В ожидании зимы. Черный ельник - Анна (Нюша) Порохня

тебе Марьяна Николаевна жизнь подпортить. — Павел Игоревич приблизился к нам и дыхнул перегаром. — Ты картинки свои продаешь, налоги платишь? Не-ет… А я могу просигнализировать куда надо.

— И не стыдно? — Марьяна зло посмотрела на него. — Вы же участковый!

— Стыдливый из-за стола голодный встает, — ухмылка участкового была наглой и неприятной. — Не облезете, если тря дня у печи постоите.

— Ну что ты так с женщинами грубо, Павел Игоревич? — неискренне пожурил его глава. — Они все прекрасно поняли и обязательно нам помогут, правда?

— Правда, — процедила Марьяна. — Когда они приедут?

— Завтра поутру. Вот вам деньги за продукты, — мужчина протянул подруге купюры. — Остальное получите, когда они уедут.

— Вы-то себя, наверное, точно не обделили? — язвительно поинтересовалась Зинка. — Уверена, что и охотиться здесь запрещено…

— А вы об этом не вякали бы… — угрожающе прошептал Павел Игоревич. — Или проблем хотите? Ваше дело, еды побольше наготовить, водки принести и все, свободны. Ходить в дом кузнеца три раза в день придется. Завтрак, обед и ужин. Все понятно?

Мы молчали, и они уселись обратно в машину. Борис Петрович выглянул из окошка и сказал:

— Они к девяти приедут. Чтобы уже было наготовлено. Все, до встречи.

Автомобиль растворился в снежной мгле, а мы ошалело переглянулись.

— Мне кажется, что я сплю, — я посмотрела на деньги, которые Марьяша так и сжимала в руке. — Это какой-то нескончаемый кошмар! Идиотизм!

— Ладно, пойдем домой. В тепле все обсудим, — сказала Зинка и пошла вперед. — Или опять кого-то встретим! Заставят еще обстирывать!

15

Рано утром, с плохим настроением и зевая, через каждые пять минут, мы потопали к дому кузнеца. Как рассказала нам Марьяша, он тоже стоял неподалеку от леса, окруженный крепким забором из почерневших бревен. Кузнец давно умер, родственников у него не было, поэтому дом перешел в собственность администрации. Его несколько раз пытались продать, но желающих ехать в Ворожеевку не нашлось.

— А как мы внутрь попадем? — хриплым со сна голосом поинтересовалась Зинка. — Дверь будем ломать?

— Не знаю, — пожала плечами Марьяна. — Подумаешь, проблема! Не попадем, будет повод откосить от неприятных забот! Скажем, что ключ нам не дали, в дом войти не смогли, извиняйте.

Но нам не повезло. Когда мы уже завернули на нужную улицу, возле нас остановился уазик, из которого выскочил участковый.

— Слава Богу, а вот и вы! Мы ведь вчера вам ключ забыли оставить! Поехал к вам домой, а там никого! — он порылся в кармане и протянул Зинке связку ключей. — Держите.

Мы недовольно скривились, что не ускользнуло от него.

— Лица попроще сделайте, дамы! Марьяна Николаевна, ну что такое? Будто на плаху идете! Тем более люди будут уважаемые, воспитанные… Неужели не хотите денег заработать?

— И без них прекрасно обходились, — проворчала я, но он раздраженно отмахнулся от нас.

— Чтобы все было пучком, красавицы! Не ударьте в грязь лицом! — Павел Игоревич забрался в автомобиль и помахал нам ручкой. — Бывайте!

Уазик «запыхтел», обдал нас грязным снегом и скрылся за углом.

— Не повезло, — изрекла Зинка, пряча ключи в карман. — Ну что, где тут дом кузнеца?

— В конец улицы, потом направо, — ответила Марьяша, пряча лицо под шарф от порывов ледяного ветра. — Пять минут и мы там. Но сначала зайдем в магазин.

Продавщица с молчаливым любопытством поглядывала на нас все время, пока мы выбирали продукты. Но ее терпения хватило ненадолго.

— Павел Игоревич сказал, что в доме кузнеца какие-то богатые охотники жить будут… Вы им, что ли прислуживать будете?

— Не прислуживать, а готовить еду! — огрызнулась Зинка. — Мы тебе что, служанки?

— Ладно, ладно… — Таня понимающе усмехнулась. — Готовить еду… Можно подумать, мужикам одна еда нужна на отдыхе… Они-то сюда, явно расслабляться едут.

Мы переглянулись. Как раз об этом мы и не подумали. Ну, уж нет! Пусть только попробует кто-то из них протянуть свои клешни!

Дом окружали огромные ели, и его крыша была усыпана рыжей хвоей. На черепицу даже снег не попал, потому что ее прикрывали пушистые лапы. Темные окна выглядели немного пугающе, но я запретила себе думать о дурном. Но тревожные мысли все равно нет-нет, да и мелькали в моей голове. Кто его знает, что у этих богатых на уме?

Открыв дверь, мы вошли внутрь и огляделись. Бревенчатые стены, выбеленная печь, большой стол, накрытый скатертью. Все чисто и опрятно, не считая тонкого слоя пыли.

— Ну что, за работу? — Марьяша принялась разбирать сумку. — Нужно растопить печь, вымыть пол и поставить тесто.

Вскоре в печи весело горел огонь, по дому распространялся аромат готовящейся пищи, половики были выбиты, а полы вымыты.

Когда за окнами раздался звук подъезжающих машин, я почувствовала себя не очень уютно. В душе снова появилась тревога. Мы подошли к окну и стали наблюдать, как из джипов выгружаются веселые мужики в спортивных костюмах и коротких дубленках.

— М-да… что-то мне подсказывает, что будет весело… — протянула я, глядя как один из «отдыхающих» прикладывается к бутылке коньяка, а потом передает ее другому.

— Они, похоже, уже позавтракали, — проворчала Марьяна. — Главное, чтобы к обеду на ногах держались, охотники…

На крыльце послышался топот, веселое гыканье, а потом скрипнула дверь и в комнату вошли трое мужчин. От них шел приятный аромат дорогого парфюма и морозной свежести.

— А я смотрю, нас уже ждут… — один из них криво усмехнулся. — Привет, девочки.

На вид ему было лет сорок. Темные короткие волосы, узкое лицо с тонкими губами и колючие светлые глаза непонятного цвета. Что-то опасное и неприятное таилось в его внешности.

— Доброе утро, — поздоровалась я, а Зина и Марьяна лишь кивнули. — Добро пожаловать.

— Меня Виталий зовут, куколки, — мужчина с бутылкой коньяка шагнул к нам. Он окинул нас оценивающим взглядом. — Местный колорит?

Этот был полностью лысым, с татуировкой на шее и кольцом на мизинце.

— Я — Марьяна, это Зина, а это Оля, — представила нас подруга. — Как обращаться к вашим друзьям?

— Аркадий, — брюнет с тонкими губами не переставал криво улыбаться.

— Евгений, — рыжеватый шатен с легкой щетиной и ястребиным носом. — Чего готовим, сладкие?

О-о-о… вот это уже мне совершенно не нравилось.

— Есть запеканка, омлет, бутерброды. Чай, кофе, — ответила Марьяша сквозь зубы. — Накрывать на стол?

— Накрывай, накрывай… — Евгений обошел ее, задержавшись сзади. — Мы с удовольствием позавтракаем.

Мужчины принялись носить вещи, среди которых были и ружья в чехлах. Они постоянно поглядывали на нас и тихо переговаривались, что напрягало неимоверно.

Мы быстро накрыли на стол и Марьяша шепнула:

— Не нравятся они мне. От таких проблемы всегда бывают!

— Готовим обед и идем к вашему участковому, пускай