Измена. 100 дней новой жизни - Анастасия Леманн

он действительно очень красивый парень.

– Очень рад вас видеть! Вы очень красивая женщина! Вам говорили об этом?

Пристально смотрит на меня, а я делаю шаг, забирая цветы, как внезапно запинаюсь о кусочек оторванного линолеума и падаю прямо на него. Князев ловит меня, обнимая за талию, а в этот момент из палаты с капельницей выходит Надя… Наши взгляды встречаются. Только этого не хватало…..

– Здравствуйте!

Проходит мимо, странно взглянув на нас, а я осторожно отхожу от Князева, уже заранее знаю, какие слухи пойдут по больнице.

– Ваша сплетница медсестра! – усмехается Князев.

– Василий, спасибо вам большое за цветы, мне очень приятно, но я пошла, правда, пора работать!

Улыбнувшись, прижимаю к себе букет. Иду к двери, как резко оборачиваюсь. Князев стоит позади меня и пристально смотрит.

– А вы игру будете смотреть?

Продолжаю улыбаться, вроде с виду холодный, высокомерный парень сейчас вызывает улыбку и лишь позитивные эмоции.

– Буду, обещаю, Василий!

Захожу в ординаторскую, подхожу к столу за вазой и замираю. На столе на принтере распечатана моя фотография и большими чёрными буквами маркером написано: «Быстрее бы ты сдохла».

Цветы едва не падают из рук. Что… Что это… Что….

Глава 25

Воронов

Много лет назад

Я припарковался на стоянке у больницы и посмотрел на Аню. Синяки под глазами, бледная, сильно похудела, но для меня она была самой красивой, самой красивой и родной женщиной на свете. Я помню её со школы.

Длинная золотистая коса. Такая красивая… Самая красивая девчонка, пацаны ей все в школе вслед оборачивались, с ума сходили, но никто не подошёл кроме моего брата. Все знали, что мы вместе, что Аня – моя девочка. Только моя…

– Пойдём, детка!

– Я могу сама дойти, – улыбнулась девушка. – Ну что ты со мной, как с маленькой!

Я потянулся к ней, крепче прижимая к себе. Мне хотелось укрыть её от всего мира. Быть её защитой и опорой. Я очень её любил. Взрослый парень, майор, уже мужик, а млел от её глаз. Глаза остались по-прежнему большими и родными.

Её глаза… Глаза той Ани, моей Ани.

– Ты и есть моя маленькая, не спорь!

Мы шли в сторону больницы, обнявшись. Я словно сходил с ума, искренне раньше подсмеиваясь над такими чувствами и считая всё это бредом. Сейчас же я сам ни на минуту не мог отпустить её, держал крепко, прижимая к себе, и не мог с ней расстаться даже на час. Я очень сильно её любил. Очень.

Сдав её в руки медсестре, направился к кабинету Аркадия, попутно набирая номер Андрея. Брат так и не пришёл в себя.

Он также пил, что вызывало лишь отвращение… Андрей был не мужиком.

Аркадий ещё не приехал, а значит, нужно ехать в клуб. Я выругался сквозь зубы и пошёл к машине. Я старался ни о чём не думать, но знал, что сейчас мне вновь предстоит увидеть Лену, Ренат говорил, что сестра уже там. Её я хотел видеть меньше всего.

У входа в клуб стоял Ренат, он уже заранее ждал меня. Я почти открыл дверь машины, как мне пришла смс. Я открыл сообщение и замер.

– Я люблю тебя и скажу Андрею всё сама! Ты мне правда дорог очень!

У меня всё внутри сжалось, я любил её, очень сильно любил.

Сцепив зубы, пошёл в сторону клуба, попутно отвечая ей на смс.

– Привет, там моя сестра! Прошу, поговори с ней! Она серьёзно переживает! В конце концов, вы женаты!

– Что? Ренат, давай не будем ссориться! Мы сами с Леной разберёмся, мы взрослые люди!

– Слушай, она плачет постоянно, она моя сестра, услышь меня! Она, кстати, Андрею звонила, про вас с Аней рассказала!

У меня потемнело в глазах.

Я выругался и, не слушая его, пошёл в клуб. У меня в глазах темнело от ярости. Я понимал, что виноват, но хотел ударить её, по-настоящему ударить, только понимал, что мне нужно сдерживаться. Какого…

– Лена, что ты делаешь? Я люблю Аню!

