком языком по мягкой коже, чуть прикусила, отпустила и повторила всё заново.

На мои действия мужчина рвано выдохнул и весь будто в камень превратился, столько напряжения его пронизывало.

Но не мешал…

Я же продолжила. Снова и снова облизывала, втягивала нежную кожу, прикусывала. Наслаждалась откликом Романа. Увлеклась настолько, что подзабыла о первопричине своих действий и не заметила, как желание отомстить сменилось потребностью обозначить всем его принадлежность. Чтобы видели и знали, что он мой и ничей больше.

Кажется, я даже вслух произнесла это несколько раз. Плевать. На всё. Кроме Романа. Который, подхватив меня под ягодицы, вынудил обнять его обеими ногами и вошёл одним резким толчком. И этого хватило, чтобы мой разум накрыло пеленой беспощадной эйфории. Настолько острой, что зубы сами по себе сомкнулись на мужской шее, прокусив её до крови. Восхитительно сладкой и уносящей моё сознание в совершенно иной мир, где мы вот также вместе с ним, и нет никого, кроме…

Глава 8

Роман

Шум воды в душевой длился минут семь, а я всё никак не мог сосредоточиться на чём-либо ещё. Слишком ярко в голове мелькали картинки, в которых моя пара — обнажённая, с прикрытыми глазами, а капельки воды стекают по бархатной коже, маня повторить путь каждой их них… Кто бы знал, сколько усилий стоило не воплотить эти образы в реальность. Потому и отпустил Аврору туда одну, не пошёл следом. И так давно стемнело, а мы из номера так и не выбрались до сих пор.

Сигналу входящего почти обрадовался!

Хоть что-то существенное, что