Бывшие. Мне не больно - Даша Черничная

можешь ее вот так бросить?

— А ты? — «Не бросишь?» — хочется спросить мне, но я обрываю фразу на полуслове.

— А я буду рядом, — сжимает мою руку и мягко улыбается.

Таня

Возвращаемся и попадаем в эпицентр какого-то сюра. Соня убегает, я не могу отследить ее, теряю в толпе, а все потому, что какой-то мужик на сцене объявляет о том, что его дочь и Дима обручились. Прожектор наводит луч на виновников хаоса, и все видят, как брат Славы удивлен, а девушка, стоящая рядом с ним, едва не теряет сознание. После этого она приходит в себя, отталкивает Диму и быстро идет к сцене.

По пути ее по-свойски перехватывает какой-то мужчина, и они вместе выходят на сцену.

— Кто это? — спрашиваю у Славы и смотрю на него.

Господи, это выражение лица — что-то с чем-то. Волков в шоке, смотрит на происходящее квадратными глазами.

— Мой старший брат, Рома, — отвечает заторможенно. — Какого хера происходит?

Брат Славы помогает подняться на сцену девушке и забирает микрофон у мужчины.

— Дамы и господа! — произносит торжественно. — Можете поздравить нас с Делей! В ближайшее время мы планируем пожениться!

— Ни хера себе… — бормочет Слава себе под нос.

— Слав, что вообще происходит?! — толкаю его в бок.

— Если бы я только сам понимал, Морковка. Нам надо найти Диму или Соню. А с Ромой я потом поговорю. Пошли! — он тянет меня за собой.

Выбегаем, оставляя позади зал, полный аплодисментов и выкриков с поздравлениями. Вот не зря я не хотела сюда ехать.

Фигура Сони виднеется вдалеке, и мы переходим на бег, нагоняя ее на набережной, возле кромки воды.

— Сонечка! — зову отчаянно.

Господи, что она надумала с собой делать?! Догоняю ее и прижимаю к себе:

— Милая, пожалуйста, не наделай глупостей.

— Ты чего? — поднимает на меня мокрое лицо. — Думала, я топиться пойду?

— Мне так показалось.

Слава накрывает нас обеих своим большим пиджаком.

— Я подгоню сейчас машину. Тань, не уходите никуда, хорошо? — говорит мне, и я киваю.

Сидим с Соней. Я просто обнимаю ее, не зная, что тут можно сказать. Я совершенно растеряна.

Слава возвращается быстро, помогает мне усадить подругу в машину. Едем быстро и в полнейшем молчании. Так же не говоря ни слова поднимаемся в квартиру. Я, чтобы занять руки, зачем-то наливаю чай, который, естественно, никто не пьет.

— Слав, — зову его.

Волков все понимает без слов. Кивает и уходит. Не знаю, откуда, но я знаю, что он не уедет.

— Как думаешь, Слава скажет Диме, где я? — спрашивает Соня, едва за ним закрывается дверь.

— Думаю, уже сказал.

Отпиваю остывший чай.

— Что я могу сделать для тебя, Сонь?

— Я бы не отказалась отвлечься, — пожимает плечами. — Не хочешь рассказать, что было у тебя со Славой?

Замираю, начинаю нервно крутить в руках чашку.

— Когда-то давно мы тусовались со Славой.

— А под тусовались ты подразумеваешь?.. — поднимает бровь.

— Спали мы, Сонь. Просто трахались, — вздыхаю.

— Т-так, — нервно кивает.

— А после я забеременела.

Повисает тишина, я буквально вижу хаос мыслей, который душит подругу.

— У нас не было официальных отношений или чего-то вроде этого. Нам просто было хорошо вместе, — продолжаю. Когда я узнала о беременности, то пошла к Славе. Он дал мне денег на аборт.

Стараюсь говорить спокойно, но куда там.

— Тань?

— Я взяла их и сделала аборт.

Соня зажимает рот рукой, чтобы не закричать. Слезы хлещут из ее глаз, она срывается с места и подбегает ко мне, обнимает.

— Все в порядке. Уже все в порядке, — повторяю.

— Почему ты не сказала ничего мне?

— На тот момент ты уже жила в Германии. У тебя была своя беда, я не хотела нагружать тебя моими проблемами.

— Прости, — шепчет сквозь слезы. — Господи, как мне жаль… Прости, что меня не было рядом с тобой. Даже представить не могу, через что тебе пришлось пройти в одиночку… Это ужасно, Тань.

Стираю слезы с ее щек, уговаривая успокоиться.

— Это жизнь. — Я должна гордиться собой — даже выдаю нечто похожее не улыбку.

После разговора по душам отправляю подругу в ванную, переодеваюсь в домашнее и пишу Славе, спрашиваю, приехал ли Дима. Тот ожидаемо отвечает, что брат сидит у дома. Прошу Диму подняться, а сама ухожу из квартиры.

Слава присел на капот своей машины и курит. Подхожу ближе и пытаюсь отобрать сигарету, но он отводит ее назад.

— Дай.

— Может, не надо, рыжая?

— Надо, Слава. Надо.

Сдается, протягивает сигарету, и я затягиваюсь. Сажусь рядом и смотрю на окна своей квартиры.

— Что это было вообще такое? — спрашиваю.

— Не наше дело, — отвечает философски. — Замерзла?

Отрицательно качаю головой. Не чувствую я ничего. Но Слава все равно достает из салона авто пиджак, накидывает его на меня, притягивает к себе. Не хочу больше сражений. Просто расслабляюсь и кладу голову на плечо парня.

Глава 15. Не друзья и не враги

Таня

— Давай, рыжая, открывай свой красивый ротик и говори «а-ам».

Смеюсь и делаю что велит Слава. Парень кладет мне в рот спелую ягоду клубники, и я с блаженством прикрываю глаза, раскусывая ее. Мы не можем расстаться с ним уже две недели. Мама явно заподозрила что-то неладное. Еще бы! Но я держу оборону как могу.

Да и что сказать маме? Кто для меня Слава? Парень? Любовник? Друг? Я сама не знаю ответа.

— Говорят, клубника с шампанским это очень вкусно, — улыбаюсь, облизывая губы.

Слава завороженно следит за мной, шумно сглатывает.

— Детка, давай без бухла? Че-то так неохота.

— Конечно, — быстро моргаю.

Слава оказался не таким, как я себе представляла. Раньше я думала, что он тусовщик, который не пропускает ни одной пьянки. Но вот уже две недели как он не выпил ни грамма, и я делаю вывод, что мое мнение о парне — ошибка.

— У меня есть идея получше, — играет бровями и уходит.

Возвращается из кухни, неся в руках баллончик со взбитыми сливками.

— Какая пошлость! — ахаю, хотя чувствую, как начинаю заводиться.

Слава тянет меня за щиколотку на себя, и я, смеясь, падаю на спину. Пробирается горячими пальцами по животу и поддевает мою футболку. Снимает ее и делает розочку из сливок у меня на животе. Дурачится, облизывается как кот, а я схожу с ума и таю… таю…

— А где, собственно, Слава? — задается вопросом Соня, и я дергаюсь, резко выныривая из воспоминаний.

Она собирает вещи, чтобы съехать от меня к Димке. Мне немного грустно из-за того, что мы с Васей снова останемся вдвоем, но для Калининой