– Да? А что ты брату тогда ничего не рассказал?

Усмехается, а я грубо держу её за локоть. Ненависть меня переполняет, адская ненависть. Телефон оживает. Дунаевский… Сколько лет, сколько зим… Зачем я понадобился этому уроду…

Воронов

Наше время

Я даже представить не мог, что смогу постепенно забывать её. Положив красные розы ей на могилу, долго смотрел на памятник, где была моя любимая женщина.

– Отпускаю, Аня! – тихо произнёс я и, подойдя к могиле брата, положил ещё одни цветы.

Я знал, что он простил меня, видел тогда его слёзы. Видел, как они умирали на моих глазах. Как умер отец. Эти два урода испортили мне жизнь. Сломали, забрав жизнь моего брата и отца.

Я помню, как умирал Андрей. Я всё это помню. Что с ним было… Что происходило с моим братом, я всё это помню. Как горела заживо Аня, как она плакала, как кричала, а я не мог ей помочь. Не мог…

Набираю номер. Антон Максимов. А вот он как раз мне и нужен. Иду в сторону машины, вспоминаю её. Её топазовые глаза и то, что нам завтра ехать.

Что завтра я поеду с ней вдвоём, и почему-то так хочется, чтобы было продолжение. История с Аней заканчивается, она давно закончилась, а я всё не мог поставить точку, только сейчас понимал, что всё. Эту девочку с топазовыми глазами я от себя не отпущу. Телефон оживает. Никита. Почему-то сердце царапает плохое предчувствие…

Владимира

– Я понятия не имею, кто это сделал, но мы будем разбираться! Ты понимаешь меня?

Руслан нервно ходил по кабинету туда-сюда, а я сжимала свою распечатанную фотографию, не понимая, что вообще происходит. Я понимала, что произошло, и от этого внутри всё сжималось. Подумать только, меня хотели убить.

Такого я точно не ожидала.

– Оксана – взрослый человек, и такого точно не будет делать!

– Что не будет? А кто тогда? Ты свою любовницу выгораживаешь! Кто бы сомневался! Внутри всё кипит! Отчаянно, до дрожи кипит!

– Я не знаю, мы разберёмся! Я никого не выгораживаю, никакую любовницу! У меня есть ты, моя жена!

– Ты ни с чем, Руслан, не разбираешься!

– А с чем я должен разбираться?

– Ни с чем! Ты никогда ни с чем не разбирался, Руслан! Только со мной!

– Я тебя очень прошу!

– Руслан, хватит! Разберись, пожалуйста, с этим, это серьёзная угроза!

Руслан подходит ближе, пытается обнять меня, но я встаю, оттолкнув его руки. Меня всю трясёт.

– Не трогай меня!

– Я имею право трогать тебя! Ты моя жена! Ты моя любимая женщина!

– Нет, не имеешь, мы с тобой разводимся! Я никакая твоя не любимая женщина! Перестань притворяться, у нас нет любви, и ты это прекрасно знаешь! Притворяться не надо!

Глаза Руслана наливаются кровью, грубо хватает меня за волосы.

– Отпусти, мне больно!

– Ты моя жена!

– Отпусти!

– Я тебе всё сказал, подашь на развод, устроишь себе проблем! Кстати, как там твоя мамуля? Не подохла ещё? Там же в больнице ей так плохо было! Помню, в последний раз, когда ты к ней поехала навестить мамулю, ты так сильно плакала! Ты рыдала! Отчаянно!

У меня темнеет в глазах. Вырываюсь.

– Не смей трогать маму! Не смей трогать мою маму, ублюдок!

Усмехается. Как погано. С этим человеком я столько лет прожила, и он посмел святое тронуть, маму, мою маму…

Мразь, как же я его ненавижу, как…

– А что, думаешь, никто не знает, что твоя мама в психушке?

Слёзы застилают глаза.

– Я тебя ненавижу! Зря я вышла за тебя замуж! Зря!

Бросаюсь к двери. Меня всю трясёт. Всю.

– Влада, ты бы не связывалась с ним! Блин, и вы столько лет вместе! Ну как так можно, зачем!

Алина берёт меня за руку, а я отпиваю чай. Всю трясёт изнутри. Состояние будто меня избили. Алина – моя давняя подруга, но я понимаю, что