Жена для Тирана - 2 - Наталья Мельниченко
— Не знаю, я сама ничего не знаю.
В следующее мгновение мой взгляд падает на фигуру в дверном проёме. Замираю от ужаса.
— Мирослава Леонидовна, хотите одобрить меню на ужин? — говорит домработница.
Я вглядываюсь в ее лицо, но оно сохраняет вежливое безмятежное выражение.
Как долго она там стоит? Много ли успела услышать!? Сердце пропускает несколько ударов.
Боже, с такими стрессами я поседею раньше времени.
— Я вам доверяю, — мягко отвечаю я и улыбаюсь.
— Как скажете, — кивает она и уходит.
— Ох, я не слышала, как она подошла! Много она слышала?
— Я не знаю, — выдыхаю я.
Глава 25
Мы с Полиной решаем уйти наверх, в нашу с Владом спальню, подальше от досужих глаз и продолжить разговор там.
Захлопываю дверь и выдыхаю. Здесь нас не подслушают, но кто знает, как много успела услышать домработница.
— Какая же все таки шикарная спальня! Я не устану повторять…
Полина восхищенно рассматривает всё вокруг, прямо как я в свой первый день здесь.
— О, Боже, как мне нравится твоя гардеробная! — слышу её голос из смежной комнаты. — И ванна!
Я опускаюсь на кровать и жду, когда сестра удовлетворит любопытство. Она ведёт себя так, словно ещё минуту назад не была участником шокирующего известия! Я не знаю от кого у меня ребёнок и кто его отец, а она рассматривает интерьер вместо того, чтобы помочь мне найти решение! Тут, так-то проблема посерьёзнее.
Наконец Поля забирается ко мне на кровать.
— Классно же! Мне нравится!
— Ага, — бурчу я без энтузиазма.
— Ой, ты ещё расстраиваешься из-за домработницы? Забей. Думаешь, она что-то слышала?
— Могла и расскажет Владу… Непременно расскажет, если слышала. Она тётка неплохая, но любой захочет выслужиться перед хозяином. А Вероника у него давно работает. Вряд ли она захочет прикрыть меня и сохранит тайну.
— Но ребёнок может оказаться и Влада, тогда нет проблем, — щёлкает пальцами Полина.
— Может, а может и нет. Пятьдесят на пятьдесят! Ты так легко об этом говоришь! Я попала в ужасную ситуацию! — едва не плачу я.
— Ой, ну, не нагнетай. Ты сама это всё затеяла, но я тебя не осуждаю, нет, просто теперь нужно немного рассудительности. Думаешь, даже если она и расскажет, Влад поверит ей? Непонятной тётке, которая решила оклеветать его любимую жену? — брови сестры взлетают вверх в немом вопросе.
— Конечно поверит! — с жаром отвечаю я.
— А вот и нет. Если ты сделаешь это первая.
— В смысле? — удивляюсь я.
— Ну…, ты можешь первая сказать Владу о том, что у тебя не сложились отношения с Вероникой, она тебя недолюбливает, хамит и прочее, — Поля пожимает плечами. — Придумаешь. Просто ты стеснялась сказать с самого начала, надеялась, что ваши с ней взаимоотношения наладятся. Всё довольно просто. Она невзлюбила тебя с самого первого для и бла бла бла…
Поля откидывается на мягкие подушки, утопая а одеяле.
— Ты же не хочешь лишиться всего этого! — обводит взглядом комнату. — Кстати, кто твой ненаглядный?
— Подчиненный Влада, Макс, — вздыхаю я.
Полина резко поднимается и хмурится.
— Спятила!? — выдыхает она.
Волна беспокойства поднимается с новой силой. Полина уже не кажется такой беспечной, как несколько минут назад.
— Эм, ну, мы с ним понимаем друг друга. Он, как и я, считает Тополева настоящим тираном, — говорю я, но мои слова звучат как-то неубедительно, шатко, готовы вот — вот рассыпаться на мелкие ничтожные осколки.
Стоит ли упоминать о том, что накануне сам Тополев довольно недвусмысленно отзывался о Максе.
— Тираном? Забавно. Я вот смотрю на тебя, Мира, и поражаюсь. Ты же вроде старше меня, должна быть мудрее и всё такое, но основы измен не знаешь. Нельзя заводить роман с людьми, которые знакомы между собой! Никогда! Рано или поздно это приведёт к катастрофе.
— Я так сожалению, — шепчу я, а слезы выступают на глазах.
— Это теперь не поможет. Нужно всё исправить. Сперва разобраться с домработницей, поскольку если она начнёт болтать, то тебе конец, а затем и с любовником. И скажи Владу о ребёнке, уверена, он будет рад.
— Да уж, — бурчу я, — только этого он от меня и ждал.
— Скажу банальность, но решай проблемы по мере поступления, сперва домработница, затем твой Максим.
— Я боюсь, я уже начинаю сомневаться, что Максим действовал исключительно из интереса ко мне, что, если он начнёт шантажировать…
— Мира! По мере поступления… Помнишь?
— Ага, — киваю я, но легче не становится.
Влад возвращается уставший.
— Как провела день? — притягивая меня к себе и нежно целуя в губы, спрашивает он.
— Хорошо, — киваю я, хотя битый час закрашивала перед зеркалом зареванное лицо, ожидая возвращения мужа.
— Поужинала? Прости, не мог присоединиться, много было дел…
Влад развязывает галстук, идёт в гардеробную.
— Чем занималась? Как Полина? — слышу его голос.
— Всё отлично, — выдавливаю я.
Полина действительно отлично, она гораздо умнее меня, знает, что изменять мужу с его помощником плохо.
Влад возвращается, я терпеливо дожидаюсь его в спальне.
Вновь прижимает меня к себе, целует настойчиво.
— Чертовски устал, но ты так соблазнительно выглядишь, что я готов забыть о тяжелом дне.
Он ласкает меня, сбрасывает одежду, целует, а я думаю лишь о своей лжи, которую должна сказать.
Тополев не выглядит, как человек, который только что узнал о измене жены, значит Вероника ещё не рассказала ему, он вернулся слишком поздно. Что ж, она вполне может сделать это завтра, значит у меня впереди есть этот вечер. Моё преимущество.
Мы занимаемся любовью, а после лежим в объятиях друг друга. Рука Влада поглаживает моё бедро.
— Я хотела поговорить с тобой, — говорю я.
— Ммм? А я смотрю, ты такая загадочная весь вечер, — отвечает он.
Нельзя наговаривать на честного человека, Вероника не сделала мне ничего плохого, а я сейчас лишу её работы. Это отвратительный поступок и тем не менее… Два человека борются во мне, один честный, другой подлый.
— Мира?
— Влад, тут такое дело… Не знаю как сказать…
Интересно, он чувствует, как ускорился мой пульс, как неистово молотит сердце. Я вот — вот задохнусь от волнения.
— Влад, я беременна, — говорю я, причём совершенно не то, что должна была.
Глава 26
— И? Как всё прошло? — спрашивает Полина следующим утром.
Мы сидим в дальней части сада, среди коротко постриженных ухоженных кустов жимолости. Здесь нас никто не услышит.
Я боялась этого разговора, знала, что сестра спросит. Но я сама дала ей право на это, именно в тот самый момент, когда рассказала про свою измену.
— Влад уехал
