Дед в режиме ведьмака - Евгений Валерьевич Решетов

вечность, но эта вечность уходит с каждым днём. А у меня времени и того меньше.

Павел нахмурился, переваривая мою мудрость, а потом мрачно сказал:

— Ладно, сейчас поищу что-нибудь подходящее.

Он достал телефон и начал тыкать пальцами по экрану, открывая приложение «Лабиринт».

Я же принялся любоваться задом Велимировны. Та грациозно вышагивала по коридору, ритмично стуча каблуками.

— Эх, — досадливо дёрнул пухлой щекой внучок, глядя на строчки, горящие красным цветом. — Все подходящие нам проходы уже забронировали на ближайшее время. Блин, был бы наш род хотя бы в серебряном списке, у нас имелся бы приоритет, и мы бы могли войти в Лабиринт без очереди.

— Так, так, так, здесь поподробнее. Что ещё за списки такие неправильные, где мы даже не в серебре?

— Ты и это забыл? — вскинул брови паренёк, поправив пиджак, прихваченный из лаборатории.

— Тебе рассказать, что ещё про тебя говорил архангел Михаил, пока я с ним на том свете беседовал?

— Не надо, — сразу протараторил он и принялся объяснять, попутно поднимаясь по лестнице: — Списки — это некая оценка силы, влияния и значимости каждого имперского рода. Мы… кхем… в бронзовом, но и то — лишь потому, что у нас в семье аж четверо магов. К сожалению, есть шансы вылететь и из этого списка. Магов же становится всё больше и больше. Все аристократы хотят стать ими, вот и покупают за бешеные деньги отвар из цветка Магии.

Знакомая тема. В моём мире тоже все покупали такую штуку. Причём цветок Магии рос лишь в Лабиринте, а за его пределами погибал даже быстрее, чем монстры от моей руки. Но зато открытый с помощью подобного отвара дар передавался по наследству. Может, и моим детям когда-нибудь он перейдёт. Правда, их пока нет. По крайней мере, я о таких не знаю. Хотя дважды был женат. Да, даже столь опытный ведьмак, как я, попадал в хитро расставленные женские ловушки.

Ностальгически вздохнув, я спросил у пухляша:

— А что дают эти списки?

— Различные привилегии: возможность занять более высокую должность при дворе или на имперских предприятиях. Иногда титулы, земли, заводы-пароходы и прочие блага.

— А как нам добраться до золотого списка? — спросил я, почувствовав азарт.

Это же вызов, а вызовы я люблю. Да и нахождение в золотом списке вполне может помочь достичь моей грандиозной цели.

— Да как обычно… развивать свой род. В зачёт идёт всё: от удачной свадьбы до дорогостоящих трофеев, добытых в Лабиринте. За всё начисляются или отнимаются очки, составляющие рейтинг рода.

— Отлично. Думаю, скоро мы ворвёмся в золотой список с двух ног.

Павлушка сухо хохотнул, почесал второй подбородок и невесело проронил:

— Да ты чего? Не придумывай, дедушка. Нам такой взлёт и не снился.

— Тебе, может, и нет, а вот мне и не такое снилось, — иронично произнёс я и глянул на открывшиеся входные двери института.

Внутрь вместе с капельками мелкого дождя и лёгким порывом ветра вошёл вымокший худой паренёк в обтягивающих джинсах, розовой футболке и с крашеными в белый цвет волосами.

Он вытащил из перекинутой через плечо сумки письмо, украшенное сургучной печатью и вензелями, а затем протянул его брюнетке, проговорив мягким, чуть ли не девичьим голосом:

— Владлена Велимировна, вам послание от барона Крылова.

Женщина взяла письмо и небрежно кивнула.

— Спасибо, мальчик.

— Это ещё что за голубиная почта? — шокировано прошептал я, глядя вслед развернувшемуся пареньку, сверкающему серьгами в обеих мочках.

— Есть! — вдруг ликующе выдохнул Павел, выведя меня из шока. — Кто-то отозвал бронь в проход второго ранга. Мы можем занять это время. Вот только нужно собрать группу минимум из пяти магов. Ты, я да Алёшка — вот уже трое. Надо отыскать ещё двоих.

— Алёшка отменяется. У него явно есть свои дела, — буркнул я.

— Ты прав, — досадливо втянул воздух внучок, задумчиво хмуря лоб, словно силился вспомнить тех, кого можно позвать с нами.

— Я как раз намеревалась сходить со своими девочками в низкоранговый проход. Им нужна практика, — щёлкнула пальцами брюнетка, услышавшая наш разговор. — Могу составить компанию, раз у Игнатия нет тех, кто может сходить с ним в Лабиринт. Ну, кроме его раздутого эго и отвратительного чувства юмора.

Стерва с весёлыми искрами в глазах уставилась на меня, уперев руку в крутое бедро.

Эх, морщинистой задницей чую, что никуда ей не надо, просто хочет отплатить мне. Правильно я просчитал её характер. Ну ещё бы… с дамами я всегда умел обращаться, даже с такими, как Велимировна, хотя они и опасней гигантской ядовитой сколопендры. Но угадайте, кто больше всех принёс хвостов сколопендр в башню ведьмаков, где я порой отдыхаю от своих приключений? Вот-вот.

Подавив улыбку, я укоризненно произнёс, покачав пальцем:

— Ох, и хитрая ты лиса, Владлена. Хочешь, чтобы я помог тебе и твоим девочкам пройти Лабиринт? Ладно, можешь присоединиться ко мне. Я сегодня добрый. Наверняка меня после такого канонизируют.

— Благодарю от всего своего чёрного сердца. Выручил так выручил, — всё с теми же искорками в глазах иронично сказала улыбающаяся брюнетка и как-то по-новому посмотрела на меня, склонив голову к плечу.

Прежний Игнатий не вызывал у неё такого интереса.

— Благодарю, Владлена Велимировна! — радостно выпалил Павлушка. — Я скину вам эсэмэской время и адрес прохода в Лабиринт. У меня ваш номер ещё с прошлого года сохранился. До встречи! Пойдём, дедушка, у нас осталось мало времени.

Мы вышли на крыльцо, оказавшись под затянутым свинцовыми тучами небом, поливающим город мелким противным дождём. Тот выгнал со двора института всех поголовно, так что мы с Павлушкой вышли за ворота, никого не встретив.

Внук достал телефон, прикрыл его полой пиджака от дождя и принялся тыкать пальцем по экрану, вызывая такси. А я глянул на полицейского, сидящего в припаркованной машине. Он с задумчивым прищуром смотрел в мою сторону, словно прикидывал, можно ли повесить на меня нераскрытые дела. Но спустя пару мгновений отвернулся и поехал прочь.

Павел же возмущённо прохрипел, хмуря брови:

— Да они совсем охренели! Уже втрое взвинтили цену за поездку.

— А ты куда намылился?

— Как куда? Домой. Чтобы попасть в Лабиринт, нам нужны документы, оружие и амуниция. Или ты так собрался идти? — усмехнулся он, смахнув с лица дождевые капли.

— Я бы и так сходил, веселее получилось бы. Но ладно, поезжай домой, а я в кафе пошёл. Есть охота — просто жуть.

— После зелья жизни всегда так.

— Угу. А мне даже похрустеть нечем, кроме коленей.

— У меня тут есть немного налички. Вот, держи. Через час приеду сюда же. И уже вместе рванём к Лабиринту